Я сидела на кухне и смотрела на обручальное кольцо. Оно лежало на столе, поблёскивая в лучах утреннего солнца. Семь лет я носила его на пальце. Семь лет верила, что мы с Денисом навсегда. А он снял его вчера вечером, положил передо мной и сказал просто: «Прости, Вика. Я ухожу».
— К кому? — спросила я, хотя уже догадывалась.
— К Кристине. Из бухгалтерии. Мы... давно уже вместе.
Кристина. Двадцать три года. Длинные ноги, светлые волосы, смех как колокольчик. Я видела её на корпоративе. Денис тогда сказал, что она новенькая, что он помогает ей освоиться. Как же я была слепа.
— Сколько времени? — я всё-таки спросила.
— Полгода. Вика, я не хотел так. Просто это случилось.
— Ничего не случается просто так. Ты делал выбор каждый день эти полгода.
Он опустил глаза. Больше нам было нечего сказать друг другу.
Утром он собрал вещи и ушёл. Я осталась одна в нашей, теперь уже моей, квартире. Села на диван и не знала, плакать или злиться. Внутри была пустота.
Позвонила подруге Лене.
— Он ушёл, — сказала я просто.
— К этой девчонке?
— Да.
— Сволочь. Приезжай ко мне, посидим, поговорим.
Но мне не хотелось никуда ехать. Я лежала на диване и смотрела в потолок. Телефон звонил несколько раз, но я не отвечала. Не хотелось ни с кем разговаривать.
Вечером раздался звонок в дверь. Я открыла, не глядя в глазок. На пороге стоял Борис Сергеевич, отец Дениса. В руках у него был пакет с продуктами.
— Здравствуй, Вика. Можно войти?
Я молча посторонилась. Он прошёл на кухню, поставил пакет на стол.
— Денис сказал мне о вашем разводе. Я принёс тебе поесть. Думаю, ты сегодня не готовила.
Я действительно не готовила. Не ела вообще.
— Спасибо. Но не нужно было.
— Нужно было, — он достал из пакета контейнеры с едой. — Сынок мой наделал глупостей, а ты страдаешь. Я не могу оставить тебя одну.
Борис Сергеевич всегда был добрым. Я познакомилась с ним на второй месяц отношений с Денисом. Он встретил меня тепло, без расспросов и нравоучений. Вдовец, жена умерла много лет назад. Жил один, работал главным инженером на заводе. Человек старой закалки, как говорила моя мама. Надёжный.
— Садись, поешь, — он открыл контейнер. — Борщ. Сам варил.
— Борис Сергеевич, вы умеете готовить?
— А как же? После смерти жены пришлось научиться. Теперь справляюсь неплохо.
Я села за стол. Он налил мне борща, нарезал хлеба. Я ела молча, а он сидел напротив и смотрел.
— Ты не ешь? — спросила я.
— Я дома поел. Ты главное ешь, а то совсем исхудаешь.
Борщ был вкусным. Я вдруг поняла, что голодна. Съела всю тарелку.
— Добавки? — он потянулся к кастрюле.
— Нет, спасибо. Я наелась.
Мы сидели в тишине. Потом он заговорил.
— Вика, я знаю, что тебе сейчас тяжело. Но хочу, чтобы ты знала: то, что сделал Денис, это его выбор. Ты ни в чём не виновата.
— Может, я что-то сделала не так?
— Нет. Это он не ценил то, что имел. Я его воспитывал, учил уважать женщин, семью. Видимо, не научил. Прости меня.
— Вы тут ни при чём.
— При том. Отец отвечает за сына. Но знай, я на твоей стороне. Если что нужно будет, звони. Помогу, чем смогу.
Он встал, помыл посуду и ушёл. А я осталась сидеть на кухне, удивлённая его заботой. Денис ни разу так обо мне не позаботился. Даже когда я болела, он просто приносил лекарства из аптеки и уходил к себе, чтобы не заразиться.
Борис Сергеевич приходил каждый день. Приносил еду, помогал по дому, разговаривал. Мне стало легче. Не так пусто и одиноко. Однажды он пришёл с инструментами.
— Вика, у тебя кран на кухне капает. Давай починю.
— Да ладно, я сантехника вызову.
— Зачем деньги тратить? Я сам справлюсь.
Он действительно справился. За полчаса кран перестал капать. Потом заметил, что полка в коридоре болтается, и закрепил её. Потом поменял лампочку в ванной.
— Борис Сергеевич, вы волшебник какой-то, — засмеялась я.
— Просто руки на месте, — он улыбнулся. — Знаешь, приятно быть нужным. После ухода жены я как будто потерялся. Некому было помочь, не о ком заботиться. Денис вырос, стал самостоятельным. А тут ты. И я чувствую себя снова полезным.
Я посмотрела на него внимательнее. Высокий, подтянутый, седые волосы, добрые глаза. Ему было пятьдесят два, но выглядел он моложе. Рядом с ним было спокойно и надёжно.
— Спасибо вам. Правда. Не знаю, что бы я делала без вас.
— Справилась бы. Ты сильная. Просто сейчас тебе тяжело.
Мы стали встречаться чаще. Не как свёкор и невестка, а как друзья. Гуляли по парку, ходили в кино, разговаривали обо всём. Он рассказывал про завод, про коллег, про свою жизнь. Я рассказывала про работу, про планы на будущее. С ним мне было легко.
Однажды мы сидели на лавочке в парке, и он вдруг спросил:
— Вика, а ты не думала о том, чтобы снова начать отношения? С кем-то другим?
Я удивилась.
— Нет. Ещё рано.
— Понимаю. Просто не хочу, чтобы ты замкнулась. Ты молодая, красивая. Найдёшь человека, который будет тебя ценить.
— А вы? Вы не думали снова жениться?
Он помолчал.
— Думал. Но не встречал ту, с которой захотелось бы.
— Может, не там искали?
Он посмотрел на меня странным взглядом.
— Может быть.
Мы замолчали. Между нами повисло что-то непонятное. Я вдруг ощутила, что смотрю на него иначе. Не как на отца бывшего мужа. А как на мужчину. Сильного, надёжного, доброго.
Лена звонила мне часто.
— Как ты там? Оклемалась?
— Да. Всё нормально.
— А Денис звонит?
— Нет. Молчит. Видимо, счастлив со своей Кристиной.
— Ну и пусть. А ты что? Одна сидишь?
— Нет. Борис Сергеевич часто приходит. Помогает по хозяйству.
— Кто?
— Отец Дениса.
Лена на секунду замолчала.
— И часто он приходит?
— Почти каждый день.
— Вика, ты себя слышишь? Каждый день к тебе приходит мужчина, помогает, заботится. Тебе не кажется это странным?
— Он просто добрый человек.
— Ага. Добрый. Вика, да он в тебя влюблён!
Я засмеялась.
— Что ты говоришь? Ему пятьдесят два, мне тридцать. Мы просто друзья.
— Друзья не приходят каждый день. Открой глаза, подруга.
Я положила трубку, задумавшись. Неужели Лена права? Я вспомнила, как он смотрел на меня в парке. Как бережно брал под руку, когда мы переходили дорогу. Как улыбался, когда я смеялась.
На следующий день он пришёл как обычно. Принёс пирог с яблоками.
— Сам испёк. Пробуй.
Мы сели на кухне, пили чай и ели пирог. Он был очень вкусным.
— Борис Сергеевич, вы удивительный. Готовите, как шеф-повар.
— Не преувеличивай. Просто стараюсь.
Я посмотрела на него. Он казался смущённым.
— Можно задать вам вопрос?
— Конечно.
— Почему вы приходите ко мне каждый день? Правда ведь не только из-за чувства вины за сына?
Он отложил чашку. Помолчал.
— Не только. Мне с тобой хорошо, Вика. Спокойно. Я не чувствовал себя таким живым много лет. Ты заставляешь меня снова радоваться жизни.
— Борис Сергеевич...
— Подожди, дай договорить. Я понимаю, что это неправильно. Ты была женой моего сына. Но я не могу себе врать. Ты мне нравишься. Не как невестка. Как женщина.
Я молчала, не зная, что сказать.
— Прости, если шокировал тебя, — он встал. — Наверное, мне пора идти.
— Постойте, — я остановила его. — Не уходите. Мне нужно подумать.
— О чём?
— О том, что я чувствую.
Он сел обратно. Мы сидели молча минут десять. Потом я заговорила.
— Мне тоже с вами хорошо. Вы заботитесь обо мне так, как никто никогда не заботился. Даже Денис. Вы делаете меня счастливой просто своим присутствием. Но это всё так странно. Вы отец моего бывшего мужа.
— Бывшего. Вы уже не связаны. И я свободен. Мы оба свободны. Почему бы нам не дать себе шанс?
— А что скажет Денис?
— А какое мне дело до того, что скажет Денис? Он предал тебя, ушёл к молодой девчонке. Он потерял право осуждать.
Я улыбнулась.
— Вы правы.
— Так что? — он взял мою руку. — Попробуем?
Я посмотрела на его руку. Крепкую, тёплую. В ней было спокойствие и надёжность.
— Попробуем.
Мы стали встречаться открыто. Ходили в рестораны, в театр, на выставки. Он дарил мне цветы, говорил комплименты. Ухаживал, как в молодости, наверное, ухаживал за своей женой. Я чувствовала себя любимой и желанной.
Лена была в шоке.
— Ты серьёзно встречаешься с отцом Дениса?
— Да.
— Это же скандал будет! Что скажут люди?
— А мне всё равно, что скажут люди. Мне хорошо с ним. Он любит меня. И я, кажется, тоже его люблю.
— Ты с ума сошла.
— Возможно. Но я счастлива.
Денис узнал об этом случайно. Увидел нас в кафе. Подошёл к столику, красный от злости.
— Папа, ты что творишь?
Борис Сергеевич спокойно посмотрел на него.
— Встречаюсь с женщиной, которую люблю.
— Это моя жена!
— Бывшая жена. Которую ты предал и бросил. Теперь она свободна. И я свободен. И мы имеем право быть вместе.
— Это противоестественно!
— Противоестественно изменять жене и уходить к девчонке вдвое моложе. А мы с Викой взрослые люди, которые нашли друг друга. В этом нет ничего плохого.
Денис посмотрел на меня.
— Вика, ты же понимаешь, что это месть? Ты хочешь отомстить мне через отца?
Я покачала головой.
— Это не месть, Денис. Это любовь. То, чего не было между нами.
— Не было? Мы семь лет прожили вместе!
— Прожили, но не любили. Ты любил себя, свою работу, свои амбиции. Меня ты терпел. А твой отец любит меня по-настоящему. И я люблю его.
Денис развернулся и ушёл. Больше мы его не видели.
Борис Сергеевич сделал мне предложение через полгода. Мы сидели на той же лавочке в парке, где впервые поговорили по душам.
— Вика, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Официально. Навсегда.
Я посмотрела на кольцо в его руках. Простое, золотое, без излишеств.
— Да. Я согласна.
Мы расписались тихо, без пышной свадьбы. Только свидетели и несколько близких друзей. Лена пришла, хоть и говорила, что это безумие.
— Ну что, счастлива? — спросила она на банкете.
— Очень. Борис — это то, чего мне не хватало всю жизнь. Надёжность, спокойствие, настоящая любовь.
— А возраст?
— А что возраст? Он моложе душой, чем Денис. С ним мне интересно, легко. Мы понимаем друг друга с полуслова.
— Тогда я рада за тебя.
Денис прислал сообщение через месяц после свадьбы.
«Вика, это всё неправильно. Ты вышла за моего отца из мести».
Я ответила коротко.
«Денис, я вышла за твоего отца по любви. Он сделал меня счастливой. А ты выбрал молодую. Живи с этим выбором. Я живу со своим. И не жалею».
Он больше не писал.
Мы с Борисом живём уже больше года. Каждый день он доказывает, что настоящая любовь не зависит от возраста. Он заботится обо мне, уважает, ценит. Делает счастливой. И я делаю счастливым его.
Иногда я думаю о том, что было. О Денисе, о том, как он ушёл к молодой. И понимаю, что это было лучшее, что могло со мной случиться. Потому что это привело меня к Борису. К настоящей любви. К настоящему счастью.
Он ушёл к молодой. А я вышла за его отца. И это был лучший выбор в моей жизни.