Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Изнанка

Скандал Nestlé с детским питанием в Африке: Расследование дела "The Baby Killer"

В истории корпораций есть главы, написанные не чернилами, а трагедиями. Это расследование о маркетинговой кампании 70-х, которая считается одной из самых циничных в истории человечества. Схема была гениальной. И смертельной. Все началось, когда Nestlé решила завоевать рынки развивающихся стран. По деревням Африки и Латинской Америки поехали тысячи женщин в идеально белых халатах. Они представлялись медсестрами, консультантами по здоровью. На самом деле это были продавцы, работающие за процент от продаж. Их миссия — убедить молодых матерей, что детская смесь «современнее» и «полезнее» грудного молока. Главным оружием была щедрость. Каждой матери вручали бесплатный запас смеси. Этого запаса хватало на одну-две недели. За это время происходило необратимое: у женщины, переставшей кормить грудью, пропадала естественная лактация. Это была биологическая ловушка. Когда бесплатные банки заканчивались, пути назад уже не было. Ребенок требовал еды, а молоко матери исчезло. Семьи, живущие в нищете

В истории корпораций есть главы, написанные не чернилами, а трагедиями. Это расследование о маркетинговой кампании 70-х, которая считается одной из самых циничных в истории человечества. Схема была гениальной. И смертельной.

Улыбка на этикетке. Ржавчина и ложь внутри.
Улыбка на этикетке. Ржавчина и ложь внутри.

Все началось, когда Nestlé решила завоевать рынки развивающихся стран. По деревням Африки и Латинской Америки поехали тысячи женщин в идеально белых халатах. Они представлялись медсестрами, консультантами по здоровью. На самом деле это были продавцы, работающие за процент от продаж. Их миссия — убедить молодых матерей, что детская смесь «современнее» и «полезнее» грудного молока.

Белый халат как идеальная маскировка для хищника.
Белый халат как идеальная маскировка для хищника.

Главным оружием была щедрость. Каждой матери вручали бесплатный запас смеси. Этого запаса хватало на одну-две недели. За это время происходило необратимое: у женщины, переставшей кормить грудью, пропадала естественная лактация. Это была биологическая ловушка. Когда бесплатные банки заканчивались, пути назад уже не было. Ребенок требовал еды, а молоко матери исчезло.

Цепи, выкованные из бесплатного образца и материнской любви.
Цепи, выкованные из бесплатного образца и материнской любви.

Семьи, живущие в нищете, не могли позволить себе покупать смесь в нужном количестве. В отчаянии матери шли на крайние меры: либо уменьшали дозу порошка, обрекая ребенка на голод, либо, что еще страшнее, разбавляли смесь грязной речной водой, единственным доступным источником. Это приводило к катастрофическим последствиям: вспышкам диареи, обезвоживанию и инфекциям.

Когда бедность становится смертельным ингредиентом.
Когда бедность становится смертельным ингредиентом.

Когда активисты из группы «War on Want» опубликовали брошюру под названием «The Baby Killer» («Детоубийца»), Nestlé не стала менять политику. Она подала на активистов в суд за клевету.

Правду всегда можно втоптать в грязь. Особенно, если на тебе дорогой ботинок.
Правду всегда можно втоптать в грязь. Особенно, если на тебе дорогой ботинок.

В зале суда юристы корпорации произнесли фразу, вошедшую в историю цинизма: «Наш продукт абсолютно безопасен. Проблема в невежестве потребителей, которые используют зараженную воду». Суд встал на сторону бизнеса. Маркетинговая стратегия была признана «неэтичной», но не преступной.

В зале суда чистая вода — лучшее алиби.
В зале суда чистая вода — лучшее алиби.

Победа в суде не смогла скрыть правду. По разным оценкам, эта кампания стала причиной гибели более миллиона младенцев по всему миру. Рынок был завоеван. Цена оказалась невообразимой.

Пейзаж, нарисованный прибылью. Молчаливый памятник агрессивному маркетингу.
Пейзаж, нарисованный прибылью. Молчаливый памятник агрессивному маркетингу.