Предыдущая часть:
От хозяина третьесортной гостиницы Мария узнала, что её отец, будучи экспедитором, продавал налево продукты по завышенной стоимости, а разницу клал в свой карман. Сбывал он и стройматериалы, закупленные для ремонта, и многое другое. Так Мария оказалась невольной пленницей.
Уже на следующий день хозяин сказал ей тоном, не терпящим возражений:
— Не думай, красавица, что я буду тебя даром кормить, отрабатывай свою пайку, — распорядился он, указывая на коридор.
Маша понимала, что у неё нет выбора. По приказу хозяина она помогала горничным наводить порядок в номерах или выполняла грязную работу на кухне. Сотрудники заведения относились к ней настороженно, а в их взглядах она частенько улавливала что-то пугающее.
Как-то раз Маша решила выяснить, почему все так на неё смотрят.
— Соня, у меня такое впечатление, что вы здесь все знаете что-то очень важное, но мне не говорите, может, ты меня просветишь в тайны? — спросила Маша у молодой горничной, с которой сразу подружилась.
После долгого раздумья София ей ответила:
— Тут особых тайн нет, всего я рассказать тебе не могу, но тебе лучше бежать отсюда, и чем скорее ты это сделаешь, тем для тебя будет лучше, — посоветовала она, понижая голос.
У Маши всё внутри похолодело.
— Если я сбегу, что будет с моим отцом? — спросила она, кусая губы.
София рассмеялась ей в лицо.
— Неужели ты веришь, что он сможет вернуть Олегу долг, а потом явится сюда, чтобы вызволить свою дочурку из плена? Такие сценарии прокатывают только в книгах, а в реальной жизни всё обстоит намного хуже, — ответила она, качая головой.
Губы Марии беззвучно двигались, но слов было не разобрать. София прекрасно понимала, что происходит с девушкой, но жалость в данном случае была неуместна. Она продолжила в той же жёсткой манере.
— Видно, что ты ещё совсем не наученная жизнью, неужели до тебя не доходит, что твой отец тебя просто бросил? Хотя я не совсем точно выразилась, он тебя продал, — произнесла она, глядя прямо в глаза. — У Олега такой товар в ходу, у него же тут для привилегированных гостей, которые обожают разные развлечения, услуги на любой вкус.
Мария в ужасе округлила глаза.
— Соня, я не верю тебе, ты меня просто пугаешь, такого не может быть, — произнесла она, отступая назад.
Подруга дружески похлопала её по плечу.
— Ничего, скоро сама во всём убедишься, меня тоже хозяин хотел приобщить к выполнению специальных заказов, но мать ему не позволила, она тут за шеф-повара, и Олег её очень ценит, — добавила она, вздыхая. — А тебя он, видно, решил приберечь для особого случая, ведь ты уже больше месяца здесь.
После этого разговора Маша вообще потеряла покой. Она вздрагивала при каждом подозрительном звуке, а при появлении хозяина сразу пыталась скрыться. Улучив удобный момент, она выпросила у Софии мобильник.
Ещё в самые первые дни хозяин вежливо попросил:
— Ты тут на особых условиях, поэтому сдай мне на хранение свой телефон, — сказал он, протягивая руку.
Девушка попыталась возразить:
— Но у меня больная тётя, я же имею право с ней поговорить, не отнимайте у меня связь с миром, — ответила она, сжимая аппарат.
Хозяин ответил сразу:
— Конечно, когда тебе захочется пообщаться с родственницей, ты придёшь ко мне и поговоришь с ней в моём присутствии, — заверил он, забирая телефон.
Действительно, хозяин ни разу не отказал ей, но всегда присутствовал во время её разговора с тетушкой. На этот раз Маша хотела поговорить с отцом. Его номер она помнила наизусть.
Оставалось только раздобыть средство связи. София без всякого дала ей мобильник, но предупредила:
— Только недолго говори, а то у меня батарея почти разрядилась, — сказала она, передавая аппарат.
Родитель ответил сразу, но в его голосе слышалась тревога.
— Алло, кто это? — спросил он, явно насторожившись.
— Папа, это я, Мария, я хотела узнать, когда ты заберёшь меня, — произнесла она, стараясь говорить спокойно.
В трубке послышалось сопение, и девушка догадалась, что её вопрос застал отца врасплох. Он стал мямлить:
— Дочка, понимаешь, всё оказалось гораздо сложнее, чем я думал, не всё так просто, как казалось сначала, — ответил он, запинаясь.
Маша почувствовала, как из-под ног уходит последняя опора. Соня глазами показывала, что пора заканчивать разговор. Маша напоследок задала отцу всего один вопрос.
— За сколько ты продал родную дочь? — спросила она, голос дрожал от гнева.
В трубке снова раздались непонятные звуки. Девушка крикнула:
— Навсегда забудь обо мне, я больше не желаю тебя видеть, — произнесла она, сбрасывая звонок.
Она вернула мобильник Софии, но долго не могла справиться с дрожью, которая охватила всё её тело. Не глядя ей в глаза, подруга тихо сказала:
— Тебе нужно бежать отсюда, и чем скорее ты это сделаешь, тем будет лучше для тебя, иначе всё кончится плохо, — посоветовала она, обнимая Машу за плечи.
Поскольку София лучше знала все входы и выходы в гостинице, она помогла Марии незаметно скрыться из заведения вечером, когда там было полно гостей. Подруга дала немного денег на дорогу.
— Отдашь потом, когда будет возможность, — сказала она, сунув купюры в руку.
— А если не будет такой возможности? — спросила Маша, колеблясь.
И на этот вопрос подруга нашла достойный ответ.
— Если не получится у тебя вернуть долг, меня всё равно будет греть мысль, что я помогла хорошему человечку, а это важнее денег, — ответила она, улыбаясь.
— Ты тоже очень хорошая.
В порыве искренних чувств Мария обняла подругу. Валентина Сергеевна встретила девушку со слезами.
— А я и не чаяла тебя увидеть, какое-то нехорошее предчувствие было у меня на сердце после того, как вы с отцом уехали, — произнесла она, обнимая Машу. — А вчера мне вообще сон нехороший привиделся, но рассказывать его тебе не стану, не хочу расстраивать лишний раз.
Тетушка весь вечер хлопотала возле неё, а после ужина то ли в шутку, то ли всерьёз сказала:
— Маша, если я вдруг помру раньше времени, знай, что дом в этих колодцах, куда мы с тобой три года назад наведывались, я на тебя отписала, — произнесла она, глядя в глаза.
Мария стала возмущаться.
— Тётя Валя, ты же ещё ого-го, не говори таких вещей, ты проживёшь долго, — ответила она, качая головой.
Женщина только загадочно улыбнулась.
— Никто не знает, когда его час грядёт, просто сон мне нехороший привиделся, и я на всякий случай тебя предупредила, чтобы ты была в курсе, — добавила она, пожимая плечами.
Мария от души посмеялась над тетушкиными суевериями.
— То, что дом в той глухой деревне у меня вызывает ужас, там всё такое заброшенное и мрачное, — произнесла она, обнимая тетю.
Валентина Сергеевна опять улыбнулась своей загадочной улыбкой.
— Девочка моя, страхи тоже бывают разными, и то, что сегодня вселяет ужас, завтра может показаться невинным пустяком, бывает и наоборот, жизнь учит нас видеть вещи по-новому, — ответила она, гладя Машу по волосам.
После ужина они ещё немного посмотрели детективный сериал по телевизору, а потом отправились спать по своим комнатам. Ночью Марию разбудил громкий звук, напоминающий стук. Девушка подскочила и побежала сначала к дверям, потом прильнула к окну на кухне, но ничего подозрительного не увидела.
Она уже хотела лечь спать, но решила заглянуть в комнату пожилой родственницы. Тетка лежала с открытыми глазами. Маша сразу поняла, что случилось.
Всю ночь она проплакала, держа в своих руках остывшую руку тёти Вали. Соседи помогли сироте с похоронами. Надо было что-то решать с учёбой, и девушка уже собиралась возвращаться в колледж, как на третий день после похорон тетки она случайно выглянула в окно и увидела Олега Борисовича.
Бывший хозяин оживлённо беседовал с соседом, и несложно было догадаться, о чём говорили мужчины.
Минут через десять раздался звонок в дверь, заставивший Марию замереть на месте, словно её тело отказывалось повиноваться. Она боялась пошевелиться, прислушиваясь к каждому звуку за дверью, и сердце колотилось так сильно, что казалось, его стук услышат все в подъезде. В дверь позвонили ещё несколько раз, настойчиво и громко, а потом послышались гулкие шаги на лестнице, эхом отдающиеся в пустом пространстве.
Мария снова осторожно выглянула в окно, стараясь не показаться в проёме. Олег Борисович стоял возле подъезда, задрав голову вверх и осматривая окна, словно выискивал кого-то. На мгновение девушке показалось, что их взгляды встретились, и она отшатнулась назад, прижавшись к стене и затаив дыхание в ожидании.
Только бы он уехал, не стал ломиться или ждать под окнами. В голове девушки билась всего одна мысль, повторяясь как молитва.
Её мольба была услышана — бывший хозяин наконец уселся за руль дорогого внедорожника и медленно двинулся к арке, ведущей на главную городскую магистраль, где машина скрылась из виду.
Мария прекрасно понимала, что этот человек ещё вернётся за ней, он не из тех, кто легко отпускает то, что считает своим. Она бросила в дорожную сумку тёплые вещи и туалетные принадлежности, те немногие, что успела собрать за эти дни, а потом достала из шкафа энциклопедию с подробным описанием полезных растений, которую так любила тётя Валя.
Вдруг пригодится в дороге или на новом месте, где придётся начинать всё заново. Она побоялась появляться на вокзале и в других людных местах, где её могли заметить или опознать. У неё было ощущение, что за ней следят, что каждый прохожий может оказаться подосланным, и это чувство не отпускало ни на минуту.
Поэтому на этот раз путь до деревни оказался долгим и утомительным, полным пересадок и ожидания. Половину дороги она добиралась на попутках, ловя машины на трассе и каждый раз нервно оглядываясь, а под конец ей повезло сесть на рейсовый автобус до соседней деревни, где водитель не задавал лишних вопросов. Уже оттуда окольными тропками девушка добралась до колодцев, ориентируясь по воспоминаниям и редким указателям, скрываясь в тени деревьев.
Мария долгим взглядом провожала участкового, который уходил по пыльной дороге. В полголоса высказала недовольство девушка и отошла от окна, размышляя о его визитах.
— И чего он повадился сюда ходить, словно проверяет каждый раз, не случилось ли чего, — пробормотала она себе под нос, опуская занавеску и возвращаясь к своим делам на кухне.
Уже почти год она жила в том самом доме, который раньше вселял в неё ужас своей заброшенностью и тишиной, но недаром говорят, что человек привыкает ко всему, даже к самым неудобным условиям жизни, если нет другого выбора. Маша тоже не от хорошей жизни вздрагивала от каждого стука в дверь или шороха за окном, а любой незнакомый человек казался ей подозрительным, потенциальной угрозой из прошлого.
Так, неделю назад к её дому наведывалась целая делегация во главе со статной женщиной, которая выглядела как чиновница. Минут пять они стучали в дверь, настойчиво и громко, а больше всех старался старик Рыбаков, который сразу не взлюбил Марию за её замкнутость.
Несколько раз этот неприятный дедок наведывался к ней один, пытаясь разузнать, по какой причине Маша решила поселиться именно в этой деревне, где все друг друга знают.
— Мне тетка отписала этот дом, и я здесь по праву, — ответила девушка коротко в один из таких визитов, после чего сразу скрылась в доме, не давая ему продолжить расспросы.
Дедуля тоже скрылся, хотя было заметно, что её ответ не убедил его, и он ушёл, бормоча что-то под нос. Некоторые другие старожилы колодцев тоже делали неуклюжие попытки втереться в доверие к ней, предлагая помощь или просто заходя с разговорами о погоде, но Мария боялась с кем-то сближаться, опасаясь, что это может привлечь внимание извне.
Первое время она вообще старалась не показываться на улице, проводя дни в доме за чтением книг или сбором трав, но даже в заброшенной деревне невозможно человеку прожить без еды и хлеба, без простых нужд. Раза два или три в неделю Маша ходила в соседнюю деревню за продуктами, выбирая тихие часы, когда народу поменьше.
Однажды она застала продавщицу в плачевном состоянии — женщина сильно кашляла и при этом морщилась от боли, держась за грудь. Мария участливо спросила:
— Давно у вас кашель такой сильный, что даже дышать больно? — поинтересовалась она, ставя корзину на прилавок.
Женщина ответила, вытирая пот со лба:
— Да уже неделю мучаюсь, никак не проходит, а то и хуже становится, — произнесла она, кашляя в платок.
— На больничный мне нельзя уходить, народ останется без хлеба в мою лавку, со всех окрестных деревень люди бегут за продуктами, без меня здесь всё встанет, — добавила она, пытаясь улыбнуться сквозь боль.
Девушка расплатилась за покупку и сказала:
— Я завтра принесу вам очень эффективный сбор от кашля, он должен помочь, если заваривать правильно и пить регулярно, — предложила Маша, глядя на женщину с сочувствием.
Продавщица недоверчиво посмотрела на неё.
— Ты что, знахарка какая-то или просто так предлагаешь? — спросила она, прищурившись.
Мария смутилась.
— Нет, что вы, я училась в медицинском колледже, но пришлось бросить учёбу по уважительной причине, и ещё я изучала травы, знаю, как они помогают при таких вещах, — объяснила она, краснея.
Продолжение :