Расталкивая всех, своим изношенным кузовом БелАЗ–548 №202 выходил на передовые позиции в автобазе. Экипаж доказал своим недоброжелателям, что результат делают не машины, а люди.
Зима в посёлке выдалась суровой. Радовало то, что успели оборудовать БелАЗ дополнительной печкой расположенной в кабине. Основная печка использовалась только для обдува стёкол кабины.
Ночная смена, БелАЗ–548 №402 идёт на фабрику гружённый рудой. Фабрика обработает горную массу и страна получит алмазы. Сколько алмазов находится в кузове самосвала, водителю неизвестно. Зарплату он получает рублями, а не алмазами. За спиной в кузове драгоценные камни, а наш герой видел их только на картинке. Просили, руководство автобазы, устроить экскурсию на фабрику, чтобы своими глазами увидеть итоги своего труда. Пообещали, и видимо сразу забыли. Работайте, а результат увидят другие.
Часовая стрелка подходит к 23 часам Якутского времени. За бортом около 50 градусов мороза. Свет фар упирается в стену тумана.
В Москве ещё только 17 часов вечера люди возвращаются с работы в свои уютные квартиры. Подумал Григорий прижимая ногой педаль акселератора к полу. Стараясь наверстать упущенное время. Дело идёт к обеду, а у него только вторая ходка.
Стрелка спидометра застыла между цифрами 50 и 60. Григорий не переживал за шины. Морозный воздух хорошо охлаждал нагревающеюся от груза резину. Летом в тёплую погоду выдерживали нагрузку, хотя нагревались сильно. Приходилось делать паузу в работе самосвала, давая шинам остыть.
Скоро будет затяжной спуск к ручью, дизель остынет, масло в ГМП нагреется, часто придётся пользоваться горным тормозом. Затем затяжной подъём, и финишная прямая.
Размышлял сержант запаса, высчитывая время, есть ли у него возможность успеть на обед в столовой карьера, трубки "Сытыканская".
Дизель остывает, работая без нагрузки, на спуске ГМП вращает дизель, замедляя движение самосвала.
Ручей не заставил себя долго ждать, Педаль акселератора в пол, вторая передача, первая передача, открываем жалюзи радиаторов. Сейчас будет жарко.
Григорий смотрит на приборы, БелАЗ медленно карабкается в гору. Всё в норме. Можно расслабиться самосвал вмешательства водителя не требует. Технологическая дорога из карьера трубки "Сытыканская" хорошо изучена. Водитель знает каждый неприятный участок технологической дороги.
Морозный воздух хорошо распространял рёв дизеля по спящей тайге.
Григорий шел вторым рейсом вне графика, вынужденная задержка заставила прервать привычный ритм работы. Казимир, и его компания, уже давно вернулись в карьер за третьей ходкой. Сейчас они спокойно обедали, обсуждая последние новости.
У бункера фабрики, в этот момент очереди, быть не должно. Опаздывать на обед не хотелось.
Затяжной подъём завершился, сейчас будет ещё одна ложбинка, БелАЗ на неё заходит на второй передаче. Самосвал побежал быстрее, Григорий закрыл жалюзи радиаторов. Тепло дизеля приходилось беречь. Третья передача, БелАЗ вышел на финишную прямую.
Человека стоящего на краю широкой дороги Григорий заметил не сразу. Быстрее всего увидел раньше, но не обратил внимание, думал показалось. Кто может находиться на технологической дороге в морозную ночь. Машины рядом нет, до посёлка 15 километров.
Снег в станице, долго не продержался. К обеду он растаял и пошёл дождь. Затем мелкий дождь, сменял мелкий снег, который в народе называют крупой.
Из Сибири на крайний Север: Обычная рабочая смена БелАЗ–548 № 402. Неожиданная встреча. Приключения продолжаются.