Чего-то все бегают, носятся, суетятся. Я хожу. Всех раздражаю. Туда-сюда. Одну детку взяла, потом на другую поменяла. Суетиться не моё.
Замечаю медсестру с приёмника. Сидит такая, как у себя дома, а вокруг столика с документами и мыльно-рыльными принадлежностями худенький парнишка-подросток скачет.
- Разве похож он на слепого? - обращаясь то ли ко мне, то ли в пространство произносит медсестра.
- Вообще не похож! Ходит спокойно, ни на что не натыкается. А с чего вы взяли, что он слепой?
- Мама сказала.
Мама... Ох уж эта мама... Она передавала нам своего Ивана, как на эшафот. Рыдала, не могла отцепиться.
Ей предложили лечь с ним в палату. Она быстро утёрла слёзки и слиняла.
Правда, поставила на уши всех замов, врачей.
По старой доброй традиции Иван да Мама были знакомыми Самой!!!
Девчонки со смены, правда, были вскоре спокойны. А пожилая воспитатель, хохоча, предложила мне поглядеть на Ивана.
Мальчишка спокойно принял свою судьбу в виде отдельной палаты.
Он быстро там свил себе гнездо: сложил ровно-преровно покрывало и постелил его у входа, переложил подушку по своему усмотрению.
Обосновался, короче.
Мама у Ивана была плюсом ещё из идейных. Состояла во всяких сообществах и организациях таких же мам.
Там они пугали друг друга страшными историями и костерили простой люд, что нам нет дела до их финансовых и моральных проблем...
Что правда.
Усугублялось всё фактом того, что заведующая была в командировке. За неё была молодая доктор.
А тут такой вип-персонаж.
Доктора этой же ночью достала замглавного, потому как ей названивала мама Ивана. Она не могла уснуть и названивала всем, чьи номера у неё были в доступе.
Доктор, молодая мать и жена офицера, командированного Туда, была бесстрашная к угрозам матери и зама.
Доктор сказала, что ничем помочь не может, ночевать с Иваном она не останется. Поэтому будем надеяться, что всё будет хорошо.
А хорошо было.
И Ване вообще было ровно, где находиться.
Мама осторожно через неделю забрала его домой на выходные, потом привезла обратно с формулировкой: "Он мне сначала нравился, тихий был. Потом начал лезть к младшим детям. Пусть ещё побудет у вас!"
И побыл.
Потом ещё, ещё и ещё.
За полгода Ванька лежал-выписывался раза четыре.
И каждый раз мама была всё смелее, наглее и не плакала больше.