Звонок раздался в час ночи, когда я уже смывала макияж и собиралась ложиться спать. Номер был мне незнаком, но женская интуиция сработала мгновенно — я поняла, кто это, еще до того, как подняла трубку. В трубке повисла тяжелая, влажная тишина, прерываемая всхлипами. А потом женский голос, дрожащий от унижения и слез, произнес то, что я слышала в дешевых мелодрамах: «Пожалуйста, не бросайте трубку. Я жена Игоря. Нам надо поговорить». Я вздохнула, налила себе воды и села в кресло. Я ожидала проклятий, угроз, обещаний вырвать мне волосы. Но то, что началось дальше, было куда хуже. Она начала умолять.
Она плакала и рассказывала, какой Игорь замечательный. Как они прожили пятнадцать лет, как он любит детей, как она старалась быть идеальной женой, но, видимо, «не дотянула». Она винила во всем себя. Говорила, что располнела после родов, что стала скучной, что, наверное, в постели она «бревно», раз он пошел искать счастья на стороне. Она возвела меня на пьедестал. В её воображении я была какой-то богиней любви, жрицей страсти, которая дала её мужу то, чего она, «серая мышь», дать не могла. «Я понимаю, почему он выбрал вас, — рыдала она. — Вы молодая, красивая, вы, наверное, сводите его с ума. Но прошу вас, наиграйтесь и отдайте его обратно. Он пропадет без семьи. А я... я всё прощу. Я буду стараться стать лучше».
Я слушала этот поток самобичевания, и меня охватывала злость. Не на неё, нет. На него. На этого самовлюбленного павлина, который внушил своей жене комплекс неполноценности, чтобы оправдать свою похоть. И тут я посмотрела на ситуацию трезво. Игорь. Мой «герой-любовник». Какой он на самом деле? Да, он ухоженный, при деньгах, ездит на хорошей машине. Но как мужчина... Наши встречи длились три месяца. И честно? Это были самые скучные три месяца в моей интимной жизни. Игорь был эгоистом до мозга костей. Он считал, что сам факт его присутствия в моей постели — это уже подарок судьбы. В сексе он был ленив, предсказуем и быстр, как кролик. Весь процесс занимал от силы пять минут, после чего он отворачивался и начинал рассказывать о проблемах с бизнесом или жаловаться на ту самую жену, которая «его не понимает».
Никакой страсти, никаких искр, о которых так мечтала его жена, там не было и в помине. Я терпела его ради подарков и статусных ресторанов, но в последнее время его нытье начало меня утомлять. И вот сейчас, слушая, как эта несчастная женщина унижается и называет себя «никчемной» по сравнению со мной, я решила, что хватит. Я решила сделать ей подарок. Жестокий, но отрезвляющий.
Я перебила её на полуслове. «Послушайте, Марина, — сказала я жестко. — Вытри сопли. Я не собираюсь его у тебя забирать. Более того, я собиралась его бросить еще на прошлой неделе. Знаешь почему? Потому что твой Игорь в постели — абсолютно никакой». В трубке повисла гробовая тишина. Она перестала всхлипывать. Я продолжила, добивая её окончательно: «Он ленивый, скучный и слабый. Его хватает ровно на три минуты. У него проблемы с эрекцией, если он выпьет хоть бокал вина. Я не знаю, что ты там себе нафантазировала про "неземную страсть", но поверь мне: ты ничего не потеряла. Я возвращаю тебе твое "сокровище". Забирай. Мне этот цирк с конями и пятиминутным пыхтением даром не нужен. И перестань себя винить. Дело не в том, что ты плохая. Дело в том, что он просто не может».
Я услышала, как у неё перехватило дыхание. Это был шок. Вся её картина мира, где она — виноватая неудачница, а он — великий приз, за который борются львицы, рухнула в одну секунду. Оказалось, что её муж не ушел к «лучшей». Он просто пошел туда, где его не знают, чтобы потешить своё эго, но и там облажался. Я услышала короткое «спасибо» — уже совсем другим тоном, сухим и опустошенным — и гудки.
Я не знаю, простит ли она его. Скорее всего, да, такие женщины прощают. Но смотреть на него прежними глазами она уже не сможет никогда. Я убила не только её любовь к нему, но и её страх потерять «альфа-самца», который на поверку оказался пшиком. Я разрушила его легенду. И знаете, я спала этой ночью как младенец. Иногда правда — это лучшее, что можно сделать для другой женщины, даже если эта правда бьет наотмашь.
Как вы считаете, стоило ли так жестко рушить иллюзии жены? Или нужно было соврать и позволить ей и дальше думать, что дело в её несовершенстве?