Наблюдаемая вторая неделя подряд минимальная положительная динамика российского рынка (рост около 1%) — не повод для оптимизма, а классический пример «мертвого кота», отскочившего от дна. Этот слабый отскок происходит на фоне глубоких структурных сдвигов, которые определят траекторию не только фондового рынка, но и всей российской экономики на годы вперед. Пока «Золото Партии» демонстрирует относительную силу, а IT-сектор проседает, за кулисами разворачивается драма «военного кейнсианства», достигшего своих пределов.
📉 Диагноз: Стагнация как новая реальность
Российская экономика вступила в новую, обратную фазу своего «военного цикла». Искусственный рост, подогретый в 2022-2023 гг. сверхдоходами от экспорта и колоссальными бюджетными вливаниями в оборонно-промышленный комплекс (ВПК), исчерпан. Сегодня мы наблюдаем не перегрев, а стагнацию с признаками схлопывания гражданского сектора.
- Структурный перекос: Экономика разделилась на две неравные части. Военные и смежные отрасли растут за счет госзаказа, в то время как гражданский сектор сжимается. По оценкам экспертов, если исключить ВПК, промышленное производство демонстрирует отрицательную динамику. Стагнация наблюдается в инвестициях и потребительском спросе, особенно на товары длительного пользования.
- Инфляционное давление: Парадокс текущей ситуации в том, что высокие ставки ЦБ (даже после снижения до 16.5%) давят именно на гражданские отрасли, которые и являются источником структурной инфляции из-за отставания предложения от спроса.
- Внешние уязвимости: Фундамент «сырьевого суверенитета» дает трещину. Цены на нефть демонстрируют волатильность, а реструктуризация мировых энергорынков ведет к снижению доходов от традиционного экспорта. Роль Китая как спасителя преувеличена: Пекин покупает энергоресурсы со скидкой и является технологически асимметричным партнером, поставляя готовую продукцию в обмен на российское сырье.
🎭 Геополитика как главный драйвер котировок
В 2025 году российский рынок перестал быть дисконтным механизмом корпоративных прибылей. Он превратился в политический дериватив, чья цена зависит от новостей из Вашингтона, Брюсселя и Пекина.
- Мирные переговоры — рынок на игле. Любая информация о диалоге США и России вызывает всплески волатильности. Однако процесс крайне хрупок. Позиция Москвы остается жесткой (контроль над территориями, нейтральный статус Украины), а вовлечение ЕС, по заявлениям Кремля, «ничего хорошего не сулит». Сокращение черновика мирного плана с 28 до 20 пунктов и осторожные комментарии сторон указывают на огромную дистанцию между ними. Рынок будет лихорадить до тех пор, пока не станет ясно, возможен ли вообще дипломатический выход.
- Санкции — дамоклов меч. Несмотря на противоречивую политику администрации Трампа, базовые ограничения Запада остаются. Новые удары, подобные санкциям против «Роснефти» и «Лукойла», напоминают, что риск внезапной эскалации сохраняется. Это создает постоянный фон неопределенности, отвращающий стратегических инвесторов.
- Поиск новых маршрутов. В условиях санкций Россия активно ищет альтернативные направления для капитала и влияния. Как показывает пример с Центральной Азией, РФ в 2024 году стала крупнейшим инвестором в экономику Казахстана, а также значимым игроком в Кыргызстане и Узбекистане, особенно в энергетике и логистике. Это попытка не только сохранить капитал, но и создать новые экономические альянсы.
💡 Инвестиционные выводы: Консерватизм и избирательность
В такой среде традиционные подходы к оценке не работают. Успех определяют не мультипликаторы, а правильное позиционирование относительно системных трендов.
Движущие силы и инвестиционные риски:
ФакторВозможности / «Убежища»Риски / «Ловушки»Госполитика & ВПККомпании — ключевые подрядчики государства; «Золото Партии» (защитный актив).Полная зависимость от бюджета; волатильность на фоне политических решений.Сырьевой экспортЭкспортеры, нашедшие альтернативные логистические цепочки (Азия, Африка).Падающая маржинальность из-за скидок и высоких логистических издержек.Гражданский секторКомпании, занявшие ниши импортозамещения с низкой конкуренцией.Сжатие спроса, недоступность кредитов, уход кадров в ВПК.
- Ищите убежища, а не рост. В условиях стагнации и неопределенности стратегия смещается в сторону сохранения капитала. Золото и другие защитные активы, демонстрирующие силу, подтверждают этот тренд. Их роль будет возрастать по мере усиления инфляционных и геополитических рисков.
- Избегайте зависимостей от «гражданки». Сектора, ориентированные на внутренний потребительский спрос, такие как розничная торговля, некоторые услуги и легкая промышленность, испытывают двойное давление: снижение доходов населения и высокие процентные ставки. Падение акций компаний «Хулинформатика» (Циан, Аренадата) отражает более общую проблему — утрату доверия к долгосрочным перспективным проектам в российской юрисдикции.
- Диверсифицируйте за горизонтом санкций. Рассматривайте косвенные возможности через партнерства в дружественных юрисдикциях. Успех канадского Brookfield Asset Management, который фокусируется на инфраструктуре и «зеленой» энергетике и показывает рекордные сборы средств, — пример того, куда течет глобальный капитал в эпоху турбулентности. Для российского капитала аналогичными направлениями могут стать проекты в Центральной Азии.
Заключение:Текущий слабый рост рынка — это не начало восстановления, а затишье перед лицом фундаментальных перемен. Экономика России входит в период управляемой стагнации, где государство будет вынуждено балансировать между финансированием военных нужд и поддержанием социальной стабильности. В этой реальности инвестору следует руководствоваться не поиском аномальной доходности, а принципами осторожности, избирательности и геополитического хеджирования. Главный вопрос 2026 года — сможет ли экономика найти новую точку равновесия или структурные перекосы приведут к более глубокому кризису.
Иван Багетов, старший аналитик финансового маркетплейса
Оригинал: Рынок и реальность: почему рост индексов не означает выздоровления экономики