Глава 6
-Эк они тебя. Прости, я только сейчас узнал! — белокурый ангел покаянно опустил голову.
-Что ты здесь делаешь?!- зашипел Абалим. Он был рад и не рад одновременно. - Тебя явно не похвалят! Ты нарушаешь слово Гавриила!
начало:
- Прямо запрета не было. — опустил голову Амалиэль. - Гавриил сказал только, что ты не можешь подняться. Но не запрещал спускаться мне. Впрочем, никому не запрещал, но разве тебе поможет кто-то ещё, кроме меня?
Абалим молча закатил глаза. Амалиэль во всём прав. Любой другой ангел предпочтёт держаться от него подальше. Те, что никогда не спускались к людям, наверняка, считают его отступником, грешником, почти что демоном. А те, что подвержены влиянию человеческому, проявляют негодование.
- Тем более, у нас там какая-то суматоха. Все носятся, как ужаленные. Я на минутку всего улизнул.— нарушил неловкую тишину Амалиэль, — Не мог оставить тебя так...
Недолго они смотрели друг другу в глаза, понимая, как сильно провинились, и друг перед другом в том числе. За многие годы чего только с ними не случалось, но чтобы кого-то низвергли... Пожалуй, они серьёзно облажались.
Ангел снова вздохнул и склонился над Абалимом. Раскрыл свои крылья над ним и зашептал молитву, делясь ангельской благодатью и силами. Даже смотреть на это чудище было неприятно, что уж говорить про то, каково это — быть запертым в этом тельце? И Амалиэль постарался сделать для друга то единственное, что было в его силах.
Закончив молитву, он выпрямился, собираясь сказать ещё несколько приободряющих слов, но замер, словно прислушивался к кому-то.
Абалим понял, что тот выслушивает чей-то приказ. Что там у них за переполох, интересно знать? Куда его сейчас отправят, на какое-нибудь интересное задание? Абалим изо всех сил постарался не выдать истинных чувств. Даже стиснул зубы, пытаясь не показать, как сильно завидует.
-Мне пора. Извини, я сделал все, что мог. — ангел грустно улыбнулся,— я постараюсь ещё прийти.
-Не смей! — зашипел ему вслед Абалим, но тот уже исчез, оставив друга сидеть посреди опустевшей прихожей.
Это была не просто молитва. Амалиэль поделился с ним силой. На одну тысячную вернул былое величие, но и этого уже, казалось, много. Теперь он долго не почувствует никакого голода, холода, никаких физических нужд! Теперь он не зависит от рыжей и может уйти, сохранив при этом крупицы достоинства! Больше всё случившееся не казалось таким уж унылом. Теперь-то он точно справится. Ну и что, что всё ещё кот, зато ничего не болит.
Настроение его улучшилось, и Абалим танцующей походкой направился на кухню, к открытой форточке. Выбраться, и больше никогда не видеть ненавистную рыжую! Ну и что, что ему всё ещё требуется отбывать наказание. Мир огромен. И наверняка в нём найдутся блаженные вроде этой Веры! Но вот лично от неё принимать помощь он больше не желал!
Он уже приготовился к прыжку, когда из спальни раздался лёгкий вскрик. Вцепился когтями в деревянную раму, балансируя на ней. Зачем вообще останавливался! Свобода так близка! Ну же! Ну! Но как не подбадривал себя, а решиться на финальный прыжок всё-таки не смог. Некстати вспомнилось сказанное не ей, но себе. Я попытаюсь помочь. Обещал же...
И когда из спальни снова донёсся какой-то глухой стон, больше не медлил, отправился проверять, в чём дело.
Осторожно заглянул в приоткрытую дверь. Должно быть, ей снился кошмар. Рыжие волосы разметались по подушке, она всхлипывала и что-то бормотала. Абалим вздохнул. Запрыгнул на кровать, и сел в изголовье. Ощутил всем своим кошачьим существом её страх. Надо же, такие яркие ощущения! Не зря же коты числились у ангелов в помощниках. Когда полечить надо было, или сил придать — лучше котов проводников не найти. Сильные эмпаты, те отлично все чувствовали. Теперь Абалим на собственной шкуре ощутил, насколько отлично. Вот бы хранителям такую связь!
Сейчас от девушки липкой и тёмной волной исходил страх, такой густой и вязкий, что даже ему самому стало не по себе. Рыжие волосы разметались по подушке, и на фоне бледной, почти фарфоровой, кожи, блестящей от пота, они казались слишком яркими, точно листья японских клёнов. Черты лица заострились, и вся она будто уменьшилась в размерах, сжалась в комок и мелко подрагивала. Его сердце предательски дрогнуло.
-Ладно,— проворчал себе под нос неразборчивым писком, вот и способ проверить, насколько он стал сильнее благодаря Амалиэлю.
Ангелу просто оградить человека от кошмара. Достаточно лишь взмахнуть крылом. Но он-то теперь не ангел. Да и сил — кот наплакал, простите за тавтологию. Всё-таки Абалим чувствовал, что должен что-то сделать. Потому усердно помахал лапами над рыжей макушкой, выводя знакомые руны в воздухе. Только толку-то от них.
Девушка начала вести себя ещё тревожнее, что-то залепетала. Абалим попробовал молитву. Помнил-то он её хорошо, только в кошачьем исполнении вышло так себе. Вера замерла на миг, а потом громко всхлипнула.
Что такого ей сниться? Глупости небось какие-то. Кстати. Интересно. Получится ли? Ткнулся носом в висок.
И сам не понял, как это случилось. Никогда раньше у него не выходило попасть в сон человека настолько глубоко. Подсмотреть можно было, но со стороны, словно бы в щёлочку. А тут такое погружение, как будто он сам видит его, этот сон. Только ангелы не спят. Но коты-то спят, да ещё как! По двадцать часов в сутки.
Впрочем, то, что это чужой сон, он понял сразу. Кошмар. Но это знание не особенно помогло. Ему всё равно было страшно, так же как и ей. Чёрной тенью он скользнул в шкаф вслед за рыжей. Котом прижался к её боку.
-Тшшш. - шикнула ему девочка. В этом сне она была совсем маленькой. Только этот страх, что охватил её, был таким огромным...
-Где ты, мелкая чертовка? — снаружи шкафа послышались шаги, и вместе с ними какой-то хлёсткий звук.
Рыжая дёрнулась, сжалась в комок так, словно хотела исчезнуть. Абалим тоже притих рядом. Он не распознал этот звук, но она его точно знала. Дыхание её участилось, вот-вот накроет паникой. Маленькие ладошки зажали рот, чтобы не выдать себя рвущимися наружу рыданиями.
-Немедленно выходи! — и снова этот звук. Хлёсткий и звонкий... Девчонка дёрнулась, прижала кота ближе к боку. Ему и так было тяжело дышать из-за пыли и духоты, но он подавил рвущийся наружу писк.
-Не бойся. Не бойся. — пробормотала для него. Глупая. Какая глупая. Кто тут боится кроме неё?! Нашла, когда о других заботиться!
В тонкой полоске свете, что пробивался в неплотно закрытые двери, показалась тень. Девочка похолодела. Цепкие пальцы мигом задвинули кота в самый дальний угол. Дверь начала медленно открываться. И, прежде чем вынырнуть из её кошмара, Абалим успел заметить взрослого мужчину, с ремнём в руках.
Он скатился с кровати, не сразу осознав, что проснулся. Сердце грозило вырваться из груди. Это сон или воспоминание? Не бывают сны такими... достоверными. Только то, что человек испытал на собственной шкуре, может так сильно пугать.
Но едва отдышавшись, понял, что она всё ещё спит. Снова взлетел на кровать и припал к ней. Но едва ощутив чудовищную, обжигающую всё тело боль, снова вывалился. Осознание пришло сразу. Он ударил её. Такую маленькую и беззащитную! Он ударил её, этот мужик!