Иногда жизнь подбрасывает сюжеты, до которых не додумается ни один драматург. Проверяя человека на способность, сохранять лицо в самых странных обстоятельствах. Именно так началось утро у Николая, обычного инженера с обычным графиком и кофе из автомата.
Николай сидел на работе, смотрел в монитор и думал о задачах, которые сами себя писать отказывались. В этот момент зазвонил телефон. Номер жены. Николай взял трубку с привычной интонацией семейного человека.
— Добрый день, — произнёс в трубке уверенный мужской голос. — Николай? Ваша жена сейчас в двадцать шестой больнице. Вы сможете приехать?
Голос в трубке был чужим и спокойным, и от этого спокойствия в груди у Николая вдруг похолодело. Всё сразу стало пустым и гулким.
Он встал, схватил куртку, пробормотал что-то коллегам и исчез, оставив на столе кружку с остывающим кофе и открытую таблицу.
Больничный коридор показался ему бесконечным тоннелем, выложенным кафельной тоской. Хотя он нашёл жену быстро. Она сидела на стуле, нога аккуратно упакована в гипс, выражение лица сосредоточенное и слегка виноватое.
Рядом стояла медсестра и листала бумаги с видом человека, который сегодня уже всё понял.
— Света, что случилось? — спросил Николай, стараясь говорить ровно.
Светлана посмотрела в пол, потом на гипс, потом снова в пол.
— Я пры-ы-ыгала, — протянула она осторожно.
— Куда прыгала, зачем, что вообще происходит? — слова у Николая шли быстрее мыслей.
— Я прыгала с дивана на кресло, — сказала Светлана. — Представляла, что внизу лава.
Медсестра кашлянула, прикрыв улыбку папкой. Николай моргнул. В голове медленно собиралась картинка.
— Лава? — уточнил он.
— Да, — оживилась Светлана. — Квартира превращается в вулкан. Пол опасный. Мебель спасает. Я почти долетела.
Николай сел рядом, провёл рукой по лицу и выдохнул. Перед ним сидела взрослая женщина, бухгалтер с восьмилетним стажем и фантазией ребёнка на летних каникулах.
— Следующий уровень сложности какой? — спросил он устало. — Крокодилы в ванной?
Светлана улыбнулась.
— Я думала про акул, — сказала она. — Ванна всё-таки.
Медсестра закрыла папку и кивнула.
— Гипс на шесть недель, — сообщила она. — Прыжки рекомендую заменить прогулками.
По дороге домой Николай больше не задавал вопросов. Ответы уже имелись в наличии. Он вёз человека, который способен сломать ногу, оставаясь при этом героем собственного приключения.
Дома Светлана устроилась на диване, осмотрела гипс и сказала с деловым видом:
— Прыжок был идеальным. Подвело приземление.
Николай молча принёс чай, поставил его на стол и посмотрел на мебель. Диван. Кресло. Расстояние критическое.
— Завтра переставлю, — сказал он.
Светлана кивнула с благодарностью.
— И ковёр. Ковёр в лаве сгорает первым.
Николай сел рядом, устало выдохнул и вдруг понял, что будет жить с этим всю жизнь. С гипсом, лавой, внезапными уровнями сложности и женщиной, которая умеет превращать обычный вечер в сюжет для приёмного покоя.
Он посмотрел на неё и покачал головой.
— В следующий раз предупреждай, — сказал он. — Я хотя бы каску надену.
Светлана улыбнулась.
— В следующий раз я допрыгну.
И Николай почему-то сразу в это поверил.
© Ольга Sеребр_ова