Жарко, пыльно, много грязи, моджахеды где-то лазят,
По ночам кругом стреляют. Далеко до тишины.
Я на взлетке, как на старте, я сюда приехал в марте.
Этот город есть на карте некогда большой страны. Здесь восточные базары, воры, споры, тары-бары,
Зелень, овощи и фрукты, распрекраснейший товар…
Но, увидев славянина, цены ломят вполовину –
По славянскому карману ощутимейший удар. А кругом крутые горы, аксакалов разговоры,
Европейская культура у посольства США.
Несмотря на все красоты, как пчела в родные соты
Рвется все-таки в Россию огрубевшая душа. Сергей Поморцев
Жарко, пыльно, много грязи, моджахеды где-то лазят,
По ночам кругом стреляют. Далеко до тишины.
Я на взлетке, как на старте, я сюда приехал в марте.
Этот город есть на карте некогда большой страны.
Здесь восточные базары, воры, споры, тары-бары,
Зелень, овощи и фрукты, распрекраснейший товар…
Но, увидев славянина, цены ломят вполовину –
По славянскому карману ощутимейший удар.
А кругом крутые горы, аксакалов разговоры,
Европейская культура у посольства США.
Несмотря на все красоты, как пчела в родные соты
Рвется все-таки в Россию огрубевшая душа.
Сергей Поморцев