Мы сидели на кухне, тихо. Я, как всегда, внимательно следила за тем, как
Ваня переключает каналы на телевизоре. Картинки сменялись одна за
другой, но мне было не до них. Мы с ним уже несколько недель не
разговаривали по существу. Всё больше и больше я ощущала, как между нами
растёт пропасть. На столе стояла недоеденная картошка, а запах
свежезаваренного чая смешивался с чем-то горьким от усталости. Я
вздохнула, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на шуме
телевизора.
Ваня бросил на меня взгляд и вновь переключил канал. Я знала, что он,
как всегда, не слушает, не слышит. Возмущение сжалось внутри. Иногда мне
казалось, что наш брак стал каким-то устаревшим атрибутом, забытым в
чулане.
— Мы в отпуск не собираемся? — прервала я тишину. Эти слова,
произнесённые будто бы невзначай, вонзились в воздух как нож. Я
надеялась на ответ, но вместо этого Ваня лишь пожал плечами.
— У нас работы много, — произнёс он с присущей ему безразличной интонацией.
Я почувствовала, как по спине пробежал холод. Работа, работа, работа.
Ваня всегда находил оправдания, чтобы не проводить со мной время. Может,
ему проще было смотреть на меня со стороны, чем участвовать в том, что я
чувствовала?
Когда я, наконец, и разозлилась на него, в дверь неожиданно постучали.
Лена, свекровь, вошла в наш дом с букетом цветов. Она выглядела, как
всегда, с иголочки. Я заметила, как Ваня замер, а я почувствовала, как
сердце забилось быстрее.
— Здравствуй, Лена, — произнесла я с натянутой улыбкой, надеясь, что она не заметила, как я дрожала от гнева.
— Привет, дорогая, — с заметной долей упрёка ответила свекровь. — Почему
у вас такой беспорядок? Я не понимаю, как можно жить в таком хаосе.
Я не сдержалась и скрестила руки на груди. Я знала, что Лена не пришла просто так. У неё всегда была своя повестка.
— У нас всё нормально. Мы просто… немного устали, — произнесла я, стараясь звучать безразлично.
Но Лена лишь покачала головой, как будто я сказала что-то несуразное.
Она направилась к столу и начала расставлять цветы в вазу. Мне не
хотелось слышать её советы о том, как нужно убраться, как готовить, как
вести себя с Ваней.
— Ты знаешь, Ирина, — сказала она, оборачиваясь ко мне, — Ваня всегда
был таким трудным. Я помню, как я с ним боролась, когда он был
маленьким. А сейчас он ни с кем не разговаривает. Тебе нужно научиться
находить общий язык с ним.
Я стиснула зубы. Как будто это было так просто — найти общий язык с человеком, который уже давно стал чужим.
Я решила, что не буду отвечать. Всё равно это не имело смысла. Лена
продолжала свои рассуждения, а я лишь смотрела в окно, пытаясь не
слышать её голоса. За окном начинался дождь, и я чувствовала, как капли
стучат по стеклу, словно подбадривают меня: «Скажи ей, что ты на самом
деле думаешь».
Но во мне росло какое-то смятение. Я понимала, что если сейчас произнесу хотя бы одно слово, то будет слишком поздно.
На следующее утро я вновь столкнулась с её присутствием. Лена пришла,
чтобы накормить нас завтраком, и мое беспокойство с каждым мгновением
нарастало. Она делала всё, чтобы Ваня чувствовал себя комфортно, но в
результате лишь увеличивала пропасть между нами.
— Ваня, тебе не кажется, что у вас с Ириной всё как-то не так? —
произнесла она во время завтрака, оборачиваясь ко мне с недовольством.
Я почувствовала, как в груди разгорелось пламя.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я с довольно резким тоном, хотя знала, что это лишь подстегнёт её.
— Ну, я просто вижу, что ты не заботишься о нём так, как надо. У вас, похоже, разлад в отношениях.
Её слова сразу же заставили меня замереть. Я смотрела на Ваню, который
снова уставился в телефон, и вдруг поняла: она права. Мы действительно
отдалились. Но как же я могла это исправить?
Я решила, что мне нужно попытаться. Но как? В голове крутилось множество
идей, но каждая из них казалась неуместной. Я хотела поговорить с ним,
но как донести свои мысли?
На следующий день я решила провести вечер с Ваней. Мы сидели на диване,
он смотрел спортивные новости, а я, лежа рядом, пыталась выбрать
подходящее время, чтобы начать разговор.
— Ваня, давай поговорим, — произнесла я, пробуя на вкус эти слова, как кислый лимон.
Он лишь покосился на меня и снова уткнулся в экран.
— Не сейчас, Ирина.
Я почувствовала, как давление снова нарастает. Я вздохнула и заставила себя расслабиться, но внутри меня всё кипело.
Холодный голос Лены вновь звучал у меня в ушах. «Ты не заботишься о нём». Я не могла позволить себе сдаться.
— Но это важно, — сказала я чуть громче, чем намеревалась. — Я чувствую, что между нами что-то изменилось. Мы стали отдаляться.
Ваня оторвался от телевизора, его взгляд был полон недовольства.
— Неужели ты опять начинаешь с этими разговорами? — произнес он с раздражением. — У нас с тобой всё нормально.
— Да? — не удержалась я. — А как же время, когда мы сидим вместе, а ты уткнулся в телефон? Это нормально?
Ваня, казалось, готов был взорваться.
— Ты сама не понимаешь, что о чём говоришь, Ирина! Если тебе нужно больше внимания, просто скажи об этом.
Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но не могла позволить себе заплакать.
— А ты не понимаешь, что это не про внимание? — произнесла я, стараясь
говорить спокойно. — Я просто хочу быть с тобой на одной волне.
Он быстро поднялся и вышел из комнаты. Я осталась одна, и чувствовала
себя опустошённой. Слова не имели веса, будто они утонули в воздухе. Я
сидела, слушая, как капли дождя стучат по подоконнику, и понимала, что
внутренние разногласия остались, а, может, даже углубились.
Несколько дней спустя мы снова встретились с Леной. Она пришла в гости, и
я знала, что в её присутствии будет сложно говорить с Ваней. Я пыталась
сохранять спокойствие, но уже понимала, что это может быть последняя
капля.
— Ирина, ты ведь не планируешь поездку в горы на выходные? — спросила она за чаем, как будто между нами не было ничего.
Я посмотрела на Ваню, у которого выражение лица изменилось. Он сжал зубы, и я попыталась сделать шаг навстречу.
— Лена, — произнесла я, стараясь звучать уверенно, — мне кажется, что мы
с Ваней не готовы к этому. Мы должны разобраться в наших отношениях.
Лена приподняла брови.
— Ирина, ты просто не делаешь достаточно. Когда я встречалась с Ваней, у нас всё было иначе. Я поддерживала его…
Я не выдержала.
— Но я не ты! Я не могу постоянно быть идеальной, потому что это
невозможно. Я хочу быть самой собой, не угождая другим! — выпалила я,
ощущая, как гнев поднимается.
Ваня на мгновение замер, а свекровь лишь смотрела на меня с удивлением, как будто я была ей незнакома.
— Ты просто не понимаешь, — произнесла она, поднимаясь. — Если продолжишь так себя вести, ты всё потеряешь.
Я чувствовала, как моё сердце колотится в груди.
— Лена, я никого не хочу терять. Я просто хочу… нуждаться, а не быть идеалом.
Тишина повисла. Ваня покинул комнату, и я осталась одна с Леной, которая, казалось, осознала, что меня не испугать.
— Иногда, когда я смотрю на вас, мне кажется, что вы не знаете, чего
хотите, — произнесла она, глядя на меня с легким презрением.
— Я знаю, чего хочу! Я хочу, чтобы Ваня слушал меня. Чтобы он не
прятался от меня за телефоном. Чтобы он знал, что я есть, и чтобы это
что-то значило! — воскликнула я.
Глаза Лены блеснули.
— Ваня говорит, что ты не ценишь его труд. Он работает для тебя, а ты лишь требуешь.
Я ощутила, как внутри меня что-то лопнуло.
— Я требую? Я лишь надеюсь на понимание. Когда он последний раз был со мной, а не с экраном?
Лена пожалела, что задала мне этот вопрос.
В тот вечер, когда она ушла, я осталась сидеть одна в молчании. В
комнате царила тишина, которую я чувствовала как тяжесть. Я знала, что и
Ваня, и Лена продолжают избегать реальности. Каждый из нас был заперт в
своём собственном мире.
Я посмотрела в окно на дождь, размышляя о том, как же этот водопад из
слов и эмоций обрушился на меня. Я чувствовала, что теряю контроль, но
уже не могла остановиться.
К вечеру Ваня так и не вернулся из прогулки. Я решила, что нам обоим
нужно время отдохнуть друг от друга. Я легла на диван с пустой головой, и
лишь звуки капель за окном были единственным утешением.
Когда он вернулся, я уже спала. Я не чувствовала ни злости, ни обиды, но
пустота внутри продолжала расти. На следующий день я пошла на работу, и
когда увидела своих коллег, поняла, что у меня нет сил говорить о
чём-то другом.
Конец недели настал, и дверь снова открылась. Ваня вошёл с бутылкой вина и улыбкой.
— Я думал, ты заскучала без меня, — произнёс он с лёгкой иронией.
Я кивнула, но внутри меня всё ещё оставались сомнения.
— Ты не поднимал трубку. — Я безразлично посмотрела на него.
— Я был занят, — ответил он.
Я знала, что это не причина. Мы вновь оказались в тени. Я вздохнула и, наконец, решилась.
— Ваня, нам нужно поговорить.
Он отвернулся, и опять в комнате повисло молчание. Я ощутила, как глаза наполняются слезами, но не могла позволить себе сдаться.
— Ты знаешь, я счастлива, что ты пришёл, но я уже не могу так дальше.
Он посмотрел на меня, и в этот миг я поняла, что даже если слова не прозвучат, мы всё равно остаёмся вместе.