Рекорд Василия Алексеева в сумме троеборья, 645 килограммов, не побит до сих пор. И не будет побит никогда. Троеборье отменили, и бить стало нечего.
Но даже если бы его сохранили, вряд ли кто-нибудь повторил бы путь рязанского богатыря. Из инвалидной койки на олимпийский пьедестал, из подвала с самодельным станком в Книгу рекордов Гиннесса.
История, о которой я вам сейчас расскажу, началась в августе 1969-го, в кабинете московского невропатолога.
«Оформляйте вторую группу»
А ведь ещё год назад всё шло как по маслу. На чемпионате СССР 1968 года в Луганске двадцатишестилетний Василий Алексеев взял бронзу, уступив только двум титанам - двукратному олимпийскому чемпиону Леониду Жаботинскому и Станиславу Батищеву.
На обороте фотографии, где он запечатлён с этими богатырями, Алексеев написал размашистым почерком:
«Хочу быть первым!»
Его тут же пригласили в олимпийскую сборную.
Вы, наверное, ждёт триумфа. Но не тут-то было.
На сборах в подмосковной Дубне молодой штангист из города Шахты вёл себя странно. Пока сборники поднимали свои три-четыре тонны за тренировку, а потом шли в бар пропустить горячительного под баночку тресковой печёнки, Алексеев пахал как проклятый. По двадцать тонн утром и столько же вечером.
- Грузчиков мы и до тебя видели, - посмеивались товарищи по команде.
Он огрызался.
- Смейтесь, смейтесь, а первым шестьсот кило наберу я.
Шестьсот килограммов! В троеборье! Власов набрал 580, Жаботинский добрался до 590. Шестьсот казались чем-то из области фантастики. А тут какой-то выскочка из Шахт, которому до лидеров как до Луны.
Но смеяться пришлось недолго.
На одной из тренировок что-то хрустнуло в спине, и Алексеев скрючился на помосте. Три компрессионных перелома позвоночника. Из сборной его выгнали мгновенно с соответствующей издевательской формулировкой.
«За то, что ничего не поднимал на тренировках».
В августе 1969 года Алексеев сидел в кабинете московского невропатолога. Женщина в белом халате листала его карточку, не глядя на пациента.
- Межпозвоночные диски восстанавливаются до двадцати пяти, - сказала она наконец. - А вам уже двадцать семь с половиной. Оформляйте-ка, дорогой, инвалидность. Вторую группу. Мы вам поможем…
Алексеев молча встал и вышел.
Диета из хлеба и молока
Он вернулся в Шахты, где его никто не ждал. С шахты «Южная», где он работал инженером по технике безопасности, его уволили.
Какой из инвалида инженер? Сто пять рублей зарплаты исчезли, как дым. Семья, жена Олимпиада и двое сыновей, Сергей и Дмитрий, осталась на её заработке. Семьдесят пять рублей в месяц и должность администратора в магазине.
Вы легко и сами подсчитаете.
Семьдесят пять рублей на четверых, это меньше двадцати на человека. Хлеб, молоко, варёная колбаса. Вот и весь рацион. О каких-то там «суперпротеинах» для штангиста и речи не шло.
Однажды вечером Олимпиада не выдержала.
- Вася, может, хватит? Может, пора на завод устроиться, как все люди?
Алексеев помолчал, а потом сказал:
- Даю слово. Если ничего не получится, спущусь в шахту. И со штангой будет покончено. Но дай мне ещё полгода.
Она дала.
Секретный станок в подвале
Алексеев решил пойти на огромный риск.
В подвале своего дома он соорудил нечто невиданное под названием станок для «закачки» спины. Штангист предположил, что если межпозвоночные диски не восстановить, нужно создать вокруг позвоночника мышечный корсет, который возьмёт на себя их работу.
Каждый день, пока жена была на работе, а дети в школе, он спускался в подвал и тренировался. Объём нагрузки сократил вдвое по сравнению со сборной, зато интенсивность оставил прежней. Никаких тренеров, никаких советчиков. Только штанга, станок и упрямство.
К декабрю 1969-го он уже выжимал двести килограммов на два раза подряд. Рвал сто шестьдесят трижды.
Слухи поползли по Шахтам. Какой-то «большой специалист» по тяжёлой атлетике не поленился спуститься в алексеевский подвал, проверить, правда ли это.
- Ты, говорят, здесь мировые рекорды устанавливаешь? - спросил он с усмешкой.
-А вам что, не верится? - ответил Алексеев вопросом на вопрос и взялся за штангу.
Когда он закончил, специалист бросился разбирать снаряд. Надеялся уличить хозяина в подлоге, мол, вместо двадцатикилограммовых блинов ставит пятнадцатикилограммовые. Блины оказались настоящими.
- Да ведь это же мировой рекорд! - только и нашёлся, что сказать, гость.
-Ещё нет, - ответил Алексеев. - Но скоро будет.
Троеборье на 600 кг
Слухи из Шахт дошли до Москвы. Федерация тяжёлой атлетики почесала в затылке. Может, послать этого чудика на соревнования в Великие Луки? Пусть покажет, чего стоят его подвальные рекорды.
Но не тут-то было. Местное спортивное начальство вцепилось в Алексеева мёртвой хваткой. Командировку не давали, бумаги не подписывали. Завистники есть везде, и Шахты не исключение.
Алексеев пришёл к одному из чиновников.
-Значит, так, - сказал он. - Либо вы мне сейчас подписываете бумаги, либо я еду в Москву и рассказываю, как в Шахтах душат спортсменов. А потом вы сами принесёте мне эти бумаги в портфельчике.
Бумаги подписали.
24 января 1970 года. Великие Луки. Дворец культуры имени Ленинского комсомола...
На помост выходит двадцативосьмилетний штангист из Шахт, о котором никто толком не слышал. За полгода до этого врачи отправили его на инвалидность.
Первое движение, жим. Алексеев поднимает 210,5 килограмма. Мировой рекорд американца Джозефа Дьюба побит.
Второе движение, толчок. 217,5 килограмма. Мировой рекорд другого американца, Роберта Беднарского, тоже побит.
Сумма троеборья. 592,5 килограмма. Мировой рекорд двукратного олимпийского чемпиона Леонида Жаботинского уходит в историю.
Но Алексеев ещё не закончил.
В тот же вечер он ставит четвёртый рекорд, 595 килограммов в сумме. До заветных шестисот было рукой подать.
И он дотянулся.
18 марта 1970 года, Минск, международный турнир «Кубок дружбы»...
Василий Алексеев набирает в троеборье ровно 600 килограммов. Первый «шестисотник» в истории человечества. Началась новая эра в тяжёлой атлетике, эра Алексеева.
В том же году, на чемпионате мира в США, он толкнул пятисотфунтовую штангу, 227,5 килограмма. Президент Никсон пригласил его в Белый дом, Владимир Высоцкий посвятил ему песню «Штангист».
«Я выполнял короткое движенье с коротким злым названием "Рывок"».
Позже Алексеев скажет, что не согласен с припевом. Мол, «не отмечен грацией мустанга» это неправда, он отлично играл в настольный теннис.
А вот встретиться с Высоцким так и не довелось. Когда поэт приезжал в Шахты, штангист был на соревнованиях в Америке.
Жену его, между прочим, как вы помните, звали Олимпиада. Когда журналисты спрашивали, сколько раз он выиграл Олимпиаду, Алексеев отвечал: «Три. В Мюнхене ноль раз, в Монреале два. А третью дома, и зовут её Олимпиада Ивановна».
Внимание! Статья носит ознакомительный и исторический характер. Описанные методы тренировок и реабилитации являются личным опытом спортсмена Василия Алексеева. При любых проблемах со здоровьем обращайтесь к врачу и следуйте официальным рекомендациям.