«Заботится сердце, сердце волнуется
Почтовый пакуется груз
Мой адрес не дом и не улица
Мой адрес — Советский Союз».
У Елецкой прямо как в знаменитой песне Давида Тухманова на слова Владимира Харитонова «Сегодня не личное — главное, а сводки рабочего дня». Только писательница то современная, а не эпохи построения коммунизма.
Двоякие впечатления у меня, неоднозначные. С одной стороны, история довольно клишированная и наивная. Главная героиня – максимально странная и неуравновешенная, автор пробежалась по верхам, нахватала бытовых фактов, сдобрила суровой северной романтикой, и в итоге получился странный замес из «Клиники» Артура Хейли, «Девчат» Бориса Бедного, «Открытой книги» Каверина и мелодрамы «Одиноким предоставляется общежитие».
С другой – стоит признать, что читала я эту смесь легко и с интересом. Читала, точнее, даже растягивала книгу всю последнюю неделю декабря, и дело не в объеме (тут чуть больше 600 страниц). На мой взгляд, у Натальи Елецкой получился такой неплохой вариант именно зимней литературы, которую комфортно читать на новогодних каникулах или морозными вечерами после работы, даже несмотря на то, что события в романе происходят в течение всего года, а не только зимой. Это даже близко не шедевр, но затягивает. В конце года это оказалось тем, что надо лично мне. И новогодняя ночь, и любовь, и медицина. Зашло в нужное время и в нужное настроение.
В общем и целом, отбросив придирки, знакомство с автором считаю удачным и поглядываю на другие ее романы, например, «Айбала. История повитухи».
«Многие дети, повзрослев, уезжают далеко от родителей. В этом нет ничего плохого, если ниточка, связывающая дочь с отцом, не обрывается, а всего лишь удлиняется».
Наталья Елецкая
📚Наталья Елецкая «Таёжный, до востребования»
Если про клише, думаю, всё понятно (дух и атмосфера начала 80-х, дефицит товаров, особенно на периферии, лозунги «быстрее, выше, сильнее», семья – ячейка общества, но первым делом самолеты и так далее), то про странность главной героини стоит пояснить.
Зоя Завьялова – молодой врач-невропатолог из Ленинграда. Она счастливо замужем уже четыре года, строит карьеру и не вполне осознает, что где-то есть другая жизнь, не похожая на ту, к которой она привыкла. Что где-то нет кондитерской «Север», свежих овощей и прочих благ цивилизации.
Но случается потрясение личного характера. Матвей, муж, объявляет, что собирается жениться на беременной любовнице. Зоя, которая оттягивала рождение детей, потому что не была к ним готова и строила карьеру, подает на развод и приходит с этой вестью к отцу. После расставания с мужем она планирует переехать обратно в родительскую квартиру. Но тут её ждет ещё один неприятный сюрприз. Папа тоже решил жениться, и новая его жена со своей дочкой-подростком будут жить с ним, разумеется. Для Зои места нет. Мать умерла, когда девочке было всего четырнадцать лет. С тех пор (Зое уже двадцать семь), отец ни с кем не встречался, храня память о любимой супруге. Но случилось так, что встретил хорошую женщину, влюбился. И это была его роковая ошибка, как оказалось, ведь его родная дочь – взрослая, самостоятельная замужняя женщина (!) взбунтовалась. А как же мама? А как же я? Зоя не просто надулась, она повела себя, как инфантильный ребенок, обидевшись на отца. Мало того, что на свадьбу не пришла, так еще и всякую связь прервала. Ну не глупость ли, скажите мне? Поступок первоклассницы, а не врача ленинградской больницы.
Дальше – больше. Зоя чувствует, что все ее предали – муж, отец, и потому решает начать жизнь с чистого листа. Подальше от этих двух мужчин, разрушивших её уютный мирок. Ни писем, ни звонков, ни сообщений – жива ли вообще. Она просто исчезает без обратного адреса. Зоя берет направление в глухомань, куда ехать три дня лесом, три дня полем, на самолете, да на поезде с двумя пересадками. До ближайшего более-менее крупного города два часа езды по бездорожью. Добро пожаловать в Таёжный, посёлок на пять тысяч населения, затерянный в сибирской тайге. Вся насквозь ленинградская интеллигенция Зоя занимает свободную ставку невропатолога и начинает вершить великие дела.
«В стационаре не оказалось ни покровителей, ни советчиков, ни времени на адаптацию, ни права на ошибку. С одной стороны, вал работы, с другой спартанские бытовые условия, к которым пришлось срочно адаптироваться, ведь ни на какие другие рассчитывать не приходилось. Болезненное осознание, что коллектив и пациенты ждали невропатолога, но не ждали меня, пришло очень быстро».
Наталья Елецкая
Новое место – словно новый мир. Таёжный – это вам не Ленинград. Зоя живет в общежитии для медиков в так себе условиях, работает на две ставки, пытается наладить отношения с коллективом, завоевать доверие пациентов, принимающих её за студентку, и улучшить условия в больнице. Потому что улучшать есть что.
И тут вот когнитивный диссонанс. Вся такая аморфная девочка-девочка, обиженка на папу, который посмел жениться, вершит в Таёжном практически революцию. С одной стороны, Зоя очень правильная – продукты по блату из-под полы – ни-ни, что вы, что вы, пользоваться служебным положением – ни за что. С другой – импульсивна, эмоциональна, открыто возражает и спорит с руководством, в партию вступать не буду, гори оно всё синим пламенем. На дворе 1981 год и на неактивную гражданскую позицию по комсомольской линии смотрят косо. Логика отсутствует напрочь. Зоя сначала говорит и делает, потом думает. Ленинградский снобизм и юношеское высокомерие отмечают едва ли не все её коллеги.
Меж тем, при всей своей несдержанности, она действительно обеспокоена судьбой Таёжного и поселкового стационара. Идя буквально по головам, без соблюдения субординации, вершит революцию. В Таёжном много трудностей – от нехватки кадров до нехватки медикаментов. Так вот Зоя и методичку для проведения медицинского ликбеза среди населения разработала, и лабораторию в Облздраве выбила, и инфекциониста в штат заполучила, и ремонта общежития добилась, и по карьерной лестнице едва не взлетела.
«Фаина Кузьминична не поставит на самостоятельный прием недоучку, значит, в моем профессионализме можно не сомневаться. Другое дело пациенты. Далеко не все из них имели образование выше среднешкольного, многие приехали в леспромхоз из деревень и не понимали разницы между урологом и венерологом, а названия болезней воспринимали как личное оскорбление».
Наталья Елецкая
Роман абсолютно точно можно отнести к производственным. Здесь очень много трудовых будней, рабочих моментов, случаев из врачебной практики – от взаимоотношений между специалистами и медсестрами до эпидемий клещевого энцефалита. И это интересно, я люблю такие книги со времен признанного мастера производственных романов Хейли.
Естественно, куда же без личного. Помимо того, что врач Завьялова – талантливый диагност, в очаровательную Зою все вокруг влюбляются, падают ниц и делают предложения руки и сердца. И секретарь парткома, и парочка врачей пытаются добиться расположения, чем не то, чтобы довольны местные женщины. Одним словом, жизнь кипит и напоминает упомянутые в начале статьи «Девчата» и «Одиноким предоставляется общежитие». Кого же выберет Зоя и выберет ли вообще? И, главное, что там с отцом? Придет ли к ней осознание всей глупости совершенного её поступка?
Финал своеобразный, предупреждаю. Но учитывая характер Зои, вполне ожидаемый.
«Ехать вам некуда. Я имею в виду не географию Советского Союза, а то, что вы не сможете скрыться от себя, от той внутренней неудовлетворенности, которая заставляет вас поддаваться эмоциям и бежать от последствий, вместо того чтобы исправить то, что вполне исправимо. Вы давно не ребенок. Побывали замужем, вылечили сотни людей, проехали полстраны, чтобы начать новую жизнь, взяли неплохой старт, но стоило случиться неприятности, и вы пакуете вещи для нового побега».
Наталья Елецкая
Как вам такое? Заинтересовались?
Приглашаю вас в ТГ , ВКонтакте и Max. Обсуждаем книги и кино и там тоже))