Найти в Дзене
Александр Хакимов

Виноват ли я в том, что со мной происходит

Один психиатр, живший в начале прошлого века, сделал это. Сейчас он очень известен в некоторых кругах; основываясь на его трудах, открыли много полезного, а в то время он не был замечен. В течение жизни он внимательно исследовал массу душевнобольных людей, где-то 500-600 человек. Он пришёл к выводу, что все психические отклонения, любое умопомрачение основано на конфликте с собственной совестью в сердце: «Я и почему со мной вот это всё? Этот мир, эти люди, этот Бог и всё, что бы там ни было вокруг – почему так ко мне? Я не согласен с этим!» Этот путь ведёт к суициду (а̄тма-ха̄ – «убийца души»). Желая убить всех, я действую против себя. Обвиняя других, я на самом деле врежу себе. Но интересно, что тот психиатр сам заболел психической болезнью, был признан душевнобольным и оказался в клинике. Ещё более интересно и необычно, редчайший случай, что он сам себя исцелил и описал метод исцеления. Суть метода в том, что самое важное для просветления человека – это общение. Не просто общение, об

Один психиатр, живший в начале прошлого века, сделал это. Сейчас он очень известен в некоторых кругах; основываясь на его трудах, открыли много полезного, а в то время он не был замечен. В течение жизни он внимательно исследовал массу душевнобольных людей, где-то 500-600 человек. Он пришёл к выводу, что все психические отклонения, любое умопомрачение основано на конфликте с собственной совестью в сердце: «Я и почему со мной вот это всё? Этот мир, эти люди, этот Бог и всё, что бы там ни было вокруг – почему так ко мне? Я не согласен с этим!» Этот путь ведёт к суициду (а̄тма-ха̄ – «убийца души»). Желая убить всех, я действую против себя. Обвиняя других, я на самом деле врежу себе.

Но интересно, что тот психиатр сам заболел психической болезнью, был признан душевнобольным и оказался в клинике. Ещё более интересно и необычно, редчайший случай, что он сам себя исцелил и описал метод исцеления. Суть метода в том, что самое важное для просветления человека – это общение. Не просто общение, общение с теми, кто ему очень дорог и может полностью простить его. Такое общение исцеляет душу. Если у вас есть такой человек – вам очень повезло. Если он очень дорог вам, если вы живёте ради него, если перед ним вам будет стыдно или, наоборот, вы будете гордиться, если он скажет: «Да, хорошо», – значит, ваша жизнь связана с этим человеком.

Таких людей сейчас становится всё меньше и меньше у нас в жизни, нет и общества, которым мы очень дорожим. Мы не можем выглядеть перед обществом изгоями, мы стараемся соответствовать, потому что социальное общение дорого нам. Я не могу выглядеть плохо, поступать плохо, портить свою репутацию и репутацию общества. Я не перенесу, если меня изгонят из этого общества – мне легче умереть. Но вдруг я совершаю оплошность, и я изгой, у меня конфликт внутри, я не соответствую, я не признан, я никому не нужен, я теряю ценность, мне плохо. Я думаю: «Боже, мне точно нужно куда-то исчезнуть». Появляется суицидальное настроение и начинает развиваться скрытность. Я не могу потерять всю эту дорогую для меня жизнь, но если я скрою, то никто не узнает. А как скрыть? Я сделаю что-то хорошее. Плохое скрою, а сделаю хорошее, и люди обратят на это внимание, думая, что я хороший. Я подменю эту ценность.

Такой путь ведёт к разрушению. Я могу скрыть свою ошибку от людей, но как я скрою её от собственной совести? Начинается конфликт, лицемерие становится моей природой, мне трудно общаться с честными людьми. Улыбки, фразы становятся искусственными, я начинаю подражать людям, но чувствую, что я не могу долго жить в маске. Тогда я ищу других людей, другое общество, где такие же лицемеры, скрытные, и там нам хорошо. Я нахожу себе своё место.

Этот психиатр привёл пример: один из его пациентов родился в очень религиозной семье, вырос с очень строгими правилами. Одно из строгих правил было – не прелюбодействуй. Он стал уже взрослым юношей и вдруг понял, что он не соответствует высшим стандартам своей семьи. Он не хотел выглядеть плохо, не хотел становиться изгоем семьи; нужно было найти решение, чтобы сохранить свою репутацию. Но порок проявлялся у него, его привлекали чужие женщины. Тогда он нашёл выход – служить в армии, где он герой в погонах, и одновременно есть какой-то компромисс. Там он выглядит полноценным человеком. Таков один из примеров этого психиатра – как люди строят отношения, чтобы любой ценой выглядеть признанными, что очень дорого для нас. Если мы не можем быть признанными высшей частью общества, мы находим другую часть общества, где мы чувствуем, что мы ценны и нужны людям, друг другу. Признание – это наша жизнь.

За скрытностью, когда человек получает славу и даже продвигается по службе, подменяя все свои пороки чем-то другим и показывая, что в чём-то он великий человек, возникает неудовлетворённость. Его стандарты не соответствуют стандартам счастья, и внутри он не удовлетворён, даже когда имеет славу, деньги – всё что угодно. Совесть в его сердце – этот свидетель – не соглашается с ним. Тогда он начинает пускаться в поиски недостатков окружающих людей: «Вы мне завидуете, вы меня недостаточно уважаете». Как начальник, он очень беспокоится о своей славе, о своём положении и начинает принижать роль других людей. Далее умопомрачение заканчивается параноидальными синдромами, и он говорит, что весь мир – дерьмо.

В жизни мы видим все эти проявления: из высших слоёв, уровней отношений, где есть дорогие люди, можно спускаться всё ниже и ниже – в умопомрачение, в психиатрические отклонения. Сегодняшняя норма психики лет 20-30 назад была отклонением, и многие люди уже не соответствуют тем нормам, которые были в психиатрии несколько десятков лет назад. Точную статистику не скажу, но есть такие критерии, сниженные стандарты.

Какой же выход находит этот врач? Честность, но не с каждым человеком. Не с тем, кто вас осудит, предаст анафеме, растопчет ногами за ваши пороки; не с тем, кто вас обесценит и ещё объявит всем об этом. Бойтесь таких людей – это демоны. Но есть и те, кто по-настоящему исполнены к Вам сострадания и готовы всё простить.

В христианской традиции есть покаяние. Вы идёте к священнику, и там строгий закон: он никому не должен говорить о том, в чём вы признались. Даже если придёт следователь из полиции, этикет не позволяет священнику выдать тайну исповеди. Духовные законы выше законов государства. Я не имею права говорить об этом, я не должен это распространять или шокироваться грехами человека; я должен сострадать и прощать от имени Бога. Делать так может человек, который является представителем Бога в этом мире, это нужно уметь, это состояние просветления – прощать и признавать ценность души, даже падшей, прощать и признавать эту падшую душу.

Если это искренние отношения, вы исцеляетесь от любых психических отклонений. Тот психиатр излечил сам себя таким образом, а после он писал книги. В то время его не поняли, потому что господин Фрейд был в ореоле славы и затмил его. А Фрейд писал, что главная движущая сила – это сексуальная энергия, и это стало модным, общество подхватило его теорию, поскольку, находясь в состоянии возбуждения, они её ожидали. Но состояние возбуждения – не настоящая наука.

Многие лидеры в истории именно возбуждали умы людей, за счёт чего продвигали свои взгляды: «Вы получите землю, богатства, деньги, – говорили они, – давайте соберёмся вместе и сделаем это! Вы получите всё, что мы вам обещаем».