Представьте взрослого человека, который в душе так и остался пятилетним малышом с волшебной палочкой в руках. Только палочка эта давно сломалась, а он всё машет обломком и искренне недоумевает: «Почему ничего не происходит?!»
Инфантильность — не злонамеренный выбор, а тихая привычка жить в мире, где ты главный герой, а все остальные — либо помощники, либо злодеи. В этом мире не нужно разбираться в причинах: если кофе остыл, виноват не ты, забывший его на столе, а «этот проклятый мир, который вечно всё портит».
Мы все время от времени играем в эту игру. Кто‑то громче кричит: «Это не я!», кто‑то тихо вздыхает: «Ну почему опять не повезло?» Но суть одна: ответственность — это что‑то чужое, тяжёлое, неудобное. Куда проще верить, что счастье — это лотерея, где достаточно купить билет, а дальше Вселенная сама разберётся.
Вот человек слышит совет модного коуча: «Брось нелюбимую работу!» и радостно бежит увольняться, будто только этого шага и ждал все десять лет. Но почему‑то через месяц эйфория сменяется растерянностью: новая работа тоже не приносит радости, а в зеркале по‑прежнему тот же человек с тем же набором страхов и сомнений.
Или вот история любви: «Он(а) не оценил(а) меня!» — звучит гордо, но за этой фразой прячется нерассказанная правда: «Я так и не научился(ась) говорить о том, что мне важно. Я ждал(а), что он(а) сам(а) догадается. А когда не догадался(ась) — сделал(а) вид, что это конец света».
Несколько лет назад ко мне на консультацию пришёл Алексей (образ собирательный, а потому все совпадения случайны) — подтянутый, стильно одетый мужчина 38 лет, успешный по всем внешним меркам. «Я не понимаю, в чём проблема, — начал он с порога. — У меня хорошая работа, квартира, машина. Но я чувствую, что живу не свою жизнь. Все вокруг какие‑то… ненастоящие». В его голосе звучало не раздражение, а скорее детская обида — как у ребёнка, которому подарили не ту игрушку.
В ходе бесед выяснилось: Алексей менял работу каждые полтора‑два года в поисках «того самого места», где его наконец оценят по достоинству. Развёлся после пяти лет брака, потому что жена «не поддерживала его амбиции». Поддерживал поверхностные отношения с друзьями, считая их «недостаточно амбициозными».
«Я просто хочу, чтобы всё было идеально, — повторял он. — Почему это так сложно?»
За этим запросом скрывалась глубокая детская травма: отец Алексея, строгий военный, редко хвалил сына, зато постоянно указывал на ошибки. «Ты мог бы лучше» звучало чаще, чем «молодец». В результате сформировался внутренний сценарий: чтобы быть любимым и ценным, нужно быть идеальным. А поскольку идеал недостижим, любой реальный результат воспринимался как провал.
Алексей бессознательно воспроизводил паттерн из детства:
- искал «идеального работодателя», который наконец‑то оценит его по‑настоящему (как когда‑то искал одобрения отца);
- выбирал партнёров, которые, как ему казалось, «не дотягивают», чтобы не столкнуться с риском реальной близости;
- избегал глубоких дружеских связей, опасаясь, что его «раскроют» и отвергнут.
Помню, как на одной из встреч Алексей, всплеснув руками, воскликнул: «Получается, я всю жизнь играл в игру „найди виноватого“, а главный злодей — это я сам?» В его глазах мелькнула не злость, а скорее изумление первооткрывателя, обнаружившего, что Земля круглая.
Инфантильность похожа на уютный плед, в который так приятно закутаться: не надо принимать сложных решений, не надо смотреть в зеркало, не надо признавать, что ты тоже причастен к этому хаосу. Но плед этот со временем становится тяжёлым, сковывает движения, мешает идти вперёд.
Работа с Алексеем шла непросто. Первое время он то и дело скатывался в привычное: «Это терапевт не понимает моей ситуации», «Система не даёт раскрыться». Но постепенно, через болезненное признание собственных ролей в создавшихся сценариях, он начал замечать:
- его «идеальные ожидания» — это проекция детского желания безусловного принятия;
- его постоянные смены работы — не поиск лучшего, а бегство от страха не справиться;
- его разочарование в людях — отражение не их недостатков, а его боли от неспособности строить зрелые отношения.
Однажды Алексей принёс на сеанс забавный рисунок: на нём был изображён маленький мальчик с огромным списком требований к миру. «Это я в детстве, — пояснил он с улыбкой. — Представляетеь, он до сих пор живёт у меня внутри и всё ещё ждёт, что кто‑то принесёт ему волшебную палочку». В тот момент в его голосе впервые прозвучала не обида, а тёплое принятие себя — как взрослого, который наконец‑то подружился со своим внутренним ребёнком.
А ведь взросление — это не про то, чтобы навсегда расстаться с детской радостью. Это про то, чтобы научиться играть в другие игры. Например, в игру «Я могу». Где:
- вместо «Они мне должны» — «Что я могу дать?»;
- вместо «Всё плохо» — «Что я могу исправить?»;
- вместо «Мир несправедлив» — «Как я могу сделать его чуть лучше?».
Через полгода работы Алексей впервые за много лет остался на одном месте работы, не потому что «пришлось», а потому что осознал: совершенство недостижимо, но можно получать удовольствие от процесса. Начал открыто говорить с новой партнёршей о своих чувствах, вместо того чтобы ждать, что она «должна догадаться».
Как‑то он позвонил мне и с улыбкой сообщил: «Знаете, я сегодня поймал себя на мысли, что не ищу виноватых. Просто делаю дело и получаю от этого удовольствие. Это странно, но… приятно!» В его голосе звучала та самая детская радость — уже не капризная, а зрелая, наполненная теплом и благодарностью.
И знаете, что самое удивительное? Когда перестаёшь ждать чуда от Вселенной и начинаешь творить маленькие чудеса сам, мир будто бы начинает подыгрывать. Не потому что он вдруг стал добрее, а потому что ты наконец‑то научился видеть возможности там, где раньше видел только преграды.
Так что, может, пора отложить обломок волшебной палочки и попробовать что‑то новое? Например, поверить, что твоя жизнь — это не сказка, которую кто‑то пишет за тебя, а роман, где ты и автор, и главный герой, и даже немного редактор. И пусть в нём будут ошибки, заминки и нелепые сцены — зато это будет твоя история. Настоящая. Живая. Твоя.
А внутренний ребёнок? Пусть остаётся. Только теперь он не диктатор, требующий немедленного исполнения желаний, а весёлый попутчик, который напоминает: даже в самых серьёзных делах можно находить повод для улыбки.
Автор: Попова Ольга Федоровна
Врач-психотерапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru