– Ты веришь в Деда Мороза? – Анна пощекотала мужа. Она проснулась 1 января в 11 часов. Увидела рядом мужа и замерла от счастья.
Муж открыл глаза и уставился на неё. В глазах было такое неподдельное удивление и тревога, что она засмеялась. Арсений Викторович, крупный, начинающий седеть, директор логистической компании, потерял дар речи. В глазах читалось: “Ты заболела? Какой Дед Мороз?”
– Ну, ты когда-нибудь письма Деду Морозу отправлял? – тормошила его Анна.
– Э-э… Нужно вспомнить… – муж ещё не проснулся, тянул время, словно во время экзамена.
То, что жена изменилась в последнее время, он заметил. Это и понятно. Обижается, что он дома не бывает. Так самое горячее время! Груз идёт и идёт. Не все подарки успели прийти из-за границы. Пока все отдыхают, его компания всегда работает без продыха. Какой Дед Мороз? Какие письма?
– Вспомнил! Писал, в шестом классе. Коньки просил, – Арсений Викторович усмехнулся. – Мечта сбылась.
– А сейчас? – Анна вскочила. – Сейчас пишешь?
– Что я больной, что ли? – Арсений Викторович засопел. – Больше мне заняться нечем?
– А я пишу. Каждый год, – серьёзно сказала Анна. – Ладно, спи.
– Спи… Уснёшь тут. – Арсений Викторович повернулся на бок.
Анна закрыла глаза и улыбнулась.
По залу летал серпантин, опутывая танцующие пары.
Она вернулась из гардероба и искала глазами Николая. Нашла. Он смеялся, кружа тоненькую черноволосую первокурсницу. Она закидывала голову, хохотала, а рукой теребила пышную шевелюру кавалера.
Аня похолодела. Потом вспыхнула. Ухватила за рукав проходящего мимо Арсения:
– Потанцуем?
Он поднял на неё близорукие глаза, кивнул. Они влились в поток танцующих студентов. Арсений, на удивление, хорошо вёл её в танце, держался на расстоянии, руки не распускал. Аня прижалась к нему сама, боковым зрением заметила, что Николай оставил у стены партнёршу и смотрит на неё.
– Обними меня крепче, – прокричала она Арсению. – Голова закружилась, могу упасть.
Арсений бережно, но крепко стал держать её за талию. Он волновался и несколько раз наступил ей на ногу.
– Проводишь меня? – она покосилась на Николая. – Мне домой нужно.
Они с Арсением вышли в фойе. Николай пошёл следом.
– Аня, ты домой? – он спросил осторожно, не понимая, что происходит.
– Не твое дело. Иди танцуй. – Анна взяла Арсения под руку. – Пошли, дорогой.
***
Через двадцать лет в аэропорту мужчина и женщина, сидя в кафе за разными столиками, внезапно посмотрели друг на друга.
– Анна?
– Николай?
Рейс откладывали. Времени было много. Настороженная беседа скоро превратилась в душевный разговор, который всколыхнул то, что они скрывали двадцать лет: они до сих пор любили.
Был канун Нового года, а их закрутило-завертело. Остановить это было уже невозможно.
– Давай сегодня уже скажем своим, – проговорила Анна и словно со стороны услышала: своим…
– Я не знаю, не хочется детям портить праздник, – вздохнул Николай. – Придётся всё ломать.
Анна представила своего растерянного, доброго Арсения. Он не поймёт. Добрый, внимательный, чуткий. А дочка? Она так любит отца…
– Я не могу тебя потерять ещё один раз, – Николай выглядел беспомощным. – Но сын…
– Да, придётся всё сломать, – Анна смотрела в окно. Она как-будто не слышала последние слова Николая. – Уже всё сломали… До завтра!
Анна убежала, как тогда, в студенческие годы.
Вечером она написала письмо Деду Морозу. А кому ещё? Отчаяние так захлестнуло, что Новый год казался единственным спасением.
– Это бред! Бред! Он не ответит… – Анна как во сне протолкнула письмо в щель своего же почтового ящика.
***
Утром, выгуливая собаку, Анна заметила белый уголок, торчащий из почтового ящика. Это было её письмо с пометкой: “Исполнено”.
Дрожащими руками она вскрыла конверт.
“Дорогой Дед Мороз! Мне нужно все исправить. Я не смогу быть счастливой, если все сломаю. Не хочу возвращаться в прошлое. Помоги!”
Ниже приписка: “Желание исполнено. Ты будешь счастливой.”
***
Арсений лежал с открытыми глазами. Он давно не писал Деду Морозу. И, наверное, никогда уже не напишет. Главное, что у жены желание исполнилось. Уголком одеяла он поймал слезинку и вздохнул.