Военное прошлое Джо Мортона, его холодный расчет и полное равнодушие к цене человеческой жизни стали фундаментом для идеи, которая изменила Пустошь навсегда. Апокалипсис для него был не катастрофой, а возможностью. Возможностью выстроить новый мир, в центре которого стоял бы он сам. Так, почти незаметно, полковник перестал быть просто командиром с остатками власти и превратился в фигуру куда более зловещую — в символ нового порядка.
Комикс, вышедший параллельно с фильмом, подается как хроника — рассказ будущего летописца, чьё тело покрыто татуировками-памятниками ушедшей эпохе. Через его взгляд особенно ярко проступает контраст между искуплением Накса и абсолютным отсутствием раскаяния у Бессмертного Джо. История происхождения этого тирана ясно показывает, насколько хрупка грань между остатками цивилизации и возвращением к первобытной дикости. Джо действительно навёл порядок среди хаоса Пустоши, но двигали им не забота и не необходимость, а голый эгоизм и ненасытная жажда власти.
Из предыстории мы узнаём, что Джо Мортон был ветераном Нефтяных войн и считался героем Водных конфликтов — последних судорог умирающего мира. Когда цивилизация рухнула, у него оказалось то, чего не было у большинства: вооружённые люди, запасы, техника и опыт командования. Эти ресурсы дали ему решающее преимущество в новой Австралии, превратившейся в ад. Безжалостный, прагматичный и лишённый иллюзий, он быстро понял, как превратить выживание в господство. И стал деспотом — просто, эффективно и пугающе буднично.
Самое страшное в его истории — не жестокость, а трезвый расчет. Мортон не создавал империю в порыве безумия. Он лишь заметил шанс, который большинство либо не увидело, либо не решилось использовать. Его армейский опыт, помноженный на цинизм, существовавший ещё до конца света, вылился в общество, подогнанное под его личные амбиции. Со временем он перестал быть просто правителем — он стал идеей. А идея, как известно, может быть «бессмертной».
Но за это «бессмертие» пришлось заплатить человечностью. Победы, выживание там, где другие погибали, породили новый титул — Бессмертный Джо. И если сначала это было всего лишь имя, то очень быстро оно превратилось в навязчивую цель. Всё человеческое, что, возможно, ещё сохранялось в Джо Мортоне, было вытравлено логикой выживания. Комиксы показывают, как он силой пополняет ряды своей армии, приказывая уничтожать мужчин, а женщин и детей забирать себе. Пустошь откатывается к самым тёмным страницам истории, а сам Мортон шаг за шагом движется к Цитадели — символу своей власти и началу собственного культа личности.
Особенно иронично, что в приквелах будущий Бессмертный Джо изначально представлен как студент-историк. Человек, изучавший прошлое, в итоге повторил его самые мрачные главы. Не исключено, что именно из учебников и хроник он черпал вдохновение, перенимая тактики завоевателей и тиранов. Захват Цитадели подаётся как тщательно продуманная операция, основанная не на хаосе, а на знании истории.
Комиксы-приквелы существенно углубляют восприятие «Дороги ярости». Образ Бессмертного Джо в фильме — это не просто гротескный злодей, а результат его болезненного стремления продлить своё существование любой ценой. Его навязчивая идея о династии, о наследниках и «чистой крови» раскрывает истинный масштаб амбиций: он хотел не временного господства, а вечной власти. Даже страх смерти у него превращается в инструмент контроля и религию для подчинённых.
История Накса показывает, как Пустошь калечит и перековывает детей в фанатиков войны. История Джо — как диктаторы рождаются из отчаяния масс, предлагая простые ответы и жёсткий порядок. Именно поэтому его гибель в «Безумном Максе: Дорога ярости» ощущается не просто как победа героев, а как историческое возмездие. Теперь мы знаем, кем он был на самом деле — и Пустошь, если у неё есть память, запомнит его не спасителем, а одним из самых отвратительных чудовищ, когда-либо вышедших из человечества. И, пожалуй, это самый честный итог.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской.