— Доктор милый, хоть кусочек пирога с капустой возьмите. Совсем заморённый вид у вас, — настаивала Анфиса Петровна, старейшая жительница Горловки, протягивая свёрток.
Фельдшер Андрей устало улыбнулся, поправил очки.
— Спасибо, Анфиса Петровна, только я не доктор. Я фельдшер. И пирог, конечно, возьму. Лекарство от любой хвори.
— Лекарство-лекарством, а от тоски-то не поможет? — прищурилась старушка, пристально глядя на него. — Четвёртый месяц у нас, а будто мучаетесь вы тут, Андрей Владимирович. Как будто жизни в вас нет.
Андрей вздрогнул. Анфиса Петровна, как всегда, попала в точку. Он приехал в эту глухую деревушку за триста вёрст от областного центра из-за развала жизни, болезненного развода, после которого опустела не только квартира, но и душа. Город стал невыносимым. Медпункт в Горловке, куда уже год не могли найти специалиста, стал его спасением. Здесь были простые, понятные боли: давление, радикулит, простуда. Их он лечил, а свою — просто загонял работой.
— Всё в порядке, — ответил он, стараясь говорить ровно. — Вы лучше давление измерьте, а то щёчки сегодня очень розовые.
Уладив дела с Анфисой Петровной и проводив её, Андрей вышел на крыльцо. Был конец сентября. Холодноватый воздух пах прелой листвой. Он закурил, глядя на дорогу, ведущую к реке. Мысли снова унесли его в город, к тому, что он старался забыть. Спасала только работа.
***
Вечером, разбирая старые журналы и документы прежнего фельдшера, он наткнулся на папку с надписью «Истории болезней. Архив». Листал без интереса, пока взгляд не остановился на знакомой фамилии — Смирнов. Его фамилия.
Андрей нахмурился. Отец, Владимир Иванович, родился и вырос в соседнем селе Люблино, но, по его словам, в Горловке никогда не жил. А здесь была карточка: «Смирнов Алексей Владимирович, 12.05.1969 г. р. Диагноз: острая пневмония. Лечащий врач…». Дата рождения заставила сердце сжаться. 1969-й? Отец женился на матери в 1975-м, а он, Андрей, родился в 1977-м. Кто этот Алексей Владимирович?
Андрей отложил папку. В его устоявшуюся жизнь ворвалось что-то тревожное. «Совпадение», — пытался убедить себя. Но что-то не давало покоя. На следующий день, воспользовавшись свободным утром, он поехал в Люблино, в сельсовет.
Пожилая женщина, сотрудница сельсовета, узнав, что он новый фельдшер из Горловки, охотно пошла навстречу.
— Смирновы? Ну как же, конечно, знаю. Владимир Иванович твой отец? Так он же в город уехал. А его первая жена, Надежда, умерла молодой. Мальчишку, Алёшеньку, бабушка по материнской линии забрала в Горловку. Знатная травница была. Потом и она умерла, а он куда-то пропал. Слышала, в город подался, на завод.
У Андрея подкосились ноги. Он вышел на крыльцо сельсовета. Яркое осеннее солнце ослепило его. Старший брат. У него есть старший брат. Отец ни словом не обмолвился. Волна обиды на отца накрыла его. Почему скрыл? Стыдился? Забыл? И где теперь этот Алексей? Жив ли?
Возвращаясь в Горловку, Андрей думал. Брат. Чужой человек, но связанный с ним кровью и общей историей, о которой он не знал. Эта мысль не давала покоя.
***
В Горловке Андрей познакомился с Лидией. Лидия Сергеевна, учительница младших классов, дочь местного механизатора. Она привела в медпункт свою бабушку, и Андрей, обычно сдержанный, разговорился о травах, вспомнив когда-то прочитанное. Лида удивлённо посмотрела на него своими большими, серыми глазами.
— Вы разбираетесь? — спросила она.
— Нет, — признался Андрей. — Но хотел бы. Здесь каждый второй знает больше городского врача.
— Тогда пойдёмте в воскресенье в лес, — предложила она. — Я бабушке чагу заготавливать буду.
Андрей согласился. Они бродили по осеннему лесу, Лида рассказывала о деревьях, кустах, грибах. Говорила о деревне, учениках. Она не задавала лишних вопросов, не лезла в душу. Андрей, отвыкший от простого общения, молчал, слушал, чувствуя, как скованность отпускает его.
— Вы на родительское собрание в пятницу приходите, — сказала она. — Я там о гигиене и профилактике простуд рассказывать буду. Без медицинского специалиста никуда.
— Приду, — ответил Андрей.
Он стал приходить в школу, помогал чинить забор у её дома, она принесла ему обед, когда он весь день ухаживал за больным стариком. Они пили чай, и Андрей, глядя на её руки, улыбку, вдруг почувствовал спокойствие. Такого чувства не было давно.
Он рассказал ей про брата, когда они разбирали посылку с медикаментами. Скупо, без эмоций. Лида внимательно выслушала.
— И что теперь делать? — спросил он.
— Сердце подскажет, — сказала она. — Раз узнал, уже не сделаешь вид, что не знаешь. Это как незаживающая ранка. Её нужно лечить: встречей или принятием того, что встречи не будет. Но решить надо.
Её слова запали ему в душу. Он начал поиск. Через знакомых, соседей. Узнал, что Алексей действительно уехал в город, работал на заводе, который закрылся. След терялся. Ощущение потерянного родства не отпускало.
***
А тем временем его чувства к Лиде перерастали во что-то глубокое. Он ждал её шагов за дверью, улыбался, вспоминая её смех. Она входила в его жизнь неспешно, как рассвет. Он понимал, что безнадёжно влюблён. Это пугало и окрыляло.
Однажды, когда за окном мела метель, в медпункт пришла Лидия. Андрей помог ей снять пальто, не удержался и прикоснулся губами к её ладони. Она не отдёрнула руку, посмотрела на него с пониманием.
— Лида, я… Мои чувства к тебе очень сильные, — тихо сказал он.
— Это жизнь, Андрей. Она всегда сильнее. От неё не спрячешься, — ответила она.
Они стали встречаться. Деревенские одобрили. Андрей снова почувствовал себя нужным.
***
История с братом получила неожиданное продолжение перед Новым годом. Почтальон принёс письмо. Андрей с замиранием сердца увидел адрес отправителя: «Смирнов А. В.». Он долго не решался открыть. Вечером пришла Лида. Он молча показал ей конверт.
— Открывай, — сказала она, беря его за руку.
Он вскрыл конверт. Письмо было коротким, почти деловым.
«Андрей. Нашёл тебя через архив больницы, где ты работал. Слышал, ты в Горловке. Искал меня. Пишу, потому что родных у меня больше нет. Отец нас обоих бросил. Я жив, здоров, работаю сторожем. Семьи нет. Если хочешь встретиться — напиши или позвони. Мой телефон ниже. Если не хочешь — тоже напиши, чтобы знать.
Алексей».
Андрей перечитал письмо несколько раз. В сухих строках он увидел ту же боль, что таилась в нём.
— Он как ты, — сказала Лида, положив руку ему на плечо. — Такой же замкнутый, гордый, обиженный.
— Что мне делать? — растерянно спросил он.
— Ехать, — твёрдо сказала она. — Повидайтесь. Хотя бы посмотрите друг на друга.
И Андрей поехал. Сел на автобус до города. Они встретились в кафе у вокзала. Алексей оказался высоким сутулым мужчиной с сединой и глазами, как у отца. Молча пожали руки. Сели.
Сначала говорили о пустяках: о погоде, дороге. Потом Алексей резко спросил:
— Ну и зачем тебе это? Я тебе не нужен был все эти годы.
— Я не знал о тебе. Отец ничего не сказал, — тихо ответил Андрей.
— А я знал. Думал, ты не захочешь меня знать.
Они начали рассказывать свои истории. Истории двух людей, которых разлучила жизнь. Оказалось, Алексей тоже пережил тяжёлый развод, остался один, работал, чтобы забыть. Они говорили как два одиноких человека, нашедших общий язык. Было неловко, грустно, но к концу встречи появилось робкое чувство связи.
— Приезжай в Горловку, — неожиданно сказал Андрей. — У меня там новая жизнь.
Алексей кивнул, не обещая:
— Посмотрим.
Возвращаясь, Андрей чувствовал, что важная деталь встала на место. Он не обрёл братскую любовь, но обрёл понимание.
Лида встретила его на остановке. Шёл мягкий рождественский снег.
— Ну как? — спросила она.
— Познакомились. Похож на отца и на меня. Спасибо, что уговорила поехать.
— Пойдём домой? — улыбнулась она, протягивая руку в варежке.
— Пойдём, — сказал он, беря её руку.
Они шли по заснеженной улице. Андрей думал, что год назад бежал от жизни, а теперь она нашла его здесь, в деревне, в лице брата и любимой женщины.
***
Вскоре Андрей и Лидия поженились. Свадьба была скромной.
Приехал на свадьбу Алексей. Рядом с ним была Ирина — невысокая, спокойная женщина с добрыми глазами.
— Работает на том же заводе, что и я. Тоже одна маялась, — коротко представил её Алексей.
Андрей чувствовал, как его рана одиночества затягивается.
После свадьбы жизнь потекла своим чередом. Алексей и Ирина уехали в город, но их связь с братом не прерывалась. Раз в месяц звонили друг другу, на майские праздники договорились встретиться снова в Горловке. Алексей написал, что городской воздух стал тяжёл для него, и Ирина поддержала идею перебраться поближе к лесу, в Горловку.