Трудно терпеть унижения и избиения отца, которые часто совсем не справедливы. Это копится в ребёнке и либо трансформируется в вековой комплекс, неразрешимым грузом отягощающий всю оставшуюся жизнь, или же нетерпеливо лопается и забрызгивает всех окружающих густой жидкостью трагедии. В любом случае детям приходится терпеть невыносимые страдания и это сильно отражается на их будущем. Как, например, на братьях Манфриде (психбольной с химической завивкой на голове Мадс Миккельсен) и Анкере (брутальный молчун Николай Ли Каас). Последний с детства вынужден ограждать брата от проявлений странности, а если они выходили наружу, то получал не Манфрид, а Анкер, так как не сумел урезонить брата в его попытке раскрыть сущность викинга. Тем не менее, они с детства, что называется, повязаны одной тайной, к которой во взрослости добавляется ещё одна, стоимостью в 41 миллион крон. И когда Анкер спустя 15 лет выходит на свободу, он надеется на порядочность Манфрида. Но вот беда, за это время братец ошалел и стал считать себя Джоном Ленноном. И для выуживания из его помутнённого рассудка места, где спрятан ценный трофей, надо заново собрать ливерпульскую четвёрку.
Тема братьев для датчанина Андерса Томаса Йенсена очень близка. Он писал, и снимал, о многом прочем, но эта, выходя из-под его пера, трогает особенно. Взять оригинальный Братья 2004 года и американский римейк – столько точных наблюдений, и столь милосердно может отразить исключительно человек находящийся глубоко в материале. В данном случае мы имеем некий синтез, прохождение пройденного, только в уникальной сборке, в которой ещё никто подобного не встречал. Может потому получилось не вполне точно сформулировано и доходчиво, а впечатления от картины, что называется, смешанные. Хотя дуэт Мадса Миккельсена и Николая Ли Кааса как всегда завораживает, зрителю может не достать ясности в развитии сюжета и объяснений причём тут Битлы. Но при просмотре мы обязательно вспомним и уже упомянутых Братьев, и блестящий Последняя песнь Мифунэ, и другие работы о тандеме сильного и юродивого.
Автор старается проиллюстрировать отношения современной, совершенно разрозненной, семьи под категорически новаторским углом зрения. Вроде всё как во многих произведениях, однако повествование и динамика струятся по особенному. И, наверное, главная неудовлетворительная черта картины – многое в сюжете сделано с приставкой «недо». Здесь присутствует персонаж (объёмный как всегда Николас Бро), он, приверженец вежливой жестокости, бьёт наотмашь без предупреждений, но этой линии в фильме крайне мало и не вполне очевидно, для чего она вообще здесь. Кроме того, недостаточно вводят публику в предысторию. То есть нас просвещают флешбеками и в них есть какая-то ясность, тем не менее, этого недостаточно. Так же как в части рун, намекающих на славное скандинавское прошлое, которые демонстрируют аудитории, жаждущей разобраться в магическом смысле этой языческой письменности, издалека и без каких-либо объяснений. В итоге додумывания многих эпизодов публика может остыть к этому занятию и вовсе переключиться на собственные мысли. А такого при просмотре картины Андерса Томаса Йенсена давненько не бывало.
Последний викинг неопределившееся в собственной интонации кино, где работают два прекрасных артиста. Такой диссонанс в конечном итоге заводит в тупик и не позволяет отделить одно, лицедейство, от другого, недопроработанного, недоуглубленного, недокомедийного, недодраматичного сценария и постановки. В итоге мы получаем как будто талантливый взгляд на приевшуюся проблему, сформулированный сбивчивой и невнятной дикцией наперебой, то здравомыслящим Анкером, то страдающим диссоциативным расстройством личности Манфридом. Здесь качественная картинка не наполнена тем содержанием, что мы привыкли внимать от автора произведения. В этом смысле получаем определённое разочарование после пятилетнего перерыва после последней его работы, замечательного Рыцари справедливости.