В феврале 1870 года в Полтавской губернии родился Георгий Аполлонович Гапон, священник, политический деятель и профсоюзный лидер. Создатель и бессменный руководитель рабочей организации «Собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга», организатор массового шествия рабочих к царю с петицией 22 января 1905 года, закончившегося расстрелом рабочих и положившего начало Первой русской революции 1905 –1907 годов.
Георгий Гапон начинал свою политическую деятельность с христианских проповедей среди рабочих. Оратор он был выдающийся, и поэтому на его выступлениях всегда было много народа.
Гапон, как и всякий политик, выступал с социальными проектами. На этой почве он познакомился с начальником Особого отдела Департамента полиции Сергеем Васильевичем Зубатовым. В юности - типичный левак. Его вполне можно назвать автором идеи легальных профессиональных рабочих союзов, которые должны были вырвать рабочих из-под влияния революционеров. Проект получил название "политики полицейского социализма" или "зубатовщины". Этим занимались и европейские власти, которые втолковывали своим рабочим: давайте говорить не о политике, а о ваших льготах, о прибавке жалованья. Там это получилось.
Зубатов помог Гапону создать «Собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга». Но умный Зубатов все-таки недооценил Гапона. Он считал его чем-то навроде филантропа, а Гапон был политиком. Георгий Аполлонович не был агентом охранки, как позднее утверждали большевики, но то, что у него были контакты с властными структурами – несомненно. А иначе как бы простой поп смог бы стать в одночасье весомой политической фигурой?
Гапон помимо Зубатова поддерживал связь и с крайне левыми, в том числе с эсерами. Такая гремучая смесь была возможна только в те времена и только в России. И самое главное: Гапону все верили. Итогом этого доверия и стало «Кровавое воскресенье». Хотя многие предупреждали, что это шествие к Зимнему дворцу может закончиться катастрофой.
Конечно, огромная доля вины за бойню лежит на военном руководстве столицы. Войскам был дан приказ не пропускать колонны демонстрантов к центру города, к Зимнему дворцу. Однако не было дано никаких указаний на счет того, как поступать, если рабочие не подчинятся приказу. Вопрос о применении оружия вообще заранее не рассматривался.
Впоследствии многие высшие чиновники говорили, что у правительства не было иного выхода, кроме насильственного разгона демонстрации. В этом был убежден даже либеральный граф С.Ю. Витте, тогдашний глава Комитета министров.
А Николай Егорович Врангель, отец «черного барона», полагал, что «выйди Государь на балкон, выслушай народ, ничего бы не было, разве то, что царь стал бы более популярен, чем был… Как окреп престиж его прадеда, Николая I, после его появления во время холерного бунта на Сенной площади! Но Царь был только Николай II, а не Второй Николай».
Последствия разгона шествия рабочих были катастрофическими: как минимум 130 убитых, несколько сотен раненых. И не удивительно, что «кровавое воскресенье» стало толчком к началу Первой русской революции…
В ходе расстрела манифестации и сам Гапон был легко ранен. С площади его вывели эсеры. По дороге остригли и переодели, привели на квартиру Максима Горького. Гапон написал послание к рабочим с призывом к вооружённой борьбе против самодержавия. А потом благополучно был переправлен за границу.
Гапон был на вершине славы. Его имя гремело в Европе, наши политэмигранты разных мастей пытались привлечь его на свою сторону. Беглого попа многие считали серьезным политиком. А он провозглашал себя истинным вождем рабочего класса. Даже выше! Говорил: «Почём вы знаете, может, я буду Наполеоном». А еще: «Чем династия Романовых лучше династии Гапонов?». В общем, не хочу быть вольною царицей, хочу быть владычицей морскою…
Вернувшись в Россию, Гапон вступил в тайные переговоры с председателем Совета министров графом Витте. В обмен на амнистию он предложил властям новый проект легальных рабочих союзов. В общем, Гапона тоже вполне можно назвать одним из родоначальников профсоюзов в России. На это он получал деньги от правительства. Однако, эта игра и вашим, и нашим в итоге провалилась. В декабре 1905 года в Москве вспыхнуло вооруженное восстание.
В прессу, очевидно, не без помощи властей, просочились сведения о тайных контактах Гапона с Витте, а также о выплаченных ему десятках тысяч рублей. Его обвиняли в провокаторстве и предательстве. Гапон пытался оправдаться, но вскоре исчез: выехал из Петербурга на поезде – и пропал. Его долго искали. И в конце концов нашли в апреле 1906 года – повешенным в дачном домике в поселке Озерки под Петербургом. Это сделала боевая дружина эсеров по решению ЦК партии. А возглавлял боевую организацию эсеров Азеф, который вскоре будет разоблачен как агент охранки.