Все, кто был знаком с Екатериной Ивановой, дружно говорили, что к тридцати годам её жизнь сложилась удачно, и никто не понимал, почему она иногда вздыхала с такой грустью. Подруга Валерия часто упрекала её за это, не понимая причин.
— Ох, Катюша, я тебя совсем не понимаю, — выговаривала она, качая головой и глядя на подругу с недоумением. — Муж у тебя владелец самого большого банка в городе, с ним ты в полной безопасности, надёжный парень. А сама ты возглавляешь кредитный отдел, и заметь, именно в банке своего супруга. Знаешь, что это значит? — Она не дожидалась ответа, сразу продолжая развивать мысль, размахивая руками. — Это значит, что ты под его защитой, и никто тебе не указ, никто не посмеет командовать или придираться. И дом у тебя свой собственный, не какая-то квартира в многоэтажке, а настоящий коттедж за городом, на свежем воздухе, с чистой экологией вокруг. Опять же, домашние дела не давят на тебя, ведь целый штат прислуги обо всём заботится. А в придачу ещё и машина личная, и счёт в банке солидный, с хорошими деньгами. Кстати, Катя, а почему ты счёт открыла не в банке мужа? Что-то здесь странно, почему не в его?
Та только плечами пожала, не поднимая глаз.
— Мама всегда учила, что все яйца в одну корзину класть не стоит, — ответила она тихо, вспоминая слова родителей. — Если зарплатная карта у меня привязана к банку Максима, то логично завести отдельный счёт в другом месте, на всякий случай, чтобы не рисковать всем сразу.
Екатерина никому не рассказывала, но это её решение вызвало у Максима настоящий гнев, он видел в нём чуть ли не измену, и они тогда сильно поссорились. Однако она упорно стояла на своём и не собиралась отступать, потому что считала это разумным шагом. Валерия ещё что-то говорила о том, как Екатерине повезло в жизни, но та уже не слушала, уйдя в свои размышления. Со стороны действительно выглядело так, будто всё сложилось идеально: обеспеченный муж, работа с приличной зарплатой. Работа... Екатерина невольно поморщилась при этой мысли. После свадьбы Максим настоял, чтобы она взяла на себя руководство кредитным отделом. Она согласилась, ведь у неё был диплом экономиста, но довольно скоро начала жалеть об этом выборе. Муж завёл привычку ежедневно вызывать её с отчётом и каждый раз жёстко требовать роста объёмов выданных кредитов, не считаясь с рисками.
Ей приходилось идти на разные хитрости и приёмы, чтобы достигать тех показателей, которые он ставил. Порой она чувствовала себя почти аферисткой, но Максима это нисколько не беспокоило, он думал только о прибыли. В тот день, как назло, её машина сломалась, и на работу Екатерину подвозил муж. Он припарковался у входа в банк, и едва она вышла на тротуар, к ней подошёл странный мужчина. По его виду сразу было ясно, что он бездомный, живёт на улице, без крыши над головой.
— Пожалуйста, дайте всего стакан воды, — попросил он дрожащим голосом, протягивая руку. — Мне только лекарство запить нужно, больше ничего.
— Как же, лекарство, — расхохотался Максим, не останавливаясь и не сбавляя шага. — Наверняка всю ночь пил, а теперь жажда мучает, вот и просишь.
Максим Андреевич считал себя очень занятым бизнесменом и ни за что не тратил время на общение с такими, как он выражался, опустившимися людьми. Особенно сегодня, когда голова его была занята предстоящими переговорами с важными партнёрами. К его раздражению, жена не поддержала эту позицию. Его всегда раздражала её доброта, стремление помочь каждому встречному, без оглядки на его мнение. Вот и сейчас она укоризненно взглянула на него, ничего не сказав, и направилась к ближайшему киоску, где купила бутылку воды. Мало того, она не погнушалась помочь бездомному принять таблетки, подавая ему воду и вынимая пилюли из упаковки. Екатерина никогда не разделяла снобизма мужа, вероятно, из-за своего воспитания в простой рабочей семье, где учили состраданию и взаимопомощи. Вот и в этот раз она спокойно подошла к заросшему, грязному незнакомцу, открыла бутылку, помогла извлечь таблетки из блистера.
Она уже хотела уйти, когда что-то в нём привлекло её внимание. Она ещё раз внимательно посмотрела на мужчину, пытаясь уловить, за что зацепился её взгляд. А когда осознала, едва не ахнула от изумления. На правой руке бездомного, между большим и указательным пальцами, виднелся небольшой шрам. Такой же шрам был у её бывшего соседа, школьного учителя математики. Она уставилась на эту руку, словно заворожённая, и в памяти всплыли школьные годы.
Учёба всегда давалась Екатерине легко, и по всем предметам она получала отличные отметки. Единственным исключением оставалась математика, этот предмет никак не поддавался, материал усваивался с огромным трудом. Однажды из-за плохих оценок родителей вызвал директор школы.
— Я бы посоветовал вам, пока не поздно, нанять репетитора, — сказал он им после того, как высказал все претензии к знаниям девочки. — С такими пробелами она просто не сдаст выпускной экзамен по математике.
Екатерина помнила, какими удручёнными вернулись мама и папа домой. Семья жила скромно, лишних денег на репетитора не имелось. Выручил Павел Николаевич, учитель математики из соседней квартиры, который преподавал алгебру и геометрию в параллельном классе. Ученики его обожали и с лёгкостью решали даже самые заковыристые задачи. Павел Николаевич дружил с её отцом на почве шахмат, оба любили эту игру и по воскресеньям частенько устраивали партии для души. В один из таких вечеров расстроенный отец и поделился с приятелем своей бедой.
— Что ж ты раньше молчал? — недовольно посмотрел тот на поникшего мужчину. — У дочери такие проблемы, а ты сидишь здесь, в шахматы со мной играешь, и ни слова не говоришь.
Папа пробормотал что-то о неловкости просить помощи, но был строго отчитан за родительскую беспечность. Отец потом рассказывал дома.
— Читал меня Николаевич, как своего ученика, — делился он с мамой, качая головой. — Только что двойку за поведение не поставил, и то ладно.
После того разговора Павел Николаевич начал заниматься с Екатериной математикой по вечерам. И тогда она поняла, почему все его ученики так хорошо знают предмет. У учителя имелась своя уникальная методика преподавания. После его объяснений формулы сами собой запоминались, а сложные теоремы и тригонометрические функции начинали казаться простыми и понятными, словно строки из стихотворения. Раньше ненавистные вектора, тангенсы и котангенсы теперь казались ей простыми и понятными, словно приятная мелодия. Чудо произошло благодаря Павлу Николаевичу. Она не только освоила предмет, но и окончила школу с золотой медалью, поступила в университет на экономический факультет, где случайно встретила Максима, вышла за него замуж и начала карьеру в банке. И вот теперь её наставник сидел перед ней — грязный, потерянный, никому не нужный бездомный.
— Павел Николаевич, — ласково позвала она, наклоняясь ближе. — Павел Николаевич, вы меня узнаёте? Это я, Катя, ваша соседка. Вы занимались со мной математикой, помните?
Мужчина растерянно поднял на неё взгляд и виновато произнёс:
— Простите, но я ничего не помню. Меня нашли бездомные с пробитой головой. Раны зажили, но кто я такой, как меня зовут, где мой дом — всё стёрлось из памяти.
Екатерина ничего не ответила, но про себя решила наведаться по знакомому адресу. Вдруг родственники разыскивают пропавшего. Она оставила учителю немного денег на еду и направилась в офис. Максим тем временем недовольно смотрел на экран монитора. По всему периметру банка и на парковке стояли камеры видеонаблюдения, и он отлично видел, как жена разговаривала с каким-то бродягой и даже дала ему денег.
"Это уже переходит все границы", — подумал он сердито и сделал заметку в ежедневнике. В обеденный перерыв Екатерина получила звонок от мужа с просьбой зайти к нему. По раздражённому тону она подумала, что речь пойдёт о необходимости наращивать кредиты любыми средствами. Но ошиблась. Едва она вошла в кабинет, как супруг набросился на неё с криками, и его голос, наверное, был слышен в коридоре.
— Сколько ты ещё будешь меня позорить? — орал он, размахивая руками. — Где это видано, чтобы жена владельца банка общалась с бродягами, помогала им, деньги раздавала? Ты бы лучше своими обязанностями занималась как следует, а не ерундой страдала.
Он кричал ещё что-то в том же роде, потом перешёл на холодный, отстранённый тон. Но Екатерина не слушала, просто мысленно отстранилась от него. А когда он наконец умолк, устало откинувшись в кресле, она спокойно посмотрела ему в глаза и произнесла:
— Максим, меня с детства учили, что на добро нужно отвечать добром. Если ты этого не понимаешь, то мне остаётся только посочувствовать тебе.
Не ожидавший от обычно тихой и послушной жены такой отповеди, он растерянно смотрел, как она поднялась и уверенно направилась к двери. После работы она вызвала такси и поехала по адресу, где раньше жил Павел Николаевич. Она не была уверена, что в квартире кто-то окажется, и очень обрадовалась, услышав за дверью шаги. Но радость сменилась удивлением, когда дверь открылась, и перед ней появился высокий, внушительных размеров мужчина примерно её возраста. Екатерина так опешила, что вместо приветствия выпалила:
— Вы кто такой?
Брови незнакомца поползли вверх.
— А вы? — ответил он вопросом на вопрос, осматривая её с любопытством.
Спохватившись, Екатерина представилась, объяснив, кто она и зачем пришла.
Мужчина тоже представился, пропуская её в прихожую.
— Артём, проходите, пожалуйста, — сказал он, отходя в сторону. — Я приёмный сын Павла Николаевича.
— А где он сам? — поинтересовалась она, оглядываясь по сторонам. — Я хотела с ним поговорить о важном деле.
Артём глубоко вздохнул, но вздох этот показался Екатерине неискренним.
— К сожалению, отца нет, — ответил он, опустив взгляд. — Несколько месяцев назад он вышел из дома и не вернулся. Ни записки, ни каких-либо следов. Мы искали его, но поиски ничего не дали. Конечно, его не признали умершим, но других наследников, кроме меня, нет. Так что в итоге я переехал сюда с семьёй, тем более что мы снимали жильё и платили за него немалые деньги.
Екатерина понимала, что Артём прав: зачем пасынку тратиться на аренду, если квартира пустует? Но что-то в его манере рассказывать подсказывало, что он не слишком огорчён исчезновением. Может, потому, что он говорил об этом так буднично, словно Павел Николаевич просто вышел в магазин или на прогулку в парк и вот-вот вернётся. Она уже собралась попрощаться, но в этот момент в прихожую вышла женщина неопрятного вида — в выцветшем халате, с давно немытыми волосами и настороженным взглядом. Перехватив интерес Екатерины, Артём представил её.
— А это моя жена Ксения, — сказал он, кивнув в сторону женщины.
Именно её появление окончательно убедило Екатерину, что учитель пропал не случайно. Она резонно подумала, что ради квартиры отчима, не имея своего жилья, Артём мог постараться избавиться от пожилого человека. И вполне возможно, что Ксения в этом ему содействовала. Придя к такому выводу, она решила не раскрывать, что Павел Николаевич жив, а быстро попрощалась, села в ожидавшее такси и попросила водителя поскорее отвезти её обратно в банк. Искала она Павла Николаевича долго и уже начала отчаиваться, когда заметила его в небольшом скверике. Несчастный мужчина устроился в беседке, где собирался провести ночь.
— Павел Николаевич! — кинулась к нему Екатерина, подходя ближе. — Ну наконец-то, я думала, уже не найду вас. Я за вами, поехали отсюда.
— Куда это? — насторожился бывший учитель, оглядываясь по сторонам.
— Сначала ко мне домой, пока память к вам не вернётся, а потом, когда всё вспомните, я отвезу вас в вашу квартиру, — объяснила она, беря его за руку. — Кстати, сейчас там живёт ваш приёмный сын с семьёй. Я съездила, познакомилась с ними.
Произнеся эти слова, Екатерина внимательно наблюдала за выражением его лица. На нём не отразилось никаких эмоций. Мужчина лишь отрицательно покачал головой.
— Я, честно говоря, не сомневаюсь в вашем желании помочь, — сказал он, отводя взгляд. — Но вы же забыли: у вас муж, и, по-моему, он от меня совсем не в восторге, судя по тому, как он отреагировал утром.
Екатерина немного смутилась от этих слов, но, взяв себя в руки, продолжила настаивать.
— Павел Николаевич, я же не предлагаю вам жить с нами под одной крышей, — уговаривала она. — У нас на территории есть несколько гостевых домиков. Часть занята прислугой, а остальные пустуют. Так что я поселю вас в самом укромном, в глубине сада, где тихо и спокойно.
— Так зачем мне жить у вас, если вы говорите, что у меня есть своя квартира? — возразил он, хмурясь. — Я что, не могу сразу поехать к себе домой?
— Вот пока память не вернётся, лучше побудьте у меня, поверьте, так будет безопаснее, — ответила она, не решаясь пока раскрывать свои подозрения.
Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить его принять приглашение. С грехом пополам Павел Николаевич кивнул, но по-прежнему не понимал, почему нельзя сразу отправиться по адресу, который она знала. Но разве можно было сейчас сказать о своих опасениях? У неё язык не поворачивался объявить, что пасынку он не нужен, и тем более она не могла поделиться мыслями о том, что Артём может повторить попытку избавиться от Павла Николаевича, и на этот раз с фатальным исходом. Екатерина вызвала такси. По дороге они заехали в несколько магазинов и подобрали бывшему учителю одежду, бельё, обувь и другие необходимые вещи. Она специально выбирала недорогие места, чтобы не ставить Павла Николаевича в неловкое положение. Снобизм продавцов в элитных бутиках был ей хорошо знаком. А при выезде из города Екатерина попросила водителя остановиться у супермаркета.
Продолжение :