Фраза «Можно, а зачем?», прозвучавшая из уст руководителя АвтоВАЗа в ответ на вопрос о создании российского аналога премиального седана, мгновенно стала мемом, точно отражающим состояние не только отечественного автопрома, но и всей модели индустриального развития, построенной на протекционизме. За кажущейся бизнес-логикой — отсутствием коммерческого смысла входить в низкорентабельную нишу — скрывается более глубокая и тревожная правда: российский гражданский автопром, несмотря на десятилетия государственной поддержки, не научился создавать конкурентоспособный продукт даже для внутреннего рынка.
🔧 Диагноз: тепличное растение в условиях внезапных морозов
Проблема АвтоВАЗа и ему подобных предприятий — не в текущих санкциях или «неэффективных менеджерах». Проблема — в системной зависимости от государственного патронажа, которая десятилетиями снимала вопрос о реальной конкуренции и удовлетворенности конечного потребителя.
- Иллюзия рынка под колпаком: АвтоВАЗ и другие отечественные производители десятилетиями работали в условиях закрытого или жестко регулируемого рынка, обложившись льготами, пошлинами и прямыми госсубсидиями. Это создало искаженную бизнес-модель, где успех измерялся не долей рынка, завоеванной у конкурентов, а объемом полученных преференций и способностью удерживать монопольное положение.
- Провал в формуле «цена-качество»: Результат — продукт, хронически отстающий по техническим характеристикам, надежности и потребительским качествам от глобальных, а теперь и от китайских аналогов. Парадокс в том, что при этом его цена, благодаря протекционистским барьерам, остается на сопоставимом уровне. Потребитель оказался в ловушке: он вынужден платить «рыночную» цену за заведомо неконкурентоспособный товар.
- Крах стратегии импортозамещения 1.0: Ответ руководства АвтоВАЗа — это крик души бизнеса, который осознает свою неконкурентоспособность, но не имеет механизмов для ее преодоления. Вливание средств в разработку «премиального корыта» в условиях крошечной рыночной ниши (70-100 тыс. штук в год по оптимистичным прогнозам) — путь к гарантированным убыткам.
🌐 Корень зла: государственная политика как тормоз развития
Обвинять в этом только менеджмент АвтоВАЗа — значит не видеть лес за деревьями. Ключевой вопрос лежит в плоскости государственной промышленной политики, которая вместо создания стимулов для развития продолжает плодить иждивенцев.
- Протекционизм как самоцель: Вместо того чтобы создать условия для модернизации через технологическое партнерство и адаптацию лучших мировых практик (как это было сделано в 2000-е с приходом иностранных автогигантов), государственная политика последних лет свелась к искусственному ограничению доступа на рынок более качественных товаров. Утильсборы, пошлины, логистические барьеры — все это инструменты защиты не потребителя и не отечественного производителя в долгосрочной перспективе, а конкретной устаревшей бизнес-модели.
- Отсутствие «дорожной карты»: Нет внятного ответа на вопрос: что мы хотим построить? Конкурентный на внутреннем рынке автопром? Экспортно-ориентированное производство дешевых автомобилей для развивающихся стран? Производителя отдельных компонентов для глобальных цепочек? Ответ «просто делать свои машины» в отрыве от экономической целесообразности ведет в тупик, из которого фраза «а зачем?» и является единственно разумным выходом.
- Перекладывание издержек на потребителя: Конечным плательщиком за эту политику становится российский потребитель, который лишен возможности «проголосовать рублем» за лучшее качество и вынужден мириться с завышенными ценами на фоне стагнации доходов. Это не только вопрос справедливости, но и фактор, напрямую давящий на потребительский спрос и общее экономическое самочувствие.
💡 Инвестиционные и экономические выводы
Ситуация с автопромом — это микромодель системных проблем целых секторов российской экономики, выросших в условиях административного ресурса и оторванности от глобальной конкуренции.
Сравнительный анализ проблем отрасли и их последствий:
ПроблемаКраткосрочный эффектДолгосрочный структурный рискЗащита неконкурентного производителяСохранение рабочих мест, иллюзия стабильности.Технологическое отставание, потеря компетенций, невозможность экспансии.Искусственное завышение ценНаполнение бюджета через сборы, прибыль для производителя.Сжатие потребительского спроса, снижение доступности товаров, социальное напряжение.Отсутствие ясной отраслевой стратегииВозможность латать дыры по мере возникновения проблем.Потеря времени и ресурсов, упущенные возможности для интеграции в новые цепочки создания стоимости.
- Для индустрии: Единственный путь — болезненная, но необходимая реструктуризация и специализация. Возможно, будущее российского автопрома — не в сборке целых автомобилей «всего и для всех», а в производстве specific компонентов (например, для электрического транспорта), создании решений для логистики или специализации на коммерческом транспорте для внутренних нужд. Это требует не дотаций, а smart-контрактов и технологического партнерства с дружественными странами.
- Для экономики в целом: Политика, при которой граждане вынуждены покупать более дорогие и менее качественные товары, является скрытым налогом на благосостояние и тормозом для роста производительности труда. Здоровый гражданский автопром (или его современная замена) — это не вопрос национального престижа, а инфраструктурный элемент развития смежных отраслей, сервиса, личной мобильности и, в конечном счете, качества человеческого капитала.
- Для инвестора: Компании, чья бизнес-модель зиждется исключительно на административных барьерах для конкурентов, а не на реальных конкурентных преимуществах, — высокорисковые активы. Их стоимость может рухнуть в момент изменения политической конъюнктуры или при появлении более изощренных способов обхода барьеров (как мы видим на примере с «перепрошивкой» китайских автомобилей).
Заключение:Фраза «Можно, а зачем?» — это не цинизм, а горькое прозрение. Она обозначает конец целой эпохи индустриального развития, построенной на логике «отделения от мира». Российскому автопрому (и государству как его главному акционеру) предстоит ответить на другой, более сложный вопрос: «Если не это, то что?». Поиск ответа потребует не новых барьеров, а смелой пересборки самой отраслевой логистики, перехода от политики защиты устаревших активов к политике выращивания новых компетенций в рамках переформатированной глобальной кооперации. Пока этого не произойдет, абсурдная ситуация, в которой защищенный производитель не видит смысла улучшать продукт, а потребитель лишен права на качественный выбор, будет только усугубляться.
Оригинал: «Можно, а зачем?»: как протекционизм убивает остатки российского автопрома