Свой рассказ о войне в Афганистане продолжает полковник армейской авиации Владимир Алексеевич Господ. Его история — это не сухая хроника, а живая память, где смех и слезы, трагедия и абсурд шли рука об руку.
Слезы лейтенанта и «принцип» наград
«В Афганистане трагическое и комическое было так перемешано между собой, что иногда трудно было отделить одно от другого. Например, нам однажды поставили задачу эвакуировать разведчиков. Они попали в засаду, половину роты «духи» положили, погиб комбат. Я забирал легкораненого командира роты, лейтенанта. А лейтенант – только после училища, ему двадцать два года всего. И вот картина эта до сих пор перед глазами стоит: уже на аэродроме сидит на земле этот лейтенант, плачет от горя, что друзей потерял, и от счастья, что сам жив остался... Но говорит: «Мне комдив сказал: молодец, Саня, я на тебя представление на орден Красного Знамени напишу за то, что ты остатки роты вывел из боя». И он в общем-то довольный, что раненый, но живой. А ещё более довольный и гордый, что ему командир дивизии лично сказал, что представит к Красному Знамени».
Но, как поясняет Владимир Алексеевич, реальность наградной системы была иной.
«Надо понимать, по какому принципу в Афганистане награждали. Очень большие начальники получали орден Ленина или орден Красного Знамени. Все остальные получали Красную Звезду. Совершает боец следующий подвиг, пишут на Красное Знамя, дают всё равно Звезду. Ещё один подвиг – всё равно дают Звезду. У меня был земляк из Воронежа, командир разведроты. И на орден Ленина представляли, и на Героя Советского Союза. А в конце концов всё равно получил три Красных Звезды».
Как работали бомбо-штурмовые удары: шпион в колпаке и САБы вместо наволочек
Очень часто экипажи Господа обеспечивали бомбо-штурмовые удары. Схема была отлаженной и начиналась с предательства.
«Приходит местный житель и закладывает «хадовцам» (ХАД. Афганская контрразведка. – Ред.) «духов»: в таком-то кишлаке такая-то банда тогда-то будет сидеть за таким-то дувалом. «Хадовцы» передают эту информацию нашим советникам, те её анализируют. Вся эта тайная работа, естественно, происходит без нас. А на выходе принимается решение о нанесении удара».
«Назначалось время, когда мы должны забрать с конкретной площадки местного предателя, который должен показать, где нужно отработать. Садимся на площадке. Подъезжает уазик со шторками на окнах. Выходит наш капитан или майор, который работает советником в этом районе, и выводит шпиона, у которого на голове колпак. Это для того, чтобы его никто не опознал издалека».
Далее вертолет с «ценным пассажиром» шел на цель уже вместе с ударной авиацией.
«Делаем первый проход над кишлаком, и предатель пальцем показывает на дувал, где бандиты сидят. Рассказывает: там пулемёт, ещё там пулемёт... В грузовой кабине у нас стоял огромный фотоаппарат. Открываем нижний люк и фотографируем то, что было до удара».
А вот целеуказание было задачей творческой. Использовали САБы – светящиеся авиационные бомбы.
«Обычно их на специальных парашютах сбрасывают ночью над полем боя, чтобы его подсветить. А в Афгане вот что придумали. От такой бомбы отрезали парашюты (мы их, кстати говоря, использовали как наволочки, простыни или как ковры вешали на стены) и сбрасывали её уже без парашютов. От удара о землю взрыватель срабатывает и бомба горит на земле. С воздуха видно её очень хорошо».
Но сбросить точно даже такой «маяк» молодые штурманы не могли. Начиналась ювелирная работа по наведению.
«Говорим истребителям или штурмовикам: «Видите САБ?». – «Видим». – «От САБа на юг видите дерево?». – «Видим». – «От дерева слева дувал видите?». – «Видим». – «Это цель». – «Всё понятно, работаем»».
Пока самолеты работали по цели, вертолет Господа набирал высоту, готовый к роли «спасательного звена».
«Дальше я набираю высоту четыре с половиной тысячи метров. Теперь моя главная задача – подобрать лётчика, если кого-то вдруг собьют. А самолёты становятся в круг и по очереди вываливаются из этого круга для работы по дувалу. После того, как они закончили, я захожу снова и фотографирую результаты удара».
Командир звена, который был младше всех
«Где-то через год после того, как мы прибыли в Афган, меня назначили командиром звена.Все лётчики у меня в звене были старше и по возрасту, и по опыту. Но они сказали: «Ты училище с золотой медалью закончил, хочешь поступать в Академию... Поэтому пусть ставят тебя».
И почти сразу же, как признается полковник, возникла ситуация, из которой он едва-едва вышел живым. Но это уже история для следующего рассказа.
Начало рассказа Владимира Господа о войне в Афганистане здесь. Продолжение следует. Подписыватесь на канал, чтобы не пропустить!
Полный рассказ Владимира Господа «Командир полка. Афганистан» из моей книги «Афганистан в рассказах участников» читайте здесь.
Бумажная книга «Афганистан в рассказах участников» с этим рассказом здесь.
#АфганскаяВойна #АрмейскаяАвиация #ВетераныАфгана #ОГВА #ИсторияСССР #Воспоминания #ВойнаГлазамиОчевидца #Вертолетчики #ЖиваяИстория