**1. Соседка**
Я переехал в новую квартиру неделю назад. В лифте я всегда сталкивался с запахом свежей выпечки. Однажды дверь напротив приоткрылась, и этот запах стал нестерпимо соблазнительным. Девушка с испачканной мукой щекой выглянула в коридор. "Извините, у вас случайно нет корицы?" — спросила она смущенно. Я, конечно, не был готов к такому вопросу. Пришлось честно признаться, что в моих коробках царит хаос. "Тогда заходите, я как раз экспериментирую с яблочным штруделем", — улыбнулась она. Ее кухня была уютной и солнечной. Мы пили чай с тем самым штруделем, который оказался идеальным. Она рассказала, что работает графическим дизайнером. Я поделился, что ищу в этом районе приличную кофейню. Она тут же нарисовала мне карту на салфетке со смешными значками. Ее звали Алиса. Когда чашка опустела, стало тихо, но не неловко. "Знаешь, а корица у меня, кажется, нашлась", — вдруг сказала она, и мы оба рассмеялись. Я помыл свою чашку под звонкий протест. Мы обменялись номерами "на случай кулинарных катастроф". Теперь запах корицы — мой самый любимый в мире. А лифт больше не кажется таким безликим. Иногда счастье живет прямо напротив.
**2. Ошибка в библиотеке**
Я искал редкое издание по квантовой физике для диплома. В тишине читального зала мой телефон громко завибрировал. Я судорожно стал искать его в рюкзаке, роняя книги. Рядом сидевшая девушка вздрогнула и уронила свою стопку. Наши бумаги смешались в хаотичную кучу. "Простите, это целиком моя вина!" — прошептал я, чувствуя себя идиотом. Мы на четвереньках стали собирать листы. Среди моих формул я увидел потрясающие акварельные зарисовки птиц. "Это ваши? Они невероятные", — сказал я искренне. Она кивнула, слегка покраснев. Ее звали Варя, и она изучала орнитологию. Мы тихо разговаривали, сидя на полу между стеллажами. Оказалось, мы оба ненавидим тот же учебник по высшей математике. Я помог ей найти книгу о певчих дроздах, которая как раз вернулась в фонд. Она дала мне свою закладку-кисть "на удачу" для защиты диплома. Мы вышли из библиотеки вместе, когда уже стемнело. У фонтана во дворе она сказала, что завтра будет рисовать тут зябликов. "Можно прийти посмотреть?" — спросил я, надеясь, что это не звучит странно. "Только если будете тихим, как мышь", — ответила она с улыбкой. Наука о птицах внезапно стала мне очень интересна.
**3. Под дождем**
Летний дождь застал меня врасплох на пустынной набережной. Я прижался к стене павильона с мороженым, который уже закрылся. Через минуту под навес влетела она, вся мокрая и смеющаяся. Ее платье прилипло, а в руках она несла спасенный от дождя бумажный пакет. "Битва с стихией проиграна с треском", — констатировала она, отряхивая капли с волос. Мы смотрели на хлещущий ливень, который скрывал противоположный берег реки. "Что в пакете?" — поинтересовался я, чтобы разрядить молчание. "Старые письма. Везу их на дачу, чтобы закопать. Ритуал такой", — призналась она. Это было самое необычное, что я слышал за неделю. Она объяснила, что хоронит прошлое, чтобы освободить место для нового. Дождь не думал утихать, и мы говорили о всяких глупостях. Ее звали Лика, и она занималась реставрацией книг. Вдруг она открыла пакет и показала одно письмо с рисунком смешного кота. "Его я, пожалуй, оставлю", — сказала она задумчиво. Дождь превратился в моросящую изморось. "Может, проводить вас до автобуса?" — предложил я. Она согласилась. Мы шли по блестящим мокрым камням, и я боялся поскользнуться не столько физически, сколько в разговоре. У остановки она вдруг вложила мне в руку бумажный кораблик, сложенный из обертки. "Чтобы не промокла удача", — пояснила она. Автобус увез ее, а я стоял и держал этот мокрый кораблик, чувствуя, что что-то начинается.
**4. В собачьем парке**
Мой лабрадор Бакс обожает гоняться за мячиками. В тот день он с прицельной точностью выхватил розовый мячик у миниатюрной таксы. Такса возмущенно залаяла, а ее хозяйка бросилась вдогонку. "Бакс, отдай!" — скомандовал я, но было поздно. Мячик уже летел ко мне в руки. Я поднял его и подошел извиняться. "Простите, у него спортивная травма. В юности мяч не додали", — пошутил я, протягивая игрушку. Девушка с удивлением рассмеялась, а такса недоверчиво обнюхивала Баска. "Спокойно, Фрида, это не враг", — успокоила она собаку. Мы пошли рядом, пока наши питомцы выясняли отношения. Она оказалась ветеринаром и сразу определила у Баска легкий артрит. Дали совет по добавкам. Говорили о глупостях, которые творят наши животные. Фрида, несмотря на размер, явно считала себя хозяйкой положения. В конце прогулки Бакс аккуратно положил к ее ногам найденную палку. "Это знак высшего уважения", — объяснил я. Мы одновременно достали телефоны, чтобы обменяться контактами "для обмена опытом". Ее звали Соня. "Если что с Баксом — пишите. Или просто так", — сказала она на прощание. Теперь мы ходим в один парк по субботам. Бакс с нетерпением ждет встречи с Фридой, а я — с Соней.
**5. На вокзале**
Я провожал сестру, суматошно целовал ее в щеку и сулил в сумку конфету. Отходя, она крикнула: "Не скучай!" Я обернулся и увидел девушку, которая сидела на лавочке и плакала. Не рыдала, а тихо плакала, стирая слезы пальцем. Рядом стоял огромный рюкзак. Мое первое желание — отойти — столкнулось с привитой сестрой жалостью. Я достал из кармана неотданную конфету. "Извините за наглость, но шоколад иногда помогает", — сказал я, протягивая ее. Она подняла на меня удивленные глаза, но взяла. "Спасибо. Я просто... опоздала на поезд. Свой поезд", — сказала она скомканным голосом. Оказалось, она уезжала на полгода работать в другой город и проспала. Мы сели рядом, и я рассказал, как сам когда-то проспал самолет в Сочи. История была дурацкой, но она улыбнулась. Мы пошли смотреть расписание, выяснилось, что следующий поезд только через шесть часов. "Хотите, покажу самое скучное кафе в радиусе километра? Там потрясающий вишневый пирог", — предложил я неожиданно для себя. Она согласилась. За пирогом мы говорили о путешествиях, страхах и планах. Ее звали Юля. Шесть часов пролетели незаметно. Провожая ее на платформу, я вдруг сказал: "Напишите, когда доедете". Она кивнула. Поезд тронулся, и она помахала мне из окна. Конфета была со вкусом вишни.
**6. На курсах**
Я записался на вечерние курсы итальянского "для души". В аудитории было человек десять, все серьезные. Преподаватель, энергичная синьора, заставила нас сразу начать диалоги. Моей напарницей стала девушка с огромной тетрадью. "Привет, я Марко", — сказал я на ломаном итальянском. "А я — Джорджия", — ответила она с ужасным акцентом. Мы должны были рассказать друг другу о своей работе. Я, бухгалтер, пытался объяснить, что "люблю цифры". Она, флорист, безуспешно изображала, как ставит цветы в вазу. Мы оба корчили такие смешные рожи, что не выдержали и расхохотались на русском. После занятия мы вышли вместе, и она спросила: "Как по-настоящему-то?" Ее звали Галя. Мы шли и обсуждали нелепость учебных фраз. "Хочешь выпить кофе? Потренируемся заказывать по-итальянски", — предложил я. В кафе мы, конечно, говорили по-русски. Она рассказала, что учит язык, чтобы читать Данте в оригинале. Я признался, что просто люблю звучание. Она написала мне в блокноте правильное произношение моего имени: "Марко". Подчеркнула два раза. Теперь занятия стали главным событием недели. Мы сидим рядом и тайком подсказываем друг другу. Я начал различать запах цветов в ее духах. А вчера она принесла мне в подарок веточку розмарина — "для памяти".
**7. В галерее**
Я стоял перед абстрактной картиной, пытаясь понять, что хотел сказать автор. Рядом остановилась девушка и вздохнула: "Прямо как мое утро". Я не удержался от смешка. Она посмотрела на меня. "Вы знаток? Объясните, пожалуйста, этот хаос", — жестом указала она на полотно. "По-моему, это просто мазня, за которую кто-то отдал миллион", — честно признался я. Она рассмеялась, и смотритель зал строго на нас посмотрел. Мы пошли дальше вместе, давая саркастические комментарии к самым пафосным работам. Оказалось, она художник-иллюстратор. "Тогда ваше мнение — профессиональное", — сказал я. "Нет, сегодня — исключительно личное", — парировала она. В зале современной скульптуры мы нашли инсталляцию из старых ключей и долго гадали, от каких они дверей. Она звала меня "коллега по непониманию". Ее звали Полина. У выхода был магазинчик, и она купила открытку с той самой первой картиной. "На память о плохом утре, которое стало хорошим вечером", — сказала она, протягивая ее мне. На обратной стороне она что-то быстро нарисовала. Это был смешной человечек (я), смотрящий на кляксу. Я проводил ее до метро, и мы договорились на следующей неделе пройтись по другой выставке — "Там обещают еще больше мазни". Теперь искусство кажется мне гораздо интереснее.
**8. В спортзале**
Я занимался на беговой дорожке, уткнувшись в сериал. Соседняя дорожка долго пустовала, потом туда встала она. Через пять минут ее тренажер резко остановился, а она, сняв наушники, растерянно смотрела на панель. "Нужна помощь?" — спросил я, сбавив скорость. "Кажется, я его сломала", — сказала она виновато. Мы вызвали инструктора, который, вздохнув, перезагрузил компьютер. "Простите за беспокойство", — сказала она мне уже после. "Да я сам на прошлой неделе гантель уронил", — успокоил я ее. У кулеров мы снова столкнулись. Она пила воду, а я пытался открыть бутылку мокрыми руками. "Давайте я", — она легко справилась с крышкой. Ее звали Аня, и она пришла в зал первый раз после болезни. Мы поговорили о том, как тяжело возвращаться к режиму. На прощание она сказала: "Если увидите, что я опять что-то ломаю — свистите". Через два дня я увидел ее на занятии по йоге. Она отчаянно пыталась повторить асану и поймала мой взгляд. Мы улыбнулись. После занятия я подошел и сказал: "Вы ничего не сломали, это прогресс". Теперь мы иногда занимаемся в одно время. Она показывает мне упражнения на растяжку, а я страхую ее на силовых. Вчера она принесла мне протеиновый батончик "за моральную поддержку". Зал перестал быть для меня просто местом для тренировок.
**9. На концерте**
Я пробился к барной стойке на переполненном концерте неизвестной мне инди-группы. "Два стакана воды, пожалуйста!" — крикнул я бармену. "О, отличная идея! Можно мне тоже?" — сказал голос справа. Я обернулся и увидел девушку с синими прядями в волосах. "Купите мне воду, а я сохранню вам место у сцены", — предложила она с хитрым блеском в глазах. Сделка показалась странной, но справедливой. Я кивнул. Вернувшись с тремя стаканами, я с трудом нашел ее. Она действительно отвоевала кусочек пространства у первой линии. Музыка была оглушительной, и мы не пытались говорить. Она просто танцевала, полностью отдаваясь ритму, а я наблюдал, забыв о воде. В перерыве между песнями она крикнула мне на ухо: "Спасибо за спасательную влагу!" Мы вышли подышать во двор клуба. Ее звали Ира, и эта группа была ее любимой уже пять лет. Она заразительно рассказывала о музыке, и я слушал, хотя названия ничего не говорили. "Давай твой телефон", — сказала она вдруг и ввела туда плейлист. "Домашнее задание". Концерт закончился, и мы стояли в толпе расходящихся людей. "Эй, а давай прогуляемся? Я знаю, где сейчас пусто", — предложила она. Мы бродили по ночному городу, и она пела песни той группы. Я вторил ей, совершенно фальшивя. Она смеялась, и этот смех был лучше любой музыки.
**10. В больнице**
Я сидел в травмпункте с вывихнутым пальцем, полученным в футбольном матче. Обстановка навевала тоску. Напротив сидела девушка, прижимая к груди завернутую в куртку кошку. Животное тихо жалобно мяукало. "С вашим питомцем что-то случилось?" — поинтересовался я, чтобы отвлечься от своей боли. "Она забралась на дерево, слезть боится. Я пыталась помочь... и сорвалась", — она показала на свою ободранную ладонь. Мы просидели так еще сорок минут, обсуждая глупость кошек и нашу собственную. Ее кошку звали Муза, и она была известной в своем дворе хулиганкой. Наконец, нас позвали. Врач, забинтовав мне палец, покрутил у виска, увидев нашу историю. Мы вышли вместе. "Как Муза?" — спросил я. "Живот цел, гордость ранена", — ответила она, и кошка недовольно буркнула. Она несла тяжелую переноску одной рукой. "Давайте я помогу", — предложил я здоровой рукой. Мы шли до ее дома, и она рассказывала о Музиных подвигах. Ее звали Ксюша. У подъезда она вдруг спросила: "А ваш палец как? Сможете завтра кофе держать?" Я ответил, что это будет болезненно, но я героически справлюсь. Она рассмеялась. Мы обменялись контактами "для отчетов о травмах". На следующий день я держал чашку ее фирменного капучино очень осторожно. А Муза, сидя на подоконнике, смотрела на меня с явным неодобрением.
**11. В поезде**
Я ехал в плацкарте на родину к родителям. Мое нижнее место было у окна. Выйдя в тамбур размяться, я вернулся и увидел, что на моей полке сидит девушка и смотрит в окно. "Извините, это мое место", — вежливо сказал я. Она вздрогнула. "Ой, простите! Я просто... мне нужно было сесть", — она покраснела и быстро встала. Я заметил, что она бледна. "Все в порядке? Вы нехорошо себя чувствуете?" — спросил я. Она кивнула: "Немного укачивает". Я предложил поменяться местами — мое у окна было лучше. Мы разговорились. Она ехала на свадьбу к подруге и очень нервничала. "Я терпеть не могу официальные мероприятия", — призналась она. Я достал колоду карт и предложил сыграть в "дурака" для отвлечения. Мы играли, пили чай из термоса и смеялись. Ее звали Даша. Ночь застала нас за разговором о детских страхах. Она уснула первой, а я смотрел, как за окном мелькают огни. Утром мы делились печеньем. Когда поезд подъезжал к ее станции, она вдруг стала серьезной. "Спасибо, что отвлекли. А то я бы всю дорогу паниковала", — сказала она. "Удачи на свадьбе. Танцуйте за двоих", — пожелал я. Она сошла на перрон, помахала рукой и скрылась в толпе. Через час на телефон пришло сообщение: "Выиграла в лотерею. Рядом со мной сел самый славный попутчик. Спасибо". Я улыбнулся и написал в ответ: "Повезло нам обоим".