CGM у меня нет. И, если честно, это одна из немногих причин, почему я ещё иногда чувствую себя приличным человеком.
Потому что стоит мне представить, что я поставил непрерывный мониторинг глюкозы — всё. Игра закончена.
Не для врачей. Для меня.
Я иногда листаю обзоры, читаю комментарии, смотрю, как люди обсуждают «кривую», «стрелочки», «тренды». И в голове возникает простая картина: я — взрослый человек, с серьёзным лицом, ответственный… и с прибором, который знает обо мне слишком много.
В ту ночь я заснул с мыслью: «А что, если всё-таки купить?»
И мозг, не спросив разрешения, выдал мне демонстрационную версию.
Мне приснилось, что я поставил CGM. Наклеил его так торжественно, будто это медаль за выживание.
И сразу почувствовал: на плече появился невидимый контролёр. Не человек. Хуже. График.
Сначала всё было красиво. Приложение приветливо мигало, как новый друг:
«Добро пожаловать! Мы поможем вам лучше понимать свой организм».
— Отлично, — сказал я. — Мой организм сам себя не понимает, может, вы справитесь.
На экране появился ровный график. Умиротворяющий. Как линия горизонта в рекламе йоги. Я почувствовал уважение к себе.
«Вот, — подумал я, — серьёзный человек. С сенсором. Прогресс. Технологии. Здравый смысл».
Я пошёл на кухню просто попить воды.
И тут я увидел хлеб.
Нет, не просто хлеб.
Свежий. Тёплый. С корочкой, которая хрустит так, будто умеет говорить: «Ты заслужил».
Я стоял и смотрел на него как на бывшую любовь: вроде нельзя, но память-то живая.
— Я не буду, — строго сказал я хлебу. — Я взрослый.
Хлеб молчал. Но пах.
Я взял ломтик.
— Только понюхаю, — сказал я.
В этот момент телефон вибрировал.
На экране появилось уведомление:
«Не лгите. Мы всё видим.»
Я моргнул.
— Так… а вы кто?
И тут CGM заговорил. Вежливо. Спокойно. Тоном банковского приложения, которое заметило подозрительную транзакцию.
— Вы сейчас держите хлеб.
— Я не держу, я…
— Держите.
— Ладно. Но я не ем! Я… дегустирую атмосферу.
На графике ничего не произошло. Я даже обрадовался.
— Видишь? — сказал я сенсору. — Никакой реакции. Запах хлеба не влияет на уровень глюкозы!
CGM помолчал.
А потом добавил, как бы между делом:
— Пока.
Я отложил хлеб.
Сел.
Сделал вид, что победил.
Через минуту я снова встал. Просто так. Не потому что хлеб. Просто потому что… проверить, как хлеб лежит. Не упал ли. Травмоопасный продукт, всё-таки.
— Только разок, — сказал я сам себе. — Совсем маленький. Чисто научно.
— Научно? — спросил CGM.
— Конечно. Эксперимент по биофизике. Я проверяю, влияет ли свежесть корочки на психоэмоциональное состояние диабетика.
— И на уровень глюкозы, — добавил CGM.
— И на уровень глюкозы, да. Для полноты картины.
Я сделал крошечный укус. Такой, который даже совесть бы не заметила.
Телефон вибрировал снова.
— 19:27. Кривая пошла вверх.
— Не может быть! — возмутился я. — Это же крошка!
— Крошка — это состояние души. А это был укус.
— Ну хорошо, — начал я защищаться. — Может, это стресс от ответственности.
— Стресс от хлеба.
— От ответственности перед хлебом.
CGM нарисовал на графике маленький подъём и будто бы вздохнул.
Я решил сменить стратегию: стал умным.
— Слушай, — сказал я сенсору, — ты должен учитывать погрешность.
— Погрешность чего?
— Моей честности. Она плавающая.
— Я учитываю. Поэтому и вижу всё.
Я ушёл от хлеба к холодильнику. Чтобы отвлечься.
Там был сыр.
— Это белок, — сказал я, открывая дверцу. — Белок — можно.
— Можно, — согласился CGM. — Если вы не сделаете из него бутерброд.
— Я не сделаю. Я…
— Сейчас вы думаете про хлеб.
— Я думаю про белок!
— У вас лицо хлебное.
Я взял сыр. Маленький кусочек. Для баланса.
Потом… чуть больше. Потому что сыр не может быть маленьким — он просто кусок счастья.
CGM молчал минуту. Дал мне почувствовать иллюзию свободы.
А потом:
— 19:28. “Эффект дегустации масла”.
— Это сыр!
— Это вы так его называете.
— Ладно, — сказал я и решил уйти в крайность. — А вот если я просто оближу нож?
CGM даже не дрогнул:
— 19:29. “Контактная проба”.
— Ты издеваешься?
— Я мониторю.
Я попытался перейти в наступление.
— Слушай, а ты вообще кто по жизни?
— Непрерывный мониторинг глюкозы.
— Нет, по характеру.
— Детектор лжи.
— И давно?
— С момента вашей первой фразы “я просто попью воды”.
Тут я почувствовал, что проигрываю. Не сахар. Сюжет.
Я решил лечь спать. Потому что сон — это единственное место, где можно спрятаться от реальности.
Но проблема была в том, что CGM был уже во сне вместе со мной. Он стал частью моего подсознания. И, судя по всему, поселился там, где раньше жил самообман.
Лежу. Темно. Тишина.
И вдруг телефон вибрирует в третий раз.
— 19:31. Почему вы не спите?
— Я сплю!
— У вас мысли.
— Это не мысли, это… фон.
— Фон поднялся на 0,7.
— Это одеяло!
— Одеяло не повышает глюкозу.
— А если оно нервное?
— Тогда ему тоже нужен CGM.
Я не выдержал:
— Слушай, давай договоримся. Ты не будешь меня палить, а я буду… стараться.
— Вы уже старались. В 19:27.
— Я буду стараться сильнее!
— Сильнее — это как?
— Ну… без хлеба.
— Отлично. Тогда почему вы держите его в руке?
Я посмотрел вниз.
И правда: в руке у меня был хлеб. Как реквизит. Как улика.
— Это не мой, — сказал я.
— Ваш.
— Это соседский!
— Вы живёте один.
— Это… хлеб пришёл сам!
— Хлеб не ходит. Но вы ходите к хлебу.
В этот момент CGM на экране выдал новую функцию:
«Режим психолога: объяснить пациенту, что “кусочек” — это тоже еда».
— Выключи! — закричал я.
— Не могу. Это премиум-подписка, — спокойно ответил CGM.
Я попытался сорвать сенсор. Но он был как внутренний стыд: отрывается плохо и оставляет след.
Я проснулся резко, как будто меня выбросили из сна за нарушение правил честности.
Сердце стучит. Руки ищут телефон. На руке — ничего.
Никакого сенсора.
Я лежал в темноте и слушал тишину. Тишина не вибрировала. Тишина не строила график. Тишина не цитировала время: «19:27».
И всё равно мне показалось, что где-то рядом, в углу комнаты, сидит невидимый CGM и смотрит на меня с выражением:
«Ну что. Попьём воды?»
Я повернулся на бок, укрылся одеялом и подумал:
может, приборы и правда помогают контролировать сахар.
Но главное, что они контролируют — это оправдания.
С ними не поспоришь.
Им не расскажешь про «дегустацию».
И самое обидное: они не ругают.
Они просто показывают.
А это, как выяснилось, страшнее любой лекции.
Я закрыл глаза и пообещал себе две вещи:
первая — завтра точно без хлеба после семи,
а вторая — больше никогда не гуглить CGM перед сном.
Потому что иначе мне опять приснится карьера Илона Маска.
И кривая.
Которая идёт вверх.
💬 А у вас как — приборы помогают быть честнее с собой или, наоборот, добавляют поводов для переговоров? Было ли у вас это «я только попробовал»? Напишите в комментариях — такие истории всегда самые живые.
⚠️ Важно: всё, что вы прочитали — художественный вымысел и фантазия. Я не ношу непрерывный мониторинг глюкозы и не являюсь врачом. Этот текст — не медицинская рекомендация, а ироничный взгляд на жизнь с диабетом. Любые решения по лечению и устройствам принимайте только после консультации со специалистом.
📲 Больше таких «Хроник диабетика», наблюдений, юмора и честных текстов — в моём Telegram:
А на сайте еще больше статей на различные темы о диабете и то что не входит в подборки Дзена: