Картина с кричаще-бульварным названием «И всё-таки я люблю…» заявляет себя как «многосерийный художественный фильм» с громкими именами в титрах. Тут вам и В. Алентова в экранном дуэте с Р. Рязановой (кажется, впервые со времён «Москвы слезам не верит»), и яркая А. Ардова, и ряд других интересных работ. Всегда задаюсь вопросом, почему «многосерийный фильм», а не «сериал»? В чём различие и чего хотели продюсеры, обозначая в 2008 г. «сериал» – «многосерийным кино»? Не тем ли, что для 2008 г, когда было снято «И всё-таки я люблю…», «сериал» оставался низкопробным жанром и хотелось как-то отгородиться от «сериальности», избежать штампов и примитивности сюжета?
Однако, это не совсем получилось. Это всё-таки обычный сериал, пусть и с хорошим актёрским составом, нетривиальным сюжетом, прекрасной музыкой Д. Маликова (того самого) и отточенной картинкой. Надо отдать должное художникам и редакторам. В полотно ленты мастерски встроена хроника Москвы 1970-1980-х гг. Явно постарались найти в кинофонде незамыленные кадры улиц и аккуратно разбавить ими диалоги. Но вот заморочка с начальными титрам вышла монтажёрам боком: явно опрометчивым было решение монтировать начальную заставку с кадрами лиц героев и титрами с именами актёров. Сюжет за 24 серии так сильно меняется, что каждые 4-5 серий пришлось менять заставку, добавляя новых и убирая выбывших героев. Зная сценарий, можно было бы сделать красивую нарезку с общими кадрами, куда просто накладывать титры, меняя их по мере смены состава. Ещё проще можно было бы указать в начальных титрах только имена создателей: режиссёра, сценаристов, композитора и т.д. Тогда начальную заставку не пришлось бы менять вообще. Но, видимо, была сделана ставка на узнаваемых актёров, на которых придёт зритель.
Дмитрий Маликов, Елена Валевская - "Ты и я" (заглавная песня из сериала)
Сюжет ленты основан на одноимённом романе Елены Харьковой, изданным в 2004 г. Читаем отзывы на книгу, они не очень. Ругают матерный язык, неправдоподобие и отсутствие любви как таковой. И это в романе с названием «И всё-таки я люблю…» Кстати, из сериала тоже не ясно, кто кого всё-таки любит? Любовные линии есть, но они обрывочны и второстепенны. Кто-то даже обвиняет автора романа в плагиате. Мол, сюжет украден: похожая история про детдомовскую девушку, ищущую счастье в столице, есть в другом романе. Ещё один вопрос, почему тогда продюсеры взяли в работу такое не слишком толковое произведение? Что их в нём цепануло?
Крупными мазками актриса Т. Арнгольц рисует образ веселушки-простушки с Шарикоподшипникового завода, которая волей случая входит в семью генерала. Тут вам и красивый символизм, подчёркивающий мещанский склад ума героини: живая курица, купленная на обед в семью, где обед готовит помощница по дому; шуба подруги, которая заявляет героине, что меха ей не идут; оторванная и потерянная на суде пуговица, как знак того, что ничего уже не вернуть. Печально и поучительно! Зритель ждёт, что вот-вот у героини всё наладится, но этого не происходит. Искренность и любовь не спасают, а только разрушают. Ещё печальней становится, когда зрителю дают понять, что дочь главной героини вот-вот повторит судьбу матери…
Рассматривая картину в целом, тут есть на что посмотреть и о чём поразмыслить. Так образ Анны Брониславовны в исполнении В. Алентовой сцена за сценой проводит зрителя от вектора глубокого отвращения к тихому сочувствию. И вместо «бабки-бронтозаврихи» с железными нервами перед нами предстаёт хрупкая старушка, движимая только благими намерениями, хотя, известно, куда они ведут… К слову, актриса была удостоена «ТЭФИ» за эту роль.
А вот с другими образами – беда-беда. Часть персонажей просто непростительно непрописаны, хотя это могли бы быть сильные линии: что образ в исполнении А. Макеевой и её экранной дочери, что образ, увы, второго главного героя в исполнении А. Хабарова. Обрывочные редкие сцены, никакой эволюции и, как следствие, никакой симпатии и интереса у зрителя. Возможно, в книге, этим героям уделено больше внимания. Но продюсеры «многосерийного фильма» мягко говоря, подзабили на этих героев, сделав, ставку на образы в исполнении Т. Арнгольц и её экранной дочери.