22 марта исполняется 250 лет с того момента, как невельчане (или как ранее говорили - невеляне) в первый, но не в последний раз в своей истории стали «псковскими людьми». В этот день в 1772 году Невель вследствие первого раздела Польши стал уездным городом Полоцкой провинции Псковской губернии. Невельский журналист, писатель и краевед Геннадий Синицкий специально для «Псковской правды» вспомнил пёструю историю территориальной и государственной подчиненности родного города.
Первое упоминание Невеля датировано 1503 годом. В духовной грамоте сыну Василию Московский царь Иван III писал: «Да сыну своему Василью даю … волости Березаи, Невле, Усваи, Ловцо …».
Однако, это не значит, что ранее здесь не жили люди. Жили. И это подтверждается археологическими экспедициями сотрудников Эрмитажа и даже Новгородской летописью за 1185 год, где упоминается порубежная крепость Еменец, стоявшая в семи верстах, на мысе соседнего озера. Я не хочу и не буду оспаривать её принадлежность Полоцкому или Новгородскому княжеству. Мнения разнятся. Неоспоримо только одно - люди проживавшие здесь в те времена говорили на русском языке, а крепость Невель (Невля) была построена московскими Рюриковичами.
Начиная с XII века Невельские земли поочередно входили в Новгородское, Торопецкое, Полоцкое княжества, Российское царство, Великое княжество Литовское, Речь Посполитую, Польшу. Некоторые любители истории утверждают, что большую часть своего существования в XVI-XVIII веках Невель считался не городом, как его назвал Иван Грозный, а местечком. Осмелюсь заметить, что эти люди глубоко заблуждаются, так как в 1623 году Король Польши Сигизмунд III даровал Невелю Магдебургское право и его первый герб, на серебристом поле которого стоял Давыд, держащий в руках меч над телом поверженного им Голиафа. Согласитесь, захолустному местечку такие почести королевская особа оказывать не будет, это по меньшей мере выглядит глупо, если не сказать больше - смешно.
Приграничный город - это всегда незавидная доля, по которой Невелю неоднократно приходилось становиться театром военных действий. Он много раз страдал от грабительских набегов, пожаров, эпидемий. Десятки раз переходил из рук в руки: от одного князя другому, от царя к королю и затем обратно. Разумеется, такое положение вещей просто не могло не сказаться на его как внешнем, так и внутреннем облике. К примеру, на центральной площади города сотни лет мирно уживались стоявшие рядом православный храм, католический костёл и еврейская синагога.
Что касается населения, то здесь картина была та же. Необходимо отметить, что настоящей проблемой после вхождения Невеля в состав Российского государства стала языковая составляющая. Абсолютное большинство населения говорило и писало на польском языке. Даже священнослужители вели службы в православных храмах Невельского уезда исключительно на этом наречии, потому как другого попросту не знали. И так длилось не год и не два, а, представьте себе, десятки лет, пока Русская Православная Церковь не занялась просвещением населения.
Собственно говоря, в те годы на Западных окраинах Российской империи было не так много центров просвещения: Вильно, Псков, Полоцк, Новгород. Но первый и последний были довольно далеко, а в Полоцке образованием ещё верховодили иезуиты. Оставался Псков. Возможно, именно поэтому Невельский и Себежский уезды были приданы Псковской губернии. Но, как оказалось, ненадолго. Спустя 4 года, в 1776 году, Невельский уезд отошёл Полоцкому наместничеству аж на два десятка лет, вплоть до 1796 года. Потом мы состояли в Белорусской губернии, а с 1802 по 1924 годы были уездным городом Витебской губернии.
В 1924 году декретом Советского правительства невельчане во второй раз стали Псковскими, правда только до 1927 года. Далее Невель входил в Ленинградскую (1927-1930 и 1935-1938 годы), Западную (1929-1935 годы), Калининскую (1935-1944 годы), Великолукскую области (1944-1957 годы). И наконец, в третий раз мы стали Псковскими в 1957 году, коими и являемся по настоящий день.