— Игорь, ты опять купил колбасу?! Сколько можно тратить деньги на ерунду!
Тамара выхватила пакет из рук мужа и заглянула внутрь. Лицо её перекосило, будто она увидела там золотые слитки вместо обычной варёнки.
— Тома, это триста рублей всего. Я месяц её не покупал.
— Триста здесь, триста там — глядишь, и зарплата утекла! А макароны с маслом чем плохи?
Игорь снял куртку и повесил на крючок возле двери. Пальто Тамары висело там же — старое, потёртое на локтях, хотя он предлагал купить новое ещё прошлой осенью.
— Детям надо нормально питаться, — устало сказал он.
— Мои дети? Они прекрасно питаются! Вон какие румяные!
Игорь прошёл на кухню. На плите стояла кастрюля с гречкой — опять гречка, третий день подряд. Холодильник был почти пустой: пара яиц, початая банка огурцов и кусок сыра размером с напёрсток.
— Слушай, может, в кафе сходим на выходных? Давно никуда не выбирались.
Тамара аж подпрыгнула:
— В кафе?! Ты что, с дуба рухнул? Там один салат стоит как наш недельный бюджет!
— Так мы же копим уже пять лет! На что копим-то?
— На чёрный день, конечно! Мало ли что случится!
Игорь сел за стол и потёр виски. Разговор этот повторялся с завидной регулярностью. Жена считала каждую копейку, экономила на всём — на еде, одежде, развлечениях. Даже свет выключала за ним в каждой комнате, бегая следом с выключателем.
— Дочка на днях попросила на кружок по рисованию записаться. Говорит, все одноклассники ходят.
— И что? Пусть дома рисует! Бумага с карандашами дешевле.
— Томка, ну нельзя же так! Ребёнок хочет развиваться!
— Развиваться! — фыркнула она. — Сейчас все только и делают, что развиваются за чужой счёт! А кто платить будет?
Вечером Игорь сидел в комнате и смотрел в окно. Внизу во дворе подростки гоняли мяч, смеялись. Его дочка Лиза стояла в стороне — в старой курточке с заплаткой на локте, в поношенных кроссовках. Другие дети были одеты поярче, посовременнее.
— Папа, можно я с ребятами в кино схожу в субботу? Они зовут, — робко спросила Лиза, зайдя в комнату.
— Конечно, солнышко. Вот тебе деньги.
Он достал из кармана пятьсот рублей и протянул дочери. Та просияла:
— Спасибо, папочка!
Но радость длилась недолго. В комнату влетела Тамара:
— Игорь! Ты что творишь?! Кино — это выброшенные деньги!
— Мама, ну пожалуйста... — Лиза чуть не плакала.
— Никаких кино! И вообще, Лиза, иди делай уроки!
Дочка убежала, а Тамара набросилась на мужа:
— Ты её балуешь! Вырастет эгоисткой, которая только и умеет, что транжирить!
— Да какое кино — баловство?! Это нормальная жизнь!
— Нормальная жизнь — это когда есть сбережения на старость! А не когда всё спускается на развлечения!
Игорь встал и подошёл к жене вплотную:
— Томка, послушай. Я работаю как вол, приношу нормальные деньги. Мы живём хуже, чем студенты! Когда это кончится?
— Когда накопим достаточно!
— Сколько достаточно?! У нас на счету уже два миллиона лежит!
Тамара побледнела:
— Откуда ты знаешь?!
— Да случайно увидел выписку из банка! Два миллиона, Тома! А мы едим одну гречку и ходим в обносках!
— Это наша подушка безопасности!
— Это наша тюрьма! — выкрикнул Игорь. — Дочка ни в кино не ходит, ни в кружки! Сын у тебя в школе надо мной насмехается, что я ему новые кроссовки не могу купить! А я могу! Просто ты не даёшь!
— Не ори на меня!
— Я не ору, я говорю правду! Знаешь, что сын вчера сказал? Что я жадный! Понимаешь? Мой собственный ребёнок считает меня жадным, потому что ты запрещаешь ему нормально жить!
Тамара опустилась на стул. Впервые за много лет Игорь видел, что она растерялась.
— Я... я просто хотела, чтобы у нас был запас...
— Запас есть! Огромный запас! Но жизнь проходит мимо! Дети вырастут и будут вспоминать только то, как мать считала каждую копейку!
Повисла тишина. Где-то капал кран на кухне — Игорь давно предлагал вызвать сантехника, но жена говорила, что сама починит.
— В понедельник иду в банк, — твёрдо сказал он. — Снимаю пятьсот тысяч. Отправляю Лизу в художественную школу, покупаю сыну нормальные кроссовки. Тебе — новое пальто. А в субботу мы всей семьёй идём в ресторан. И никаких возражений.
— Игорь...
— Всё, Тома. Хватит. Или ты начинаешь жить, или я ухожу. Серьёзно говорю.
Он вышел из комнаты, оставив жену сидеть в ошеломлении.
В субботу они действительно пошли в ресторан. Тамара сначала дёргалась, глядя на цены в меню, но потом как-то расслабилась. Дети сияли — может, впервые за долгое время они ужинали не дома, не за гречкой с макаронами.
— Мам, смотри, какой торт! — воскликнула Лиза.
— Закажи, доченька, — неожиданно мягко сказала Тамара.
Игорь удивлённо посмотрел на жену. Она перехватила его взгляд и тихо произнесла:
— Наверное, ты прав. Я совсем заработалась... Забыла, зачем вообще деньги нужны.
Официант принёс заказ. Запахи свежеприготовленной еды заполнили столик. Сын Максим уплетал стейк, будто не ел неделю. Лиза пробовала десерт и блаженно закрывала глаза.
— Знаешь, — Тамара положила вилку, — моя мать всю жизнь экономила. После её смерти мы нашли три миллиона в банке. Три миллиона! А сама жила впроголодь, отказывала себе во всём... Я поклялась, что не повторю её судьбу. А вышло наоборот.
Игорь накрыл её руку своей:
— Главное, что ты это поняла.
Когда они вышли из ресторана, Тамара остановилась у витрины магазина одежды:
— Игорёк, а может, правда зайдём? Я давно мечтала о нормальном пальто...
Он улыбнулся и толкнул дверь.