Начиная с царствования Алексея Михайловича Тишайшего, иностранцы приезжали в Россию за деньгами. Кто-то служил честно и оставался навсегда, кто-то норовил урвать кусок послаще и убраться восвояси.
К 1915 году старший Хаммер — Джулиус — открыт пять аптек и основал компанию Allied Drug Products, в которой был и медицинский кабинет. Он увлекался революционными идеями, был одним из лидеров Социалистической партии США. В 1907 году на Международном съезде в Штутгарте он познакомился с Лениным, что позволило заключить договор на поставку жизненно важных лекарств в советскую Россию. После раскола Социалистической партии Хаммер и Гитлов основали Коммунистическую партию США. Джулиусу выдали членский билет № 1. В 1920-м Хаммеры (отец и оба сына) сотрудничали с Бюро Людвига Мартенса, которого местные власти выслали за шпионаж.
В 1921-м Арманд Хаммер (1898–1990) прибыл в Советскую Россию, где стал одним из важнейших западных бизнесменов эпохи НЭПа. Он заключил договор с Наркоматом внешней торговли на поставку пшеницы. В 1921-м на мировом рынке обвалились цены на зерно, а в России свирепствовал голод. Американец обещал 1 миллион бушелей (около 30 тысяч тонн) в обмен на пушнину, чёрную икру и национализированные ценности. Реальные поставки оказались меньше обещанных. За срыв договора Ленин возложил вину на Наркомвнешторг.
В том же 1921 году Хаммер получил концессию на разработку асбестовых рудников в Алапаевске. Рудники производили до 10% мирового асбеста. В 1925-м он открыл первую частную карандашную фабрику в России, которую в 1930-м передал государству. Повторить качество продукции американца уже не смогли. Фабрика имени Сакко и Ванцетти выпускала сине-красные карандаши, которыми пользовался И.В. Сталин, была одним из крупнейших предприятий отрасли. Находилась она в районе бывшего Дорогомиловского кладбища (район Кутузовского проспекта от 14 до 30 домов).
Параллельно с бизнесом проходила вторая деятельность семьи Хаммер. Арманда и его жену Ольгу Вадину (фон Рот) западные спецслужбы подозревали в шпионаже для ОГПУ/НКВД в 1920–1930-е годы. Хотя Эдгар Гувер собрал обширное досье № 61-280 на чету Хаммеров (1952), осудить их не удалось.
Штаб-квартира американцев находилась в бывшем офисе Бюро Мартенса в Нью-Йорке, в Москве на Кузнецком мосту. Именно через них торговали ценностями нашей страны. Хаммеры напрямую контактировали с руководством РСФСР. Жена Арманда Ольга провозила в США ценности и документы дипломатическим багажом. В 1930-м вместе с мужем она покинула СССР.
Списки музейных ценностей для продажи составляла комиссия под прямым контролем Политбюро ЦК ВКП(б), ОГПУ и Наркомфина, пытаясь покрыть валютный голод в годы индустриализации. Сначала в Гохране (Главное хранилище ценностей при Совнаркоме) и музеях «ударные бригады» ОГПУ осматривали фонды, оценивали по критериям «дубликатов» и соответствия идеалам нового общества. Поэтому в первую очередь на вывоз шли работы западных мастеров, церковные реликвии, коллекции Романовых. Музеи (Эрмитаж, Русский музей) вынужденно предоставляли каталоги. Известно, что существовали квоты для музеев. Политбюро корректировало выбор экспертов, отстраняло несогласных. ОГПУ обеспечило секретность: ценности изымали ночью, оформляли фальшивыми документами, например, как личные коллекции дипломатов.
Так на Запад попали картины Рембрандта, Яна ван Эйка, Рафаэля, Тициана, яйца Фаберже, иконы, старинный фарфор и мебель. Ван Эйка в России не осталось вообще, а Рафаэль, Боттичелли и Перуджино представлены второстепенными произведениями. В 1929–1934 годах правительство СССР продало из Эрмитажа 2880 картин, из которых 350 — произведения значительной художественной ценности, а 59 — шедевры мирового значения. Кроме живописи, из музея распродавали художественное серебро, бронзу, нумизматические коллекции, византийские эмали. Известно, что для аукционов цены занижали.
Хаммер получил от ОГПУ (по другой версии, их передал Микоян) и вывез подлинные клейма фирмы Карла Фаберже. Фирменное клеймо Фаберже: монограмма «Фаберже» в овальной или прямоугольной рамке с императорской короной сверху; пробирные клейма вывезены из мастерских на Кузнецком мосту. Также он получил клейма мастеров Михаила Перхина (MP в прямоугольнике), Эриха Коллина (ЭК), Анри Сабызина (HS). Вскоре Хаммер наладил производство фальшивок. Доподлинно неизвестно, сколько единиц было продано.
Благодаря «бизнесу» Хаммера, наша страна недосчитывается сотни шедевров. Для России утрачены «Мадонна Альба», «Святой Георгий и дракон» Рафаэля, «Благовещение» Яна ван Эйка, «Поклонение волхвов» Сандро Боттичелли, «Венера перед зеркалом» Тициана (находятся в Национальной галерее Вашингтона), «Триумф Амфитриты» Николя Пуссена (Художественный музей Филадельфии), «Отречение Петра» Рембрандта (Городской музей Амстердама). «Друг» страны получал комиссию около 15–20%.
В начале 1960-х Арманд Хаммер восстановил связи с советским руководством, превратился в главного неформального посредника между СССР и США. Его деятельность разворачивалась в нескольких направлениях: нефть, крупные промышленные проекты, культурная дипломатия и личные контакты с высшим партийным руководством. Теперь Хаммер посещал СССР уже как глава нефтяной компании Occidental Petroleum. Его принимали советские лидеры от Хрущёва до Горбачёва, награждали его орденами и называли «другом СССР». Говорят, что таким образом советское руководство общалось с семью президентами США. В свою очередь, в США компания Хаммера лоббировала снятие эмбарго с закупки советской нефти и серы, экспорта в СССР технологий. Продолжилась старая схема «товар в обмен на сырье».
В Москве имя Хаммера связывают с комплексом Московского центра международной торговли на Краснопресненской набережной. Он появился задолго до Москва-Сити (1980). Также он устраивал выставки советского искусства в США, жертвовал средства на реставрацию и музеи, дарил произведения западного искусства. В ответ он получал доступ к дефицитным проектам. А мне вспоминаются его комиссионные после продажи наших ценностей.
Сын эмигранта из Одессы, концессионер времен НЭПа, посредник ОГПУ в грабеже страны и вывозе ценностей, нефтяной магнат, неформальный дипломат — деятельность Хаммера в Москве создала ему многомиллионное состояние и репутацию «красного капиталиста». Вот только сомневаюсь, что он был другом нашей страны.
#лера_пишет #бета_сказка