Ирина сидела в кабинете судебного пристава и смотрела на справку о доходах бывшего мужа.
— Двадцать тысяч в месяц? — она не поверила своим глазам. — Олег получает двадцать тысяч?
— Согласно официальным данным, да, — пристав развёл руками. — На двоих детей выходит пять тысяч на каждого.
— Но это невозможно! Он ездит на новом Мерседесе! Носит часы за триста тысяч!
— Если у вас есть доказательства скрытых доходов, собирайте и подавайте в суд.
Ирина вышла из кабинета в бешенстве. Пять тысяч на ребёнка! А съём жилья стоит тридцать тысяч! Плюс еда, одежда, школа, лекарства!
Она набрала номер Олега. Долгие гудки.
— Алло? — наконец ответил бывший муж.
— Олег, ты серьёзно думаешь, что я поверю в твою зарплату двадцать тысяч?!
— Ир, я не виноват, что у меня такая зарплата, — он говорил спокойно, даже насмешливо. — Что есть, то есть.
— А Мерседес на что купил? А часы? А ты вчера в ресторане за пять тысяч поужинал, я видела твой пост!
— Мне подарили. Друзья помогают.
— Какие друзья?!
— Ир, ты хотела развода — получила. Хотела алиментов — получила. По закону. Пять тысяч на ребёнка. Хватит звонить и ныть.
Он сбросил звонок. Ирина стояла посреди улицы и чувствовала, как слёзы текут по щекам.
Дома её ждали дети — Максим восемь лет и Соня шесть. Они спросили:
— Мам, а папа денег дал?
— Дал, солнышки.
— А мы пойдём в кино?
Ирина посмотрела на свой кошелёк. Пятнадцать тысяч зарплаты. Минус аренда — осталось пять. Плюс десять тысяч алименты на двоих. Итого пятнадцать на месяц.
— Сходим, обязательно, — соврала она.
Неделю Ирина думала, как доказать, что Олег скрывает доходы. Потом вспомнила про его Instagram.
Открыла страницу. Олег не стеснялся — выкладывал фото из дорогих ресторанов, с отдыха на Мальдивах, возле новой машины.
«Мальдивы — это минимум двести тысяч на двоих», — подумала Ирина. На фото был Олег с какой-то блондинкой.
Она начала делать скриншоты. Каждый пост с ценами. Ресторан — средний чек пять тысяч. Отель на Мальдивах — триста тысяч за неделю. Мерседес новый — три миллиона.
Потом нашла пост, где Олег хвастался новой должностью.
«Теперь я коммерческий директор! Новые горизонты, новые возможности!»
Коммерческий директор на двадцать тысяч? Ирина усмехнулась. Она позвонила знакомому юристу.
— Алексей, как доказать скрытый доход бывшего мужа?
— Собирай всё — посты в соцсетях, свидетельские показания, запроси выписки по счетам через суд. Если он получает зарплату в конверте, это можно доказать.
Ирина засела за работу. Скриншоты постов. Запрос в ГИБДД о регистрации дорогой машины на имя Олега. Показания общих друзей, которые видели его расходы.
Через месяц она подала в суд на пересмотр алиментов.
Судебное заседание. Олег пришёл в дорогом костюме и с улыбкой.
— Ваша честь, моя зарплата двадцать тысяч. Официально. Вот справка.
Судья посмотрела на Ирину.
— У вас есть доказательства других доходов?
Ирина достала папку.
— У ответчика Мерседес стоимостью три миллиона рублей, купленный год назад. Вот документы из ГИБДД.
Олег дёрнулся.
— Это подарок!
— От кого?
— От... друга.
— Имя, фамилия друга? Договор дарения?
Олег молчал.
Ирина продолжила:
— Вот скриншоты из соцсетей ответчика. Отдых на Мальдивах — средняя стоимость триста тысяч рублей. Посты из ресторанов — чеки от трёх до семи тысяч. Часы Rolex — стоимость триста пятьдесят тысяч.
— Всё подарки! — Олег вскочил. — Я не обязан отчитываться!
— Обязаны, — холодно сказала судья. — У вас двое несовершеннолетних детей. Вот пост, где вы сообщаете о новой должности коммерческого директора. Коммерческие директора в России получают в среднем от ста пятидесяти тысяч рублей. Почему у вас двадцать?
— Это маленькая фирма!
— Название фирмы?
— Я... не помню точно.
Судья нахмурилась.
— Я запрашиваю полную информацию о доходах ответчика, включая неофициальные выплаты. Заседание откладывается на месяц.
Через месяц выяснилось интересное. Олег действительно работал коммерческим директором. Официальная зарплата — двадцать тысяч. Но каждый месяц он получал «премии» и «бонусы» от фирмы — наличными, без оформления. В среднем сто двадцать тысяч в месяц.
Бухгалтер фирмы дала показания. Оказалось, Олег сам просил выплачивать зарплату так, чтобы платить меньше алиментов.
— Он говорил: «Бывшая жена не должна жить на мои деньги. Пусть сама работает», — сказала бухгалтер на заседании.
Судья посмотрела на Олега с отвращением.
— Вы умышленно скрывали доходы, чтобы не платить на содержание собственных детей?
Олег молчал. Лицо красное.
— Суд обязывает ответчика выплачивать алименты исходя из реального дохода сто сорок тысяч рублей. Четверть на двоих детей — тридцать пять тысяч в месяц. Плюс задолженность за прошлый год — триста тысяч. Выплатить в течение шести месяцев.
Олег побледнел.
— Я не смогу столько платить!
— Должны были думать раньше. Заседание окончено.
Олег пытался не платить. Приставы арестовали его Мерседес. Продали с торгов. Деньги пошли на погашение долга.
Часы тоже забрали. И счета заблокировали.
Через полгода Олег ходил злой, на общественном транспорте. Блондинка его бросила — когда узнала, что денег больше нет.
Ирина получила триста тысяч долга и стала получать по тридцать пять тысяч ежемесячно.
На триста тысяч они с детьми купили квартиру — маленькую, однушку, но свою! Вышли из съёмной.
— Мам, а мы теперь богатые? — спросил Максим.
— Нет, солнышко. Мы просто получаем то, что нам положено по закону.
— А папа больше не будет на Мерседесе?
— Не будет. Теперь он платит за то, что пытался обмануть своих детей.
Через год Олег встретил Ирину на улице. Попытался заговорить.
— Ир, может, хватит уже? Я исправился. Может, снизишь алименты?
Ирина посмотрела на него.
— Олег, ты год скрывал доходы. Год твои дети жили впроголодь, пока ты катался на Мальдивы. Я даже на кино денег не было. А ты хочешь, чтобы я тебя пожалела?
— Я не думал, что так выйдет...
— Вот именно. Не думал. Думал, что я дура и не докажу. Ошибся. До свидания.
Она взяла детей за руки и пошла дальше. У них была своя маленькая квартира, стабильные тридцать пять тысяч алиментов и спокойствие.
А Олег остался стоять на остановке автобуса. Один. Без машины, без часов, без блондинки. Только с уроком — детей не обманывают. Закон всё равно найдёт правду.