Всё началось с того лифта. Помню, как сейчас - был вторник, дождливый октябрьский день. Андрей Волков торопился в свой офис на двадцать третьем этаже, а тут в лифт заходит женщина с ведром и шваброй. Обычная уборщица, в синем халате, уставшая после ночной смены.
Столкнулись они случайно - Андрей резко развернулся, чтобы нажать на кнопку, а она как раз пыталась отодвинуться подальше в угол.
"Ой, простите!" - сразу заговорила женщина. Голос тихий, извиняющийся. Таких голосов Андрей слышал множество - все бедняки почему-то думают, что должны извиняться просто за то, что существуют.
Но когда он взглянул на неё, то забыл обо всех своих делах. Красивая была очень. Не та искусственная красота, которую покупают в салонах его знакомые дамочки, а самая настоящая. Тёмно-русые волосы собраны резинкой, глаза серые, как небо после дождя. Молодая - лет двадцать восемь максимум.
"Ничего страшного," - ответил Andрей и неожиданно для себя спросил: "Как дела? Тяжело работается?"
Женщина удивилась. Ещё бы! Сын олигарха разговаривает с уборщицей. Такого в их мире просто не бывает.
"Да нормально," - осторожно ответила она. "А вы как? Наверное, у вас дел полно."
"Дел-то много, а толку мало," - вдруг честно сказал Андрей.
Лифт доехал до нужного этажа, двери открылись. Женщина быстро вышла, даже не оглянулась. А Андрей весь день думал об этой короткой встрече. Что с ним такое? В тридцать пять лет влюбился, как мальчишка?
Отец его, Михаил Петрович Волков, человек был крутой. Заводы строил, нефтяные скважины покупал, политиков в кармане держал. Денег у семьи - куры не клюют. Андрей с детства знал: он наследник империи. Учился в лучших университетах, женился по расчёту на дочке банкира, развёлся через два года. Потом были ещё женщины, но все одинаковые - красивые, дорогие, пустые.
На следующий день Андрей специально задержался в офисе допоздна. Ждал уборщицу. Узнал у охранника, что зовут её Лена Михайлова, работает в клининговой компании "Чистый дом" уже четвёртый год.
Когда она появилась в лифте, Андрей почувствовал, как сердце забилось быстрее.
"А, это опять вы," - сказала Лена. "Задерживаетесь часто?"
"Бывает," - соврал он. "А у вас семья есть?"
"Мама только. Болеет сильно, лекарства дорогие покупаю."
"А отец?"
"В армии погиб, когда мне десять было."
Андрей сглотнул. Какая же у неё тяжёлая жизнь! А он тут со своими проблемами миллиардера...
Так началось их знакомство. Каждый вечер встречались в лифте, разговаривали минут по пять. Лена рассказывала о своей жизни просто, без жалоб и слёз. Педагогический институт закончила, хотела детей учить, но зарплата учителя - копейки. Пришлось идти уборщицей. По ночам ещё в больнице подрабатывала санитаркой.
"Мечтаю школу открыть для трудных детей," - говорила она. "Знаете, таких, которых дома никто не любит. Им особенно нужна забота."
Андрей слушал и думал: когда он последний раз о ком-то заботился? Родителей месяцами не видит, друзья - так, приятели по бизнесу, от женщин только и слышишь: "купи то, купи сё".
Через месяц он набрался смелости пригласить Лену в кафе. Она долго отказывалась.
"Зачем вам это нужно? Мы же совсем разные люди."
"Именно поэтому и нужно," - ответил Андрей.
В кафе просидели до самого закрытия. Лена рассказала про коммуналку, где живёт с мамой, про то, как в детстве бутылки собирала, чтобы на лекарства заработать. Андрей впервые в жизни говорил правду о себе - какой он одинокий, как надоело, что все видят в нём только деньги.
"А вы могли бы столько добра сделать!" - воскликнула Лена. "У вас же безграничные возможности!"
"Возможности есть, а желания не было," - признался он. "До встречи с вами."
Влюбились они быстро. Андрей понял: впервые встретил женщину, которая любит его самого, а не банковский счёт. Лена боялась этих чувств - слишком уж разные у них миры. Но Андрей был настойчивым. Дарил ей книги, а не драгоценности, водил в театры, а не в дорогущие рестораны.
Когда привёз невесту к родителям, отец чуть со стула не упал.
"Ты что, совсем рехнулся?!" - орал Михаил Петрович. "Уборщица! Она же тебя обведёт вокруг пальца, всё состояние растрясёт!"
"Папа, ты её совсем не знаешь."
"Да знаю я таких! Сначала в любовь играют, потом до последней копейки обирают!"
Мать, Елена Владимировна, была помягче, но тоже против.
"Андрюша, милый, подумай трезво. Что у вас общего? О чём разговаривать будете? Она же необразованная..."
Лена всё это слышала из соседней комнаты. Андрей нашёл её в слезах.
"Может, они и правы," - шептала она. "Не пара я тебе."
"Ты единственная, кто мне подходит," - твёрдо сказал он.
Свадьбу сыграли скромно. Родители Андрея демонстративно не приехали. Зато мама Лены, Анна Ивановна, несмотря на больное сердце, благословила молодых.
"Береги её, сынок," - сказала она Андрею. "Она у меня золотце."
Первый год жили как в сказке. Андрей показывал жене мир, о котором она только в кино видела. Но Лена оказалась не из тех, кто головы теряет от роскоши. Наоборот, она настаивала: надо людям помогать.
"Построим школы, больницы," - уговаривала она мужа. "Дадим бедным детям шанс выучиться."
Андрей влюблялся в неё всё больше. Лена не требовала шуб и бриллиантов, их дом превратился в место, где всегда рады гостям.
Но чем больше денег уходило на благотворительность, тем сильнее злился отец.
"Она тебя разоряет!" - кричал Михаил Петрович. "Раздаёт направо-налево то, что я всю жизнь зарабатывал!"
"Папа, мы же добро делаем."
"Добро! А завтра эти твои подопечные и знать тебя не будут!"
Старик ошибался. Письма с благодарностями приходили мешками. Дети из детдома рисунки присылали. Студенты фотографии с дипломами. Врачи рассказывали, сколько жизней спасли благодаря новому оборудованию.
"Видишь?" - говорила Лена. "Мы действительно мир меняем."
На третий год грянул кризис. Акции полетели вниз, контракты расторгались, долги росли как снежный ком. Михаил Петрович прямо обвинял невестку.
"Если бы не ваша благотворительность, денег бы хватило на чёрный день!"
"Михаил Петрович, но мы же сотням людей помогли," - спокойно отвечала Лена.
"А теперь сами по миру пойдём!"
Андрей разрывался между отцом и женой. Лена видела его страдания.
"Давай часть программ свернём. Переведём деньги в бизнес."
"Но тогда школа в Воронеже закроется, больницу в Самаре не достроим..."
"Люди поймут. Главное - сохранить то, что есть."
Сократили благотворительность наполовину, но было уже поздно. Империя Волковых трещала по швам. Банки требовали возврата кредитов, партнёры разрывали договоры.
К концу четвёртого года Андрей остался почти ни с чем. Только дом да небольшая сумма на счету. Михаил Петрович слёг с инфарктом.
"Видишь теперь, что натворила?" - шипела свекровь, сидя у постели мужа.
Лена не оправдывалась. Устроилась работать в обычную школу. Зарплата - жалкие гроши, но она была счастлива. Наконец-то занималась любимым делом.
Андрей переживал крах очень тяжело. Винил себя, что не сберёг отцовское наследство.
"А вдруг папа был прав? Может, я слишком много тратил на чужих?"
"Андрей, посмотри на меня," - брала его за руки жена. "Ты думаешь, я разлюбила тебя из-за того, что миллиарды кончились?"
"Не знаю... Любая другая женщина уже бы сбежала."
"Но я не любая. Я твоя жена. И буду с тобой, хоть в шалаше."
Пятый год принёс неожиданный поворот. Андрей работал простым менеджером в небольшой фирме, когда к нему обратились иностранные инвесторы.
"Мы изучили ваше прошлое," - сказал представитель фонда. "Вы не только умеете деньги делать, но и людям помогаете. Это редкость в наше время."
Оказалось, благотворительная деятельность произвела впечатление на западных партнёров. Они искали человека с безупречной репутацией.
"Значит, мы были правы," - шептала Лена, обнимая мужа.
"Ты была права," - поправил он. "Ты меня человеком сделала."
Новое дело пошло в гору быстро. Через полтора года Андрей опять стал миллионером. Но теперь всё по-другому.
"Десять процентов прибыли - на добрые дела," - объявил он партнёрам.
"Согласны. Но пусть этим занимается ваша супруга. У неё лучше получается."
Лена возглавила благотворительный фонд. Работала с прежним энтузиазмом. Школы, больницы, детские дома - всё это снова вошло в их жизнь.
Михаил Петрович не дожил до семейного возрождения. Умер, так и не простив невестку. Но перед смертью сказал сыну:
"Может, она и правда тебя любит. Больше, чем я думал."
Елена Владимировна после похорон мужа стала ближе к Лене. Видела, как та ухаживает за ней, заботится об Андрее.
"Прости меня, доченька," - сказала она как-то. "Не сразу поняла, какая ты хорошая."
"Что вы, мамочка," - отвечала Лена. "Вы просто сына берегли."
Сегодня прошло уже десять лет с того дня в лифте. Состояние оценивается в двести миллионов долларов. Но живут они скромно, в том же доме, что купили сразу после свадьбы.
"Знаешь, что удивительно?" - говорит Андрей жене во время вечерних прогулок. "Когда миллиарды были - несчастный ходил. А теперь, когда денег в разы меньше, - счастлив."
"Дело не в деньгах," - отвечает Лена. "А в том, для чего живёшь."
До сих пор влюблены друг в друга, как в первый день. Детей пока нет, но не теряют надежды.
"Бог даст - будут," - говорит Лена. "А пока чужим детям помогаем."
В фонде работает сто человек. За десять лет построили двадцать школ, пятнадцать больниц, тысячам семей помогли встать на ноги.
Андрей иногда думает: а что было бы, если не встретил Лену в том лифте? Скорее всего, до сих пор сидел бы один в пустой квартире, считал миллиарды и не знал, зачем живёт.
"Ты меня спасла," - говорит он жене.
"Мы друг друга спасли," - отвечает она.
Так и есть. Девчонка, что полы мыла ради маминых лекарств, научила олигарха быть счастливым. А он дал ей возможность помогать людям в таких масштабах, о которых она только мечтать могла.
Деньги приходят и уходят. А любовь - навсегда остаётся.