– Андрей, передай мне, пожалуйста, джем, только осторожно, не капни на скатерть, я ее только вчера отпарила, – Ольга блаженно потянулась в кресле, подставляя лицо теплым лучам субботнего солнца, бьющим в кухонное окно.
Андрей, ее муж, улыбнулся и аккуратно подвинул вазочку с абрикосовым джемом.
– Ты сегодня какая-то особенно умиротворенная, Оль. Выспалась наконец?
– Не то слово. Знаешь, Андрюша, я всю неделю мечтала об этом моменте. Тишина, кофе, никто не дергает, телефон отключен от рабочих чатов. У нас сегодня по плану что? Генеральная уборка в гардеробной, потом я хотела полежать в ванной с солью, а вечером закажем роллы и посмотрим тот новый детектив. Идеально.
Ольга сделала глоток ароматного кофе и прикрыла глаза. В свои сорок два года она научилась ценить комфорт и личное пространство превыше всего. Их квартира, светлая, просторная «трешка» в новом районе, была ее крепостью. Они с Андреем долго к этому шли: ипотека, бесконечный ремонт, экономия, карьерный рост. И вот теперь, когда все было готово, когда каждый уголок дома дышал уютом и чистотой, Ольга оберегала этот покой как зеницу ока.
Идиллию разорвал резкий, требовательный звонок в дверь. Не деликатное треньканье, а длинная, настойчивая трель, от которой вздрогнул даже кот, дремавший на подоконнике.
Ольга и Андрей переглянулись.
– Мы кого-то ждем? – спросил муж, нахмурившись. – Вроде курьера не заказывали.
– Нет, – Ольга поставила чашку. – Может, соседи? Затопили мы кого-то, что ли?
Звонок повторился, еще более настойчиво, а затем в дверь начали колотить кулаком.
– Хозяева! Открывайте! Свои пришли! – раздался из-за двери зычный, до боли знакомый голос.
Ольга почувствовала, как внутри все холодеет. Этот голос она узнала бы из тысячи. Тетка Зина. Двоюродная сестра ее матери, живущая в деревне за триста километров от города.
Андрей, тяжело вздохнув, пошел открывать. Ольга, накинув халат поплотнее, поплелась следом, чувствуя, как рушатся планы на «день для себя».
Едва Андрей повернул замок, дверь распахнулась, едва не ударив его по лбу. В прихожую, как цунами, ввалилась пестрая, шумная толпа. Впереди, необъятная, как ледокол, в цветастом плаще и вязаном берете, плыла тетка Зина. За ней, сгибаясь под тяжестью клетчатых сумок-баулов, семенил ее муж, дядя Коля, маленький и суетливый. Замыкала шествие их дочь, тридцатилетняя Танька, с пергидрольными волосами и вечно недовольным выражением лица, волоча за собой огромный чемодан на колесиках.
– Сюрприз! – гаркнула тетка Зина, раскинув руки для объятий. – Ну, встречайте гостей дорогих! Что застыли, как неродные? Олька, иди поцелую! Совсем, поди, зазналась в своем городе, забыла тетку!
Ольга, едва устояв на ногах после мощных объятий, от которых пахло жареными пирожками и дешевыми духами, попыталась выдавить улыбку.
– Здравствуйте, тетя Зина. Дядя Коля, Таня... А вы... вы какими судьбами? Почему не позвонили?
– А чего звонить-то? – искренне удивилась Зинаида, начиная сбрасывать обувь прямо посреди коврика, не заботясь о том, что грязные ботинки перекрыли проход. – Мы ж родня, не чужие люди! Связь денег стоит, а так – сели на электричку, потом на автобус, и вот мы тут! Решили проведать, посмотреть, как вы тут устроились в своих хоромах. Да и по делам нам надо. Таньке сапоги купить на осень, да мне к врачу записаться, говорят, у вас тут клиники хорошие.
Дядя Коля молча опустил баулы на пол. Один из них подозрительно звякнул, а из другого на светлый ламинат начало капать что-то темное.
– Коля, ты чего там разбил? – тут же взвилась Зина. – Огурцы?! Я ж говорила, в тряпку заворачивай! Оль, ну чего стоишь? Тряпку неси, давай, пока не растеклось! И таз какой-нибудь, гостинцы разбирать будем.
Ольга метнулась в ванную за ветошью, чувствуя, как нарастает глухое раздражение. Вернувшись, она увидела, что гости уже прошли в гостиную, не снимая верхней одежды, и Танька с интересом ощупывает обивку нового дивана.
– Светлый... – протянула кузина, сморщив нос. – Маркий. Детей-то нет, вот и жируете. А у нас бы такой через неделю черный стал.
– Таня, разуйтесь, пожалуйста, и снимите куртки, – твердо сказала Ольга, вытирая рассол с пола. – У нас тепло.
– Да мы с дороги, озябли, – отмахнулась Зинаида. – Андрюша, ты бы чайник поставил, что ли? А лучше чего покрепче. Дядька твой устал сумки переть. Мы вам картошки привезли, мешок целый! И сала домашнего, и закруток. А то жрите тут свою химию магазинную, поди, и вкуса настоящего забыли.
Андрей, который все это время стоял с видом человека, попавшего под артобстрел, пошел на кухню.
– Проходите на кухню, там и поговорим, – сказала Ольга, стараясь сохранять остатки гостеприимства. – Только руки помойте с дороги.
Через десять минут вся компания сидела за столом. Кухня, которая еще полчаса назад казалась просторной и солнечной, вдруг стала тесной и душной. Тетка Зина заняла собой половину пространства, дядя Коля скромно примостился в уголке, а Танька сразу полезла в телефон, требуя пароль от вай-фая.
– Ну! – Зинаида хлопнула ладонью по столу. – Чего сидим, кого ждем? Хозяйка, мечи на стол! Мы с пяти утра на ногах, маковой росинки во рту не было. Давай, Олька, показывай, чем мужа кормишь, чем гостей потчевать будешь.
Ольга замерла у столешницы. В холодильнике у нее было шаром покати, если судить по меркам тетки Зины. Там стояли йогурты, упаковка рукколы, немного сыра, яйца и вчерашняя куриная грудка, которой хватило бы ровно на две порции. Они с Андреем планировали заказать еду или сходить в кафе, поэтому готовить в промышленных масштабах Ольга не собиралась.
– Тетя Зина, я не готовила, – честно призналась Ольга. – Мы не ждали гостей. Я могу сделать бутерброды с сыром, яичницу пожарить. Чай, кофе.
В кухне повисла звенящая тишина. Тетка Зина медленно перевела взгляд с Ольги на пустой стол, потом на Андрея, и снова на Ольгу. Ее лицо начало наливаться нездоровым румянцем.
– В смысле – не готовила? – переспросила она вкрадчиво. – Ты время видела? Обед скоро! У нормальной бабы к этому времени уже и первое, и второе, и компот должны быть. А у тебя что? Шаром покати?
– Мы по выходным поздно встаем и мало едим, – попыталась оправдаться Ольга, хотя понимала, что это бесполезно. – Мы отдыхаем.
– Отдыхают они! – фыркнула Танька, не отрываясь от экрана. – От чего отдыхать-то? В офисе сидите, бумажки перекладываете. Это мы с мамой огород перекопали, скотину накормили, банки закатали. А они устали...
– Цыц, Танька! – одернула дочь Зинаида, но тут же повернулась к Ольге с видом прокурора. – Оля, это не по-людски. Родня приехала, за триста верст киселя хлебать! Мы вам гостинцы перли, спины рвали, а ты мне – бутерброд? Ты нас за кого держишь? За нищих, что ли, которым корка хлеба за радость?
– Я ни за кого вас не держу, – голос Ольги стал жестче. – Я говорю как есть. У меня пустой холодильник. Если бы вы позвонили вчера и сказали: «Оля, мы приедем», я бы сходила в магазин, наварила борща, запекла мясо. Но вы свалились как снег на голову.
– Да какой магазин?! – возмутилась тетка. – У тебя мука есть? Яйца есть? Картошка наша вон в коридоре стоит! Встала бы, да нажарила сковородку картохи, да пирогов замесила по-быстрому! Делов-то на час! Что ты мне тут сказки рассказываешь про пустой холодильник? Было бы желание – гостя всегда накормишь.
Андрей кашлянул, пытаясь разрядить обстановку.
– Зинаида Петровна, ну правда. Давайте сейчас чай попьем, перекусим чем бог послал, а потом мы пиццу закажем. Или пирогов осетинских. Вкусные, горячие, с мясом!
– Пиццу... – презрительно скривился дядя Коля, подав голос впервые за все время. – Сухарь этот с колбасой. Желудок только портить. Нам бы жиденького чего. Супчику.
– Вот именно! – подхватила Зина. – Мужику суп нужен! А не ваши эти... суши-муши. Олька, ты чего стоишь как неродная? Доставай курицу, я видела, ты говорила, есть грудка. Картошку Коля почистит. Сейчас суп сварганим. Раз хозяйка безрукая, придется гостям самим себя обслуживать. Позор, конечно, перед людьми стыдно рассказать будет.
Зинаида тяжело поднялась и направилась к холодильнику, по-хозяйски распахнув дверцу.
– Тетя Зина, закройте холодильник! – Ольга сделала шаг вперед, преграждая ей путь.
– Чаво? – опешила тетка.
– Того. Это моя кухня. И мой холодильник. Я не буду сейчас варить суп и жарить картошку. Я устала. У меня выходной. Я предлагаю вам чай, бутерброды, печенье. Если вы голодны – я закажу доставку любой еды из ресторана, какую скажете. Шашлык, борщ, люля-кебаб – все привезут через час. Но стоять у плиты я не буду.
Зинаида захлопнула дверцу холодильника с такой силой, что звякнули магнитики. Она уперла руки в бока, и ее маленькие глазки сузились.
– Ишь ты, барыня! Доставку она закажет! Деньги девать некуда? Конечно, богатые, куда нам, деревенским! Мы вам картошку, сало свое, натуральное, душу вкладывали! А ты нос воротишь? Гнушаешься?
– Я не гнушаюсь, – устало сказала Ольга. – Спасибо за картошку. Но я не просила ее привозить. Мы едим мало картошки.
– Не просила она... – передразнила Танька. – Мам, я ж говорила, не надо к ним ехать. Они тут зажрались. Ленка, сестра двоюродная, та хоть и беднее живет, в общежитии, а стол всегда накроет, последнее отдаст. А эти... Тьфу!
– И правда, Коля, собирайся! – скомандовала Зинаида. – Не рады нам тут. Кусок хлеба пожалели. Мы к людям со всей душой, сюрприз хотели сделать, порадовать, а нас, как собак, на пороге держат. Пойдем мы. К Ленке пойдем. Там хоть и тесно, зато люди душевные.
– Подождите, – вмешался Андрей. – Куда вы пойдете с сумками? Оставайтесь, переночуете, место есть. Ну не приготовила Оля, с кем не бывает, сейчас придумаем что-то...
– Нет уж! – Зинаида уже выплывала в коридор, сметая на своем пути тапочки. – Ночевать мы тут не будем, чтоб нам потом каждым глотком воды попрекали. Не нужны нам ваши подачки. Забирай, Коля, картошку! Не заслужили они. Обратно повезем, свиньям скормим, они благодарнее будут!
– Зина, да тяжелая же, – заныл дядя Коля. – Тащить опять на пятый этаж к Ленке...
– Тащи, я сказала! Принципиально! Не оставлю ни крошки в этом доме! Пусть давятся своими йогуртами!
Началась суматоха. Танька демонстративно громко застегивала сапоги, бормоча про «куркулей» и «городских жлобов». Зинаида выхватила из рук Ольги банку с огурцами, которую та успела поставить на полку, и запихнула ее обратно в сумку, едва не разбив снова.
– Тетя Зина, это глупо, – попыталась вразумить ее Ольга, прислонившись к косяку. – Вы обижаетесь на пустом месте. Просто в следующий раз предупреждайте о визите. У людей могут быть планы.
– Планы у нее! – взвизгнула тетка, натягивая берет. – Какие планы важнее родни? Семья – это святое! А ты, Олька, мать забыла, корни забыла. Смотри, бумерангом вернется. Останешься одна в своей золотой клетке, стакан воды никто не подаст!
– Про стакан воды я уже слышала, – усмехнулась Ольга. – Обычно его подают те, кого не заставляли в выходной день картошку чистить.
– Хамка! – выплюнула Зинаида. – Пошли, Танька, Коля! Ноги моей здесь больше не будет!
Дверь хлопнула так, что с потолка посыпалась штукатурка. В наступившей тишине было слышно, как гудит лифт и как дядя Коля чертыхается на лестничной площадке, пытаясь поднять мешок с картошкой.
Ольга и Андрей остались стоять в прихожей. На полу остались грязные следы от ботинок, запах рассола и тяжелый дух скандала.
Андрей подошел к жене и обнял ее за плечи.
– Ну вот... А ты говорила – скучный день будет.
Ольга уткнулась лбом ему в плечо. Ее немного трясло. Не от страха, а от той неприятной, липкой гадливости, которая остается после общения с людьми, считающими, что им все должны только по праву родства.
– Знаешь, мне даже не стыдно, – тихо сказала она. – Раньше я бы, наверное, металась, извинялась, побежала бы за колбасой в магазин, лишь бы тетка Зина не обиделась. А сейчас... Почему я должна оправдываться за то, что живу в своем доме так, как хочу?
– Ты не должна, – твердо сказал Андрей. – Они вели себя по-свински. Припереться без звонка, требовать еды, критиковать... Это перебор.
– Но они теперь всей деревне расскажут, какая я ужасная, – вздохнула Ольга, отстраняясь и глядя на грязный пол.
– И пусть рассказывают. Зато в следующий раз подумают, прежде чем ехать. Или вообще не приедут. Разве это не плюс?
Ольга посмотрела на мужа и вдруг рассмеялась. Нервно, но с облегчением.
– И то правда. Слушай, а давай все-таки закажем пиццу? Прямо сейчас. Острую, с пепперони. И роллы. И вина откроем.
– А уборка? – улыбнулся Андрей.
– К черту уборку. Пол сейчас протру, и хватит. У нас сегодня день освобождения от токсичной родни. Это надо отметить.
Она пошла за шваброй, чувствуя, как с каждым движением уходит напряжение. Да, было неприятно. Да, скандал. Но она отстояла свои границы. Она не позволила превратить свой дом в постоялый двор, а себя – в кухарку по вызову.
Через час они сидели на диване, ели горячую пиццу прямо из коробки и смотрели фильм. Телефон Ольги пару раз звякнул – приходили сообщения в семейном чате. Она видела превью: гневные голосовые от матери (которой уже успела позвонить Зина), фотографии «бедного стола» у Ленки, где на клеенке стояла тарелка с солеными огурцами и бутылка водки, с подписью «Вот где душу греют!».
Ольга не стала открывать сообщения. Она просто заблокировала уведомления до понедельника.
– Оль, – Андрей откусил кусок пиццы. – А картошку они зря забрали. Я бы пюрешку съел завтра.
– Ничего, купим, – отозвалась Ольга, наливая вино. – Зато эта картошка не будет стоить мне моих нервов. Самая дорогая картошка в мире – та, за которую нужно платить своим самоуважением.
Вечером, когда стемнело, Ольга вышла на балкон. Город сиял огнями. Где-то там, в тесной квартирке на окраине, тетка Зина наверняка перемывала ей кости, рассказывая Ленке о «зажравшейся барыне». А здесь было тихо и спокойно.
Она вспомнила, как в детстве мама заставляла ее терпеть бесконечных гостей, уступать свою кровать троюродным братьям, бежать в магазин за хлебом, пока взрослые гуляли. «Терпи, это же родня!» – говорили ей. И она терпела.
Но девочка выросла. И построила свой дом. И в этом доме действуют ее правила. Правило номер один: уважение. Нет уважения – нет гостеприимства.
– Ты чего там застряла? – позвал Андрей из комнаты. – Кино продолжается.
– Иду! – Ольга вернулась в тепло квартиры, плотно закрыв балконную дверь, словно отсекая все лишнее и чуждое.
В тот вечер они так и не сделали генеральную уборку в гардеробной, но Ольга чувствовала, что навела порядок в чем-то гораздо более важном – в своей жизни. И это ощущение чистоты и свободы было лучше любой вымытой полки.
Если вам понравилась эта история и вы тоже считаете, что незваный гость хуже сами знаете кого, ставьте лайк и подписывайтесь на канал. Пишите в комментариях, как вы справляетесь с наглыми родственниками