В психологии есть простое и жёсткое иерархическое правило. Поток заботы в семье должен идти сверху вниз. От родителей к детям. От взрослых к тем, кто ещё не может о себе позаботиться.
Но в некоторых семьях этот поток даёт сбой. И тогда ребёнок начинает «усыновлять» или «удочерять» своих собственных родителей. Он постепенно становится для них эмоциональной опорой, жилеткой, советчиком, а иногда спасателем, нянькой или даже супругом (партнером) – на психическом уровне.
Со стороны это часто выглядит как преждевременная зрелость, «помощь маме» или «особая близость». На самом деле, это бомба замедленного действия.
Взрослые проблемы на детских плечах. Ситуации, запускающие этот процесс, могут быть разными:
1) Эмоциональная пустота родителей. Мама в депрессии после развода. Отец, поглощённый работой или зависимостью. Ребёнок интуитивно чувствует «взрослым плохо», и пытается их «вылечить» развеселить, утешить, стать «лучшим», чтобы им было легче.
2) Конфиденциальность наоборот. Мама подробно рассказывает дочери-подростку о своих проблемах с мужем, одиночестве, финансовых страхах. Девочка становится не дочерью, а подругой-психотерапевтом, хранителем взрослых секретов.
3) Физическая или социальная беспомощность. В семье есть хронически больной родитель или тот, кто не справляется с бытом. Ребёнок с малых лет берёт на себя готовку, уборку, уход, становится «маленьким взрослым».
4) Семейный треугольник. Ребёнка втягивают в конфликт родителей, делая посредником, судьёй или союзником против второго родителя.
В каждом из этих случаев ребёнку посылается скрытое сообщение «Твоя задача сделать так, чтобы мне (родителю) было хорошо. Моё благополучие зависит от тебя». Для детской психики это непосильная ноша.
Фоновая тревога вечный двигатель беспокойства. Что происходит внутри такого ребёнка? Он живёт с постоянным, невыключаемым чувством тревоги. Это фоновое ощущение, что что-то не так, что мир хрупок, а главные взрослые ненадёжны. Его внутренний радар всегда включён и настроен на состояние родителей: «Какое у мамы настроение? Не грустит ли папа? Не случится ли ссора?». Ребенок не может свободно радоваться, злиться или грустить, потому что его главная функция стабилизировать эмоциональный климат в семье. ·Его потребности отодвигаются на задний план. Заявлять о них стыдно, ведь родитель и так еле держится.
Этот режим «постоянного дежурства» не выключается и во взрослой жизни. Выросший ребёнок, уже вышедший из семьи, продолжает нести в себе эту фоновую тревогу. Он может быть успешным, но всегда чувствует необъяснимое неявное чувство одиночества и какую-то вину, вечное желание не навредить. Он с трудом просит о помощи и плохо распознаёт свои истинные желания, потому что слишком хорошо научился считывать желания других.
Цена преждевременной взрослости
1. Не было безопасного пространства, где можно было быть просто слабым, глупым, капризным ребёнком. Это приводит к ощущению, что мир опасен.
2. Во взрослом возрасте такой человек либо выбирает партнёров, которых нужно «спасать» (повторяя знакомую роль), либо чувствует опустошение в отношениях с равными, потому что не научился получать, а только отдавать.
3. Нервная система, десятилетиями работавшая в режиме чрезвычайной ситуации, истощается. А это приводит к возможным паническим атакам, депрессии, хронической усталости.
4. Глубоко внутри живёт обида на родителей за украденное детство и колоссальная вина за эту самую обиду («как я могу на них злиться, им же было тяжело!»).
Узнали в этом описании себя? Сделайте шаг, приходите на первую БЕСПЛАТНУЮ 30-минутную видео встречу, которая вас ни к чему не обязывает, но вы получите практические выгоды:
1) уже после первой встречи почувствуете себя более спокойно
2) к тому же не потратите деньги
3) узнаете, как и сколько времени нужно, чтобы разобраться с вашей личной ситуацией
Свяжитесь со мной в личных сообщениях https://t.me/em_relive, и я отвечу вам, по существу и быстро
Нельзя удочерять своих родителей. Ребёнок рождается не для того, чтобы быть костылём для взрослых. Его задача расти, опираясь на них. Если опора оказалась хрупкой, эту опору придётся выстраивать внутри себя уже во взрослом возрасте.