Подслушанный разговор
Я вернулась домой раньше обычного. С работы отпустили пораньше.
Мы с мужем Игорем живём в доме его родителей. Первый этаж — наш. Второй — их.
Я поднялась на крыльцо. Услышала голоса. Со второго этажа. Окно открыто.
Голос свекрови. Галины Петровны. И Игоря.
Я не собиралась подслушивать. Но услышала своё имя.
— Игорь, мы же правильно сделали. Мы тебя спасли.
Я остановилась.
— От чего, мама?
— От неё. От Анны. Она не для тебя.
Сердце забилось чаще.
— Мама, о чём ты?
— О том, что мы вовремя открыли тебе глаза. Помнишь, три года назад? Ты хотел с ней съезжать. Мы остановили.
Свекровь манипулирует сыном, внушая что жена ему не подходит. Годами настраивает против невестки.
Я слушала. Не верила.
— Мам, я помню. Вы сказали, что глупо тратить деньги на аренду. Что лучше жить здесь. Копить на свою квартиру.
— Правильно. Но главное — мы не дали ей увести тебя. Она хотела разлучить нас. Забрать тебя из семьи.
— Мам, Анна не хотела разлучать. Она просто хотела своё пространство.
— Своё пространство? Игорь, она хотела командовать тобой. Без нашего контроля. Без нашей поддержки.
Я прислонилась к стене. Ноги дрожали.
— Мам, мы с Анной пять лет женаты. Она хорошая жена.
— Хорошая? Игорь, ты не видишь. Она ленивая. Плохо готовит. Не убирает как следует. Я постоянно за ней переделываю.
— Мам, она работает. Устаёт.
— Работает? На своей маленькой зарплате? Игорь, ты содержишь её. Она живёт за твой счёт.
Слёзы текли. Я слушала. Как свекровь разбирает меня по кусочкам.
— И потом, — продолжала Галина Петровна, — она не родила тебе детей. Пять лет замужем. Детей нет. О чём это говорит?
— Мам, мы с Анной решили подождать. Сначала квартиру купить.
— Подождать? Игорь, ей тридцать. Часики тикают. А она тянет. Потому что не хочет детей. Она эгоистка.
Я не выдержала. Открыла дверь. Вошла.
Поднялась на второй этаж.
Свекровь и Игорь сидели на диване. Пили чай.
Увидели меня. Замолчали.
— Анна, ты уже дома? — спросил Игорь.
— Да. Я пришла десять минут назад. И слышала ваш разговор.
Галина Петровна побледнела.
— Анна, мы просто разговаривали...
— Разговаривали? Вы обсуждали меня. Называли меня ленивой. Эгоисткой. Говорили, что вы "спасли" Игоря от меня.
Молчание.
— Галина Петровна, вы пять лет настраиваете Игоря против меня?
Она выпрямилась.
— Я защищаю своего сына.
— Защищаете? От жены?
— От женщины, которая ему не подходит.
Осознание
Я вернулась на первый этаж. В нашу комнату. Села на кровать.
Думала. Вспоминала.
Три года назад. Я предложила Игорю съехать. Снять квартиру. Жить отдельно.
Он согласился. Мы нашли квартиру. Готовились переезжать.
Потом Галина Петровна заболела. Сердце. Врачи сказали — стресс. Она легла в больницу.
Игорь отменил переезд. "Мама больна. Не могу её оставить."
Мы остались.
Тогда я думала — он заботливый сын. Хочет быть рядом с больной матерью.
Теперь понимаю. Это была манипуляция.
Настраивает мужа против жены годами. Через болезни, слёзы, критику. Медленно. Методично.
Я вспоминала дальше.
Год назад. Я получила повышение. Зарплата выросла на двадцать тысяч.
Я радовалась. Рассказала Игорю.
Он поздравил. Но как-то прохладно.
Вечером Галина Петровна сказала за ужином: "Игорь, твоя зарплата всё равно больше. Ты главный добытчик. Анна пусть не задирает нос."
Я промолчала. Но обиделась.
Игорь тоже промолчал.
Полгода назад. Я предложила завести ребёнка. Игорь сказал: "Давай ещё подождём. Квартиру купим."
Я согласилась.
Но Галина Петровна говорила всем: "Анна не хочет детей. Карьеристка. Эгоистка."
Люди смотрели на меня косо. Как на неполноценную женщину.
Два года назад. Я приготовила ужин. Игорь похвалил.
Галина Петровна попробовала. Сказала: "Пересолено. Игорь просто не хочет обидеть."
Я обиделась. Больше не готовила при ней.
Год назад. Я убралась в доме. Помыла полы. Протерла пыль.
Галина Петровна прошлась следом. Перемыла всё заново. "Анна убирает плохо. Разводы остаются."
Я перестала убираться. Зачем, если она всё равно переделает?
Я сидела. Понимала.
Пять лет. Пять лет она методично разрушала меня в глазах Игоря.
Критиковала. Обесценивала. Настраивала против меня.
И я не видела. Думала — просто придирчивая свекровь.
Но это была система. План.
Конфронтация
Игорь спустился. Зашёл в комнату.
— Ань, давай поговорим.
— Давай.
Он сел рядом.
— Прости маму. Она переживает за меня.
Я посмотрела на него.
— Переживает? Игорь, она назвала меня ленивой. Эгоисткой. Сказала, что я тебе не подхожу.
— Она не это имела в виду.
— А что она имела в виду? Игорь, она сказала "мы тебя спасли". От меня. От твоей жены.
Токсичная свекровь разрушает брак сына. Медленно. Методично. Через критику и манипуляции.
Он молчал.
— Игорь, скажи честно. Ты считаешь меня ленивой?
— Нет.
— Плохо готовлю?
— Нет. Ты хорошо готовишь.
— Эгоисткой? Которая не хочет детей?
— Нет. Мы вместе решили подождать.
Я встала.
— Тогда почему ты позволяешь матери говорить это?
— Ань, она моя мать. Я не могу ей запретить.
— Можешь. Ты можешь сказать — мама, Анна моя жена. Не критикуй её.
Он опустил глаза.
— Я не хочу ссориться с мамой.
— А со мной? Ты хочешь ссориться со мной?
— Нет.
— Но ты выбираешь её. Не меня.
Молчание.
Я подошла к шкафу. Начала складывать вещи.
— Что ты делаешь?
— Собираюсь. Ухожу.
— Куда?
— К подруге. Пока. Потом сниму квартиру.
Игорь встал.
— Ань, не надо. Останься.
— Зачем? Чтобы твоя мать продолжала меня унижать? Настраивать тебя против меня?
— Она не унижает...
— Унижает! Игорь, я пять лет терплю! Пять лет слушаю, что я плохая жена! Плохая хозяйка! Эгоистка!
Слёзы текли.
— Я устала. Устала доказывать, что я достаточно хороша. Устала жить под контролем твоей матери.
Я закрыла чемодан.
— Ань, подожди. Давай обсудим. Нормально.
— Обсудим? Игорь, ты пять лет не защищал меня. Молчал, когда она критиковала. Соглашался с ней.
— Я не соглашался!
— Молчал. А молчание — это согласие.
Услышала как свекровь говорит плохо о ней. Поняла масштаб манипуляций. Решила уйти.
Я взяла чемодан. Пошла к двери.
Игорь преградил путь.
— Ань, прошу. Не уходи.
— Отойди.
— Нет. Я не пущу.
Я посмотрела на него.
— Игорь, либо ты отходишь. Либо я вызываю такси и ухожу навсегда.
Он стоял. Думал.
Потом отошел.
Я прошла мимо. Вышла из дома.
Решение
Я жила у подруги Светы неделю. Игорь звонил каждый день.
— Ань, вернись. Давай поговорим.
— О чём говорить?
— О нас. О маме. Обо всём.
— Хорошо. Приезжай к Свете. Поговорим.
Он приехал вечером. Мы сели на кухне.
— Ань, я думал всю неделю. Ты права. Мама действительно манипулировала мной.
Я слушала.
— Я вспомнил всё. Как она отговорила от съезда. Как критиковала тебя. Как обесценивала.
Он посмотрел на меня.
— Прости. Я был слепым. Не защищал тебя.
— И что теперь?
— Теперь я хочу всё исправить. Вернись. Пожалуйста.
— Вернуться? В дом твоей матери? Чтобы она продолжала?
— Нет. Мы съедем. Я уже нашёл квартиру. Снял. Двушку. Мы переедем туда. Отдельно от родителей.
Я не верила.
— Правда?
— Правда. Я понял. Нам нужно своё пространство. Без мамы. Без её контроля.
— А она? Что скажет?
— Уже сказал. Она плакала. Обвиняла меня в предательстве. Но я не изменил решения.
Защита брака от свекрови — это установление границ. Съезд. Отдельная жизнь. Без контроля.
Я смотрела на Игоря. Видела решимость.
— Хорошо. Я вернусь. Но с условиями.
— Какими?
— Мы живём отдельно. Навещаем твоих родителей раз в неделю. Не чаще.
— Согласен.
— Твоя мать не критикует меня. Если критикует — ты защищаешь. Всегда.
— Согласен.
— Мы заводим ребёнка. Сейчас. Не ждём квартиру.
Он улыбнулся.
— Согласен.
Мы переехали через неделю. В новую квартиру. Двушку на окраине.
Галина Петровна не разговаривала с нами месяц. Обижалась. Игнорировала звонки.
Потом позвонила сама.
— Игорь, я хочу вас видеть.
Они приехали в воскресенье. На обед.
Галина Петровна встретила холодно. Но вежливо.
— Проходите.
Мы поели. Она не критиковала мою готовку. Не говорила ничего плохого.
Когда уходили, Игорь сказал:
— Мам, мы с Анной ждём ребёнка.
Галина Петровна замерла. Посмотрела на меня.
— Правда?
— Правда.
Она заплакала. Обняла меня.
— Прости. Я была неправа. Я боялась потерять сына. Вела себя ужасно.
Я не ответила. Просто кивнула.
Сейчас прошло полгода. Я на восьмом месяце. Скоро рожу.
Мы живём отдельно. Галина Петровна навещает раз в неделю. Ведёт себя сдержанно. Игорь защищает меня. Всегда. Если она начинает — он останавливает.
Мы счастливы. В своей квартире. Без контроля. Без манипуляций.
Я услышала тот разговор. "Мы тебя спасли. Она не для тебя."
Тогда я поняла — нужно что-то менять.
И мы изменили.
Съехали. Установили границы. Защитили наш брак.
От свекрови, которая хотела контролировать.
А вы считаете, что молодой семье нужно жить отдельно от родителей? Или можно вместе? Поделитесь в комментариях.
Если вам понравилось — ставьте лайк и поделитесь в соцсетях с помощью стрелки. С уважением, @Алекс Котов.