Под Новый год зрителям обещают очередное чудо. В этот раз чудом уже объявили новый фильм «Буратино», который снял автор небезызвестного «Физрука» Игорь Волошин.
Обещают добрый мюзикл, наполненный уже всем известными песнями, новыми лицами актеров и компьютерным мальчиком – тем самым Буратино.
Но в сети разгорелись нешуточные споры: а вообще нужно ли было делать новую экранизацию, когда есть очень достойная старая? Можно ли на это новое «чудо» вести детей? И вообще, стоит ли это все смотреть?
Обещания обещаниями, но все мы давно знаем, что кино сейчас – это в первую очередь коммерческий проект, поэтому это как в театре Карабаса-Барабаса: чем громче хвалишь свою картину, тем громче зовешь на представление почтенную публику, тем больше заработаешь.
Поэтому и с этим фильмом меня терзают смутные сомнения о том, что финансовые расчеты здесь явно опередили художественные замыслы.
Взрослые игры в детские игрушки
Первое новшество фильма заключается в том, что детей в постановке нет, за исключением четырнадцатилетней Виталии Корниенко, с которой сняли компьютерную куклу Буратино при помощи технологии захвата движения.
Роли остальных кукол – Мальвины, Пьеро, Арлекина, даже пуделя Артемона – сыграли взрослые молодые актеры: Анастасия Талызина, Степан Белозёров, Рузиль Минекаев, Марк Эйдельштейн, уже известные по другим постановкам, но отнюдь не гении экрана, не обладающие той непосредственностью и свежестью, которую могли бы привнести настоящие дети.
В старом фильме Леонида Нечаева 1975 года дети играли детей, и это создавало особую магию, ту самую искренность и наивность, которая была органична сюжету о деревянном мальчике, познающем мир, тогда как взрослые актеры, даже молодые, неизбежно привносят в роли иронию, профессиональную отстраненность, некую игру в детскость, которая никогда не заменит присутствия на экране живого ребенка.
Есть, конечно, Федор Бондарчук в роли Карабаса-Барабаса, но будет ли он лучше, убедительнее, ярче легендарного Владимира Этуша, чей образ вошел в историю советского кинематографа как эталонный?
Этуш создал Карабаса страшного и смешного одновременно, который умел быть одновременно злодеем и комедийным персонажем, не скатываясь в фарс, сохраняя при этом человеческую природу своего героя, тогда как Бондарчук, судя по описаниям, играет скорее карикатуру на актера, пародию, что, безусловно, имеет право на существование, но вряд ли может конкурировать с классикой.
На актеров нового фильма можно посмотреть в галерее фото. Листайте!
Христианский подтекст, коммунистический контекст и голливудская упаковка
Авторы нового фильма пишут о том, что вставили в свою работу глубокий христианский подтекст, утверждают, что золотой ключик – это дар Бога, что они вернулись к оригиналу сказки про Пиноккио Карло Коллоди, и даже напоминают, что сам Алексей Толстой писал не просто о Буратино, а о создании нового человека в новой советской стране.
Давайте разберемся: где там христианский подтекст, где трагедия Отца, создающего Нового сына, где коммунизм, где Голливуд, и почему три таракана, как три волхва, приносят Отцу, а потом и младенцу дар – золотой ключик?
Сценарист Андрей Золотарёв, учившийся на богословском факультете, действительно нашпиговал историю религиозными символами: Буратино распят в театре Карабаса, потом воскресает, папа Карло склоняется над бездыханным телом сына в позе «Пьеты» Микеланджело, и все это должно отсылать нас к жертве, искуплению, безусловной отцовской любви, напоминающей любовь Бога к своим детям.
Но проблема в том, что все эти глубокие смыслы, философские отсылки, библейские параллели рискуют остаться непонятыми большей частью аудитории, особенно детской, потому что они требуют определенного культурного багажа, знания истории искусства, понимания христианской символики, а в результате получается двухслойный пирог, где взрослые должны считывать одно, дети – другое, но при этом возникает вопрос: а не слишком ли много авторы навесили на хрупкую конструкцию детской сказки, не перегрузили ли они ее смыслами до такой степени, что она может рассыпаться под их тяжестью?
И еще один момент, который меня смущает: попытка объединить в одном произведении христианскую притчу (Пиноккио у Коллоди – это история о грехе и искуплении), советскую идею создания нового человека (Толстой писал своего Буратино как революционера, ломающего старый мир) и современную голливудскую эстетику с компьютерной графикой и звездным составом актеров – это очень амбициозная задача, которая требует виртуозного баланса, и малейший перекос в любую сторону может превратить глубокомысленное высказывание в эклектичную мешанину.
Тревожные звоночки современного российского кино
Сейчас уровень кинопродукции в России, особенно детской и семейной, к сожалению, сильно упал, и мы наблюдаем печальную тенденцию: очень много режиссерских неудач типа новой сказки «Огниво» или недавней «Алисы в стране чудес», когда за красивой картинкой и громкими именами актеров скрывается пустота, отсутствие внятной драматургии, непонимание детской психологии и того, что именно нужно маленькому зрителю.
Поэтому в кино с детьми стало страшно ходить: боишься, что покажут такое, что смотреть будет неприятно, что вместо доброй сказки получишь набор спецэффектов без души, что вместо понятной истории столкнешься с запутанным сюжетом, перегруженным второстепенными линиями и символами, понятными только узкому кругу интеллектуалов, и эти опасения подкрепляются тем, что первые критики, посмотревшие фильм, уже отмечают в новом «Буратино» «перегруженность символизмом», «обрыв второстепенных линий» и «недостаток лёгкости», что для детского фильма является серьезным недостатком.
Когда читаешь в рецензии кинокритика Наи Гусевой, что «история развивается без чёткого направления, а конфликты остаются поверхностными», что «внутренние переживания Буратино возникают и исчезают слишком легко», что «фильм наполняется чередой случайных встреч и эпизодов, не складывающихся в цельное высказывание», то возникает вполне закономерный вопрос: а для кого, собственно, снят этот фильм?
Для детей, которым нужна ясная, понятная история с четкими конфликтами и разрешениями, или для взрослых интеллектуалов, которые будут разгадывать христианские символы и искать отсылки к Микеланджело и Дэвиду Линчу?
А стоит ли сравнивать новый и старый фильмы?
Старый «Буратино» 1975 года режиссера Леонида Нечаева – уже не просто фильм, это культурный код для нескольких поколений наших соотечественников, это музыка Алексея Рыбникова на стихи Булата Окуджавы и Юрия Энтина, которая стала народной, это актерская работа, где каждая роль выверена и совершенна: от папы Карло до черепахи Тортилы, от Карабаса-Барабаса до Дуремара, и самое главное – в том фильме была душа, было тепло, была та самая магия кино, когда веришь в происходящее на экране, сопереживаешь героям, когда хочется петь вместе с ними «Бу-ра-ти-но».
Новый фильм может быть технически совершенен, может поражать компьютерной графикой, декорациями, построенными в кинопарке «Москино», костюмами «мирового уровня», как пишут в рецензиях, но сможет ли он дать нам то же ощущение чуда, той же теплоты, той же искренности?
И главное – нужна ли детям вся эта красота, если за ней не стоит понятная, честная, добрая история, если им предлагают не живых детей-актеров, с которыми можно себя идентифицировать, а компьютерную куклу и взрослых, играющих в детей?
Я прекрасно понимаю режиссерский замысел: показать Буратино как деревянного уродца, ребенка с особенностями, которому предстоит пройти через буллинг и неприятие, и это, безусловно, важная и актуальная тема для современного общества, но вопрос в том, как это будет подано, не превратится ли глубокая идея в навязчивую морализацию, не потеряется ли за философскими построениями простая человеческая история о том, как мальчик ищет свое место в мире и учится любви и ответственности.
Так стоит ли идти в кино?
Я не призываю бойкотировать новый фильм – каждый имеет право на свою интерпретацию классики, и, возможно, кому-то новый «Буратино» действительно понравится, особенно тем, кто ценит визуальную красоту, кто любит разгадывать символы и искать подтексты, кто готов простить драматургические провалы ради отдельных удачных сцен и актерских работ, но лично я, как человек, выросший на старом фильме, рекомендую сначала показать детям классическую версию 1975 года.
Включите детям старую сказку – здесь уже точно вы знаете, что покажут, здесь нет никаких сюрпризов, никаких экспериментов с формой и содержанием, здесь просто хорошее, доброе, качественное кино, которое проверено временем и любовью миллионов зрителей, и только потом, если захочется, можно сходить в кинотеатр на новую версию, чтобы сравнить, обсудить, поразмышлять о том, как по-разному можно рассказывать одну и ту же историю.
Потому что в конечном итоге главный вопрос не в том, хорош или плох новый «Буратино», а в том, зачем снимать новую экранизацию, если старая хороша, и ответ на этот вопрос, боюсь, лежит не в области искусства, а в области коммерции.
Это и есть главная беда современного российского кинематографа, где деньги и амбиции очень ставятся выше готовность создавать добрые, понятные зрителю истории.
Поэтому и не хватает у нас сейчас талантливых фильмов.