— Так, Лариса Петровна, собирайте свои ножнички и расчёски. С первого января вас здесь не будет, — Светлана Борисовна поставила бокал с шампанским на стол так резко, что брызги полетели на скатерть.
Музыка в банкетном зале будто замерла. Гирлянды мигали, отбрасывая цветные блики на побелевшее лицо Ларисы. Она стояла с тарелкой салата в руках, не в силах пошевелиться.
— Вы... что? — голос её прозвучал тихо, почти беззвучно.
— Я что-то непонятно сказала? — Светлана Борисовна оглядела остальных мастеров, сидевших за столом. — Пятнадцать лет отработала, и что? Клиенты жалуются, что долго возитесь, голова трясётся. Молодёжь нужна, шустрая.
Алиса, сидевшая напротив, опустила глаза в тарелку. Её новенький маникюр блестел под светом люстры.
— Да вы в своём уме, Светлана Борисовна?! — Марина резко встала, опрокинув бокал. — Лариса лучший мастер в городе! Половина ваших клиентов к ней ходит!
— Ходила, — поправила владелица, поправляя причёску. — Теперь к Алисочке будут ходить. Она и молодая, и техники новые знает.
Лариса наконец опомнилась. Тарелка выскользнула из рук и с грохотом упала на пол. Салат «Оливье» разлетелся по паркету.
— Вы меня увольняете? На корпоративе? Перед Новым годом? — её руки задрожали.
— А что, удобный момент, — Светлана Борисовна пожала плечами. — Все в сборе, заодно и познакомлю Алису как нового старшего мастера.
— Старшего?! — теперь подскочила и Марина. — Она у нас три месяца работает!
— И уже больше денег приносит, чем вы обе, — отрезала владелица.
Лариса схватилась за спинку стула. Пятнадцать лет... Она помнила, как открывала этот салон вместе со Светланой, как ночами делали ремонт, как первых клиентов ловили на улице. И вот так, за столом с мандаринами и шампанским, всё заканчивается.
— Света, ну как же так, — в голосе Ларисы появились слёзы. — Я же тебе как сестра была...
— Бизнес, Лариса. Ничего личного, — Светлана Борисовна закурила, хотя в зале это было запрещено. — Мне салон на плаву держать надо, а не сестёр кормить.
Алиса ёрзала на стуле, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Остальные мастера молчали, уставившись в тарелки. Никто не хотел связываться с начальницей.
— Знаете что, — Лариса выпрямилась, вытерев глаза. — Может, оно и к лучшему. Я тут вкалывала как проклятая, а вы премию себе забирали.
— Это моё право! Я владелица!
— Владелица... — Марина хмыкнула. — А кто клиентскую базу создал? Кто рекламу сарафанным радио делал? Лариса! Пока вы по курортам мотались!
— Девочки, давайте не надо, — робко вступила Алиса. — Может, как-то договоримся?
— А ты помолчи, — огрызнулась Марина. — Тут взрослые разбираются.
Лариса достала телефон и начала что-то быстро печатать. Пальцы дрожали, но она сосредоточенно смотрела в экран.
— Что ты там строчишь? — насторожилась Светлана Борисовна.
— Пишу всем нашим постоянным клиенткам, — спокойно ответила Лариса. — Сообщаю, что открываю свой салон. В двух кварталах отсюда, кстати. Помещение давно присмотрела.
Лицо владелицы побагровело.
— Ты что, с ума сошла?! Это переманивание клиентов!
— А вы думали, я просто так уйду? После пятнадцати лет?
— Ты подписывала договор о неразглашении! — Светлана Борисовна вскочила, опрокинув свой стул.
— И что? Я не буду разглашать ваши секреты, — Лариса усмехнулась. — Но клиенты свободны выбирать, к какому мастеру ходить. Или закон уже изменился?
— Ах ты...
— Кстати, Светлана Борисовна, — Марина достала свой телефон. — Я тоже увольняюсь. Прямо сейчас. И ухожу с Ларисой.
— Предательницы!
— Мы предательницы? — Лариса рассмеялась, и в этом смехе звучала горечь. — Вы премии себе забирали, мы на окладе сидели. Вы в Турцию каждый месяц летали, а мы из последнего продукты на стол клали. И кто тут предатель?
Алиса сидела, потупив взгляд. Остальные мастера переглядывались.
— Между прочим, Светлана Борисовна, — подала голос девушка-администратор. — Вы мне зарплату за ноябрь до сих пор не выплатили.
— И мне за октябрь недоплатили, — робко добавила мастер по маникюру.
— Совсем озверели! — завизжала владелица. — Я вас кормлю, одеваю!
— Ага, кормите, — Марина показала на стол. — Одна бутылка шампанского на десять человек и салат из дешёвой колбасы. Шикарный корпоратив.
Лариса между тем допечатала сообщения и убрала телефон. На лице её появилась странная улыбка.
— Знаете, Светлана Борисовна, я вам даже благодарна.
— С чего это?
— Вы меня освободили. Я пятнадцать лет жила вашей жизнью, вашими интересами. Забыла про свои мечты. А теперь займусь собой.
— Мечты, — скривилась владелица. — В твоём возрасте только на пенсию мечтать остаётся.
— Мне пятьдесят два, а не восемьдесят, — отрезала Лариса. — И я ещё покажу вам, на что способна.
Телефон Светланы Борисовны начал разрываться от звонков. Она глянула на экран и побледнела.
— Это что ещё за чертовщина?
— А, это мои клиентки, — невинно улыбнулась Лариса. — Хотят уточнить адрес нового салона.
— У тебя ещё нет никакого салона!
— Будет. К середине января всё оформлю. Помещение уже сняла, договор подписан. Оборудование закажу, мастеров наберу, — Лариса оглядела сидящих за столом. — Кто со мной? Зарплата честная, премии реальные, никаких обманов.
Одна за другой начали подниматься руки. Сначала Марина, потом администратор, потом ещё две мастера. Алиса сидела неподвижно, явно разрываясь между желанием присоединиться и страхом перед владелицей.
— Стоп-стоп-стоп! — Светлана Борисовна схватила бутылку с коньяком и налила себе полный бокал. Выпила залпом. — Лариса, давай поговорим как взрослые люди.
— Взрослые? — переспросила та. — Это которые увольняют перед Новым годом лучшего мастера?
— Ладно, может, я погорячилась, — владелица явно пыталась взять себя в руки. — Давай забудем эту глупость. Останешься, премию дам. Большую.
— Какую премию? — Марина фыркнула. — Три тысячи?
— Пятьдесят дам! — выпалила Светлана Борисовна.
Лариса задумчиво посмотрела на неё. В зале стояла напряжённая тишина, только ёлка весело мигала огоньками, не ведая о драме, разворачивающейся под ней.
— Знаете, Светлана Борисовна, я тут посчитала, — медленно начала Лариса. — За пятнадцать лет я вам принесла минимум пятнадцать миллионов чистой прибыли. Это если считать только моих постоянных клиентов и их средний чек.
— Да ты что несёшь?!
— Я всё правильно несу. Вы на мне квартиру купили, машину сменили, в Дубай каждый год летаете. А я до сих пор на съёмной живу.
— Так открой свой салон, раз такая умная! — взвилась владелица.
— Вот именно это я и сделаю, — Лариса встала. — Девочки, кто со мной — собираемся. Завтра в десять встречаемся, обсудим детали.
Алиса вдруг тоже поднялась.
— Можно мне тоже?
— Алис, ты что?! — взвыла Светлана Борисовна. — Я тебя учила, продвигала!
— Вы меня эксплуатировали, — тихо сказала девушка. — Я по четырнадцать часов работала, а получала минималку. Вы говорили — потерпи, зато опыт. Только опыта мне хватило понять, что так жить нельзя.
Светлана Борисовна осталась сидеть одна за праздничным столом. Салон опустел — все мастера ушли с Ларисой. Гирлянды продолжали весело мигать, а на столе остывали недоеденные салаты.
— Вот суки неблагодарные, — пробормотала владелица, наливая себе ещё коньяка.
А на улице Лариса стояла, вдыхая морозный воздух. Снег падал крупными хлопьями, и она подставила лицо небу, чувствуя, как на щеках тают холодные снежинки.
— Лар, ты уверена, что справимся? — спросила Марина.
— Справимся. Я пятнадцать лет чужой бизнес тянула, свой уж точно подниму.
Телефон опять зазвонил. Лариса глянула на экран и улыбнулась.
— Это Зинаида Петровна, помнишь, та, что каждую неделю приходит? Говорит, готова авансом за год вперёд заплатить, только чтобы место за ней закрепили.
— Видишь, а ты боялась.
— Знаешь, Маринка, — Лариса обняла подругу за плечи. — Это лучший новогодний подарок, который я себе могла сделать. Свободу.
Они пошли по заснеженной улице, оставляя следы на свежевыпавшем снегу. Впереди было много работы, трудностей, бессонных ночей. Но Лариса почему-то не боялась. Она чувствовала себя так, будто скинула с плеч тяжеленный мешок, который тащила все эти годы.
А в салоне Светлана Борисовна допивала коньяк и судорожно соображала, как ей теперь работать без мастеров. Телефон продолжал разрываться от звонков клиенток, требовавших объяснений.
— С Новым годом меня, — пробормотала она, глядя на опустевший зал.
И ёлка весело мигнула огоньками в ответ, будто соглашаясь: да, именно с таким вот поворотом и начинается новая жизнь.