Есть мнение, что все основные изобретения были сделаны для целей военных. И это мнение традиционно полемизирует с другим, не менее распространённым: будто войны разрушительны и без них человечество добилось бы большего. В пользу как первого, так и второго может быть приведена масса интуитивно очень убедительных доводов. Но этот этап мы пропустим, так как, хоть с доводами, а хоть без, эти мнения всё-таки ложны. Оба.
Что касается мнения о прогрессивной роли войны, оно ложно бесхитростно. Можно сказать, в лоб. Просто посмотрев какой-нибудь рейтинг «100 важнейших изобретений» легко убедиться, что за редкими исключениями они не имели к военному делу отношения. Как минимум, изначально. Конечно, во врагов метали глиняные горшки с зажигательным составом, врагов давили колесницами, но и огонь, и обжиг глины, и колесо к делу смертоубийства были притянуты далеко не сразу. То же, кстати, касается и металлов. Даже железа. Первыми изделиями из железа стали украшения, а не мечи.
Кстати, и обжиг глины, и металлургия выросли из практики пережигания охры. «Кстати» это, потому что, краска для бодипайнтинга также подпадает под определение «украшения». Получается, украшения…
Получается, что ничто не ново под Луной. Не так важно, что и для чего изобреталось, как важны области, в которых технологии совершенствовались, а затем, не взирая на высокие затраты, применялись. Естественно, технологии быстрее всего развивались там, где их совершенствование обильно финансировалось. А это статусное потребление (роскошь) и война. Позже, – как только придумали куда тут воткнуть технологии, – к списку добавилась и медицина. Ничего удивительного в таких акцентах нет, поскольку за каждым из них – биология. Грегарно-индивидуальный отбор.
Индивидуальный отбор побуждает человека ценить статус. Фараон это всё равно вожак стаи, а значит альфа-самец, – прошитая в подсознании программа разницы не улавливает. Война же это отбор групповой. Более сильные группы устраняют конкурентов за ресурсы. Располагая же ресурсами группа может повысить свою численность.
...То есть, за первым мнением, всё-таки, есть правда. Хотя и немного. Прогрессу технологий войны способствуют косвенно, – через финансирование совершенствования вооружений теми, кто потом собирается вооружения использовать. Но тут роль войны незначительна, и прогресс вполне успешно продолжался бы благодаря второй движущей силе: стремлению к роскоши.
Второе же мнение ошибочно, можно сказать, глубже. В своей биологической основе. В случае, если вид становится процветающим, начинается внутривидовая борьба за ресурсы. По сути, конкуренция, являющаяся одним из эволюционных механизмов... И то что в случае с человеком адаптация происходит путём совершенствования материальной культуры, – не суть. Если исключить соперничество и столкновения между группами, лучший не будет получать призов. И тогда эволюционный механизм работать перестанет.