Про музыку, чарты и мемы

Сегодня будет короткая лекция из цикла «почему в чартах сейчас то, от чего уши пытаются самоустраниться». Спойлер: виноват не вкус, а математика. И один тридцатисекундный мем, который сломал систему.

Возвращаемся в февраль 2013-го. Интернет ещё тёплый, ламповый. YouTube только начинает осознавать, что он не хостинг котиков, а новое массмедиа. TikTok ещё не родился, но дух его уже витает: чем тупее — тем заразнее. Эволюция контента, детка.

И тут вылезает Harlem Shake. Формат уровня «две извилины, но синхронно». Первые секунды — один персонаж дёргается в каске, маске или чёрт знает в чём, остальные делают вид, что так и надо. Потом дроп — и помещение превращается в сцену из фильма «Бронсон». Всё это под трек Baauer — Harlem Shake. Музыкально — ничего особенного. Мемологически — идеальный вирус.

А дальше происходит исторический баг. Billboard впервые решает: «А давайте учитывать просмотры YouTube». Отличная идея, что может пойти не так? И ровно в этот момент Harlem Shake взлетает на первое место Hot 100. Без радио. Без ротаций. Без продаж. Просто мемом. Щёлк — и вся старая система оценки популярности отправляется в нокаут. Бруно Марс, Леди Гага — постойте в сторонке, сейчас тут человек в коне-маске танцует.

В Billboard потом чесали репу и честно признали: формула рухнула. Но поезд уже ушёл. Пять недель на первом месте. Индустрия внезапно поняла: хит — это не музыка, а поведенческий паттерн.

Перематываем в Россию, 2025 год. Открываешь чарты — а там не песни, а обрезки под вертикальное видео. Музыка как побочный продукт шутки. Люди думают, что это тренды. На самом деле — всё тот же Harlem Shake, только без костюмов и с ещё меньшим смыслом. Не деградация. Просто алгоритм работает. И ему плевать на вашу музыкальную грамотность.