– Сергей, – Ольга повернулась к нему, стараясь говорить спокойно, – я же говорила тебе утром. У меня сегодня встреча с девочками. Мы давно договаривались, ещё месяц назад. В ресторане, в семь часов.
Сергей стоял в дверном проёме кухни, вытирая руки полотенцем. Его лицо выражало искреннее недоумение, словно он впервые слышал об этом. Высокий, чуть сутулый от работы за компьютером, он всегда выглядел немного растерянным, когда дело касалось домашних дел.
– Ну да, говорил что-то... – он почесал затылок. – Но мама позвонила только что, сказала, что едет с тётей Галиной и дядей Колей. Они из области, давно не виделись. Я подумал, что ты будешь дома, как обычно.
Как обычно. Эти слова кольнули особенно сильно. Ольга поставила сумочку на тумбочку и глубоко вздохнула. Последние годы её жизнь действительно крутилась вокруг дома: работа фрилансером позволяла быть гибкой, но эта гибкость давно превратилась в обязанность подстраиваться под всех, кроме себя.
– Сергей, я не «как обычно» дома, – тихо сказала она. – Я тоже имею право на свои планы. Мы с подругами не виделись полгода. Это важно для меня.
Он подошёл ближе, всё ещё держа полотенце в руках.
– Оля, ну что ты. Мама же редко приезжает. И гости... Они же наши родственники. Неудобно как-то их одних оставить. Ты же сама всегда говоришь, что семья – это главное.
Ольга посмотрела на него внимательно. В его голосе не было злости, только привычная уверенность в том, что всё можно решить, просто попросив её остаться. Он даже не думал, что это может быть проблемой.
Она вспомнила, как всё началось. Когда они только поженились, свекровь, Тамара Ивановна, приезжала часто – помочь с ремонтом, с вещами, с советами. Сначала Ольга была рада: у неё самой матери не было рядом, и внимание Тамары Ивановны казалось тёплым. Но постепенно визиты стали регулярными, а потом – с компанией. То день рождения дяди Коли, то тётя Галина «проездом», то просто «соскучились». И каждый раз Сергей звонил или писал: «Маме одиноко, давай пригласим». А потом уже и не спрашивал – просто сообщал.
Ольга не возражала поначалу. Она готовила, убирала, улыбалась, слушала бесконечные истории о том, как «в наше время всё было иначе». Но со временем почувствовала, как её собственное пространство сжимается. Дом, который они с Сергеем выбирали вместе, становился не их уютным гнёздышком, а чем-то вроде семейного клуба для его родственников.
– Сергей, – она сделала шаг к нему, – я не против семьи. Но почему мои планы всегда можно перенести, а ваши – нет? Почему я должна всё бросать, когда кто-то решает приехать без предупреждения?
Он пожал плечами.
– Ну, ты же дома работаешь. Тебе проще. А я на работе весь день. И мама... она же не чужая.
Ольга почувствовала, как внутри поднимается волна усталости. Сколько раз они это обсуждали? Мягко, осторожно, чтобы не обидеть. Она говорила, что ей тоже нужно личное время. Что встреча с подругами – это не прихоть, а необходимость. Что она тоже человек, а не только жена, невестка и хозяйка дома.
Но каждый раз всё заканчивалось одинаково: она оставалась, готовила ужин, улыбалась гостям, а потом, поздно вечером, когда все расходились, Сергей обнимал её и говорил: «Спасибо, родная. Ты у меня самая лучшая».
И она таяла. Потому что любила его. Потому что не хотела ссор. Потому что верила, что со временем он поймёт.
Но сегодня что-то было иначе. Может, потому что встреча с подругами была особенной – день рождения Лены, которую она знала ещё со школы. Может, потому что последние месяцы она чувствовала себя особенно одинокой в этом доме, полном чужих голосов. А может, просто накопилось.
Звонок в дверь прервал их разговор. Сергей просиял.
– Приехали! – он направился к двери.
Ольга осталась стоять в прихожей. Сердце стучало сильно. Она смотрела, как муж открывает дверь, как Тамара Ивановна входит первой – статная, с аккуратной причёской и неизменной сумкой через плечо.
– Серёжа, сынок! – свекровь обняла его крепко. – Как мы по тебе соскучились!
За ней вошли тётя Галина – полная, улыбчивая женщина с пакетом деревенских гостинцев – и дядя Коля, молчаливый, с седыми усами и старым портфелем в руках.
– Олечка, здравствуй! – Тамара Ивановна повернулась к ней, протягивая щёку для поцелуя. – Как ты тут без нас? Всё в порядке?
Ольга поцеловала её, чувствуя знакомый запах духов – тяжёлый, цветочный.
– Здравствуйте, Тамара Ивановна. Здравствуйте, Галина Петровна, Николай Иванович.
– Ну что ты стоишь в пальто? – заметила свекровь, оглядывая её с ног до головы. – Холодно же на улице. Раздевайся, чайку попьём сначала.
Ольга посмотрела на Сергея. Тот уже помогал матери снимать куртку.
– Я.. вообще-то собиралась выйти, – тихо сказала она.
Тамара Ивановна удивлённо подняла брови.
– Куда это? Мы же только приехали. Я думала, ты нас встретишь, ужин приготовить. Я же говорила Серёже, что мы с гостями будем.
Ольга почувствовала, как щёки горят. Говорила Серёже. Конечно. Не ей. Никогда не ей.
– У меня сегодня встреча с подругами, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Мы давно планировали.
Свекровь посмотрела на сына.
– Серёжа, ты что, не сказал Оле? Я же просила передать.
Сергей развёл руками.
– Сказал, мама. Но она... у неё свои планы.
Тамара Ивановна повернулась к Ольге. В её взгляде было привычное смесь удивления и лёгкого упрёка.
– Ну что ты, Оленька. Мы же не каждый день приезжаем. Галина с Николаем издалека, поездом всю ночь ехали. Неудобно как-то. Посидишь с нами, а подругам потом позвонишь, перенесёте.
Ольга посмотрела на тётю Галину, которая уже раскладывала на столе деревенские пирожки и банку солёных огурцов.
– Да ладно, Олечка, – улыбнулась та. – Мы ненадолго. Просто повидаться.
Дядя Коля молча кивнул, устраиваясь в кресле.
Ольга почувствовала, как внутри всё сжимается. Знакомое чувство. Когда все смотрят на тебя и ждут, что ты сейчас улыбнёшься, снимешь пальто и пойдёшь на кухню. Потому что так правильно. Потому что ты хозяйка. Потому что семья.
Она посмотрела на Сергея. Он стоял рядом с матерью, и в его глазах была просьба. Не слова – просто взгляд. «Останься. Пожалуйста».
И в этот момент что-то в ней щёлкнуло.
– Нет, – тихо, но твёрдо сказала Ольга.
Все замерли.
– Что значит «нет»? – переспросила Тамара Ивановна.
– Я имею в виду, что у меня действительно важная встреча. Я ухожу. А вы... устраивайтесь, отдыхайте.
Она взяла сумочку и сделала шаг к двери.
Сергей шагнул вперёд.
– Оля, подожди. Ну серьезно. Мама же только приехала.
– Сергей, – она посмотрела ему прямо в глаза, – это ты её пригласил. Не спросив меня. Как всегда. Так что сегодня ты и будешь хозяином. Принимай гостей, готовь ужин, развлекай. А я поеду на свою встречу.
Тамара Ивановна ахнула.
– Это что же получается? Мы приехали, а ты нас бросаешь?
Ольга повернулась к ней.
– Тамара Ивановна, я вас не бросаю. Я просто живу своей жизнью. Которую тоже имею право иметь.
Она открыла дверь и вышла, не дожидаясь ответа.
На лестнице ноги слегка дрожали. Она спускалась медленно, прислушиваясь к голосам за закрытой дверью. Сначала – удивлённые реплики, потом – голос Сергея, что-то объясняющий.
Выйдя на улицу, Ольга глубоко вдохнула прохладный вечерний воздух. Небо уже темнело, зажигались фонари. Она достала телефон и написала Лене: «Выхожу. Скоро буду».
И впервые за долгое время почувствовала – не вину, не раздражение, а лёгкость. Как будто сбросила с плеч тяжёлый груз.
Но в глубине души знала: это только начало. Когда она вернётся домой, разговор будет серьёзным. И от того, как он пройдёт, зависит многое.
А может быть – всё.
– Оленька, ты серьёзно? – голос Лены в трубке звучал одновременно удивлённо и радостно. – Я уже думала, ты опять не сможешь вырваться.
Ольга сидела в такси, глядя в окно на огни вечернего города. Машина плавно скользила по мокрому асфальту, отражая в лужах неоновые вывески.
– Серьёзно, – ответила она, и сама удивилась, насколько спокойно звучит её голос. – Сегодня я точно буду. Уже еду.
– Ура! – Лена засмеялась. – Девочки будут в шоке. Мы уже заказали столик, шампанское охлаждается. Ждём только тебя.
Ольга улыбнулась. Давно она не чувствовала такого предвкушения. Встречи с подругами всегда были для неё отдушиной – местом, где можно было говорить о чём угодно, смеяться до слёз и просто быть собой, без маски идеальной жены и невестки.
Ресторан встретил её тёплым светом и ароматом итальянских трав. Лена, Катя и Маша уже сидели за угловым столиком, украшенным маленькими свечками. Когда Ольга появилась, все вскочили.
– Наконец-то! – Лена обняла её первой. – Мы уже начали без тебя беспокоиться.
– Прости, – Ольга сняла пальто и села. – Были... семейные обстоятельства.
Катя налила ей шампанского.
– Рассказывай. Что на этот раз?
Ольга сделала глоток. Пузырьки приятно щекотали язык. Она посмотрела на подруг – таких родных, таких понимающих – и вдруг почувствовала, как внутри всё отпускает.
– Свекровь приехала. С гостями. Без предупреждения, как всегда. Сергей сказал: «Мама с гостями уже подъезжает, кто готовить им будет?» – она попыталась воспроизвести его интонацию, и подруги засмеялись.
– Классика, – покачала головой Маша. – И ты, конечно, осталась?
– Нет, – Ольга подняла бокал. – Сегодня – нет. Я ушла. Пусть сам разбирается.
Повисла тишина. Потом все заговорили одновременно.
– Серьёзно?!
– Ого!
– Молодец!
Лена подняла бокал.
– За Олю! За то, чтобы она наконец-то начала жить для себя.
Они чокнулись. Ольга почувствовала тепло в груди. Давно она не ощущала такой поддержки.
Вечер пролетел незаметно. Они вспоминали школьные годы, обсуждали работу, детей, мужей. Ольга рассказала подробнее о том, как накопилось за последние годы. Как каждый приезд Тамары Ивановны превращался в маленькое испытание. Как Сергей, не желая конфликтов, всегда вставал на сторону матери. Как постепенно она сама начала верить, что её роль – обслуживать, подстраиваться, молчать.
– Понимаешь, – говорила она, крутя в руках бокал, – я люблю его. Правда люблю. Но иногда чувствую себя... невидимой. Как будто мои желания не важны. Главное – чтобы мама была довольна, гости накормлены, все счастливы. Кроме меня.
Катя кивнула.
– Знакомо. У меня с сестрой мужа было то же самое. Пока я однажды не сказала: хватит. И знаешь, мир не рухнул.
– А Сергей что? – спросила Маша.
Ольга пожала плечами.
– Не знаю. Телефон молчит. Наверное, обиделся.
– Пусть обидится, – решительно сказала Лена. – Иногда нужно встряхнуть, чтобы человек увидел.
Они просидели до закрытия. Когда Ольга вышла на улицу, было уже поздно. Ночной воздух бодрил. Она вызвала такси и поехала домой, чувствуя странную смесь лёгкости и тревоги.
Подъезжая к дому, она увидела свет в окнах. Все были дома. Сердце слегка сжалось. Что её ждёт? Скандал? Молчание? Или, может, понимание?
Она тихо открыла дверь ключом. В прихожей пахло жареной картошкой и чем-то мясным. На вешалке висели чужие куртки. Голоса доносились из гостиной – громкие, оживлённые.
Ольга сняла пальто и прошла на кухню. Там было пусто, но на столе – гора немытой посуды, пустые тарелки, следы ужина. Она замерла, глядя на это.
Из гостиной вышел Сергей. Лицо усталое, волосы взъерошены. Он остановился, увидев её.
– Привет, – тихо сказал он.
– Привет, – ответила Ольга.
Повисла пауза.
– Как... вечер? – спросил он наконец.
– Хорошо. Очень хорошо, – она посмотрела ему в глаза. – А у вас?
Сергей вздохнул и опустил взгляд.
– Нормально. Мама... обиделась. Сильно. Говорит, что ты нас бросила, что невестка должна...
– Сергей, – перебила Ольга, – давай поговорим. Прямо сейчас. Пока гости здесь.
Он удивлённо посмотрел на неё.
– Может, завтра? Они же...
– Нет. Именно сейчас.
Она прошла в гостиную. Тамара Ивановна сидела в кресле, окружённая тётей Галиной и дядей Колей. На столе – остатки ужина, вино, фрукты. Все повернулись к ней.
– Олечка пришла, – сухо сказала свекровь. – Повеселилась?
Ольга села напротив.
– Да, Тамара Ивановна. Повеселилась. Давно так не отдыхала.
Свекровь поджала губы.
– А мы тут без тебя справлялись. Сергей готовил, убирал. Молодец сынок.
Сергей стоял в дверях, не зная, куда деться.
Ольга посмотрела на него, потом на свекровь.
– Тамара Ивановна, я хочу сказать прямо. Я устала. Устала от того, что каждый ваш приезд – это сюрприз для меня. От того, что я должна всё бросать и обслуживать гостей. От того, что мои планы никого не интересуют.
Тамара Ивановна выпрямилась.
– Это как же? Мы же семья! Я мать Сергея, а ты...
– Я жена Сергея, – спокойно продолжила Ольга. – И этот дом – наш с ним. Не база отдыха для родственников. Если вы хотите приезжать – пожалуйста. Но предупреждайте заранее. И не ждите, что я буду кухаркой и горничной.
Тётя Галина неловко заёрзала.
– Оленька, ну что ты...
Но Тамара Ивановна перебила:
– Вот оно как. Значит, мы теперь чужие? Приехали повидаться, а нас встречают упрёками.
Ольга почувствовала, как внутри снова поднимается раздражение.
– Вы не чужие. Но и я не прислуга.
Сергей наконец шагнул вперёд.
– Мама, Оля права. Я.. я не должен был приглашать вас без предупреждения. Это мой дом тоже, и я должен уважать жену.
Тамара Ивановна посмотрела на сына с удивлением.
– Серёжа, ты что?
– То, мама. Я люблю тебя. Но люблю и Олю. И не хочу, чтобы она чувствовала себя неуютно в своём доме.
Повисла тишина. Тётя Галина и дядя Коля переглянулись.
Тамара Ивановна встала.
– Ну что ж. Раз мы здесь нежеланные гости – поедем в гостиницу.
Она направилась в прихожую. Галина и Коля поспешно встали следом.
Ольга посмотрела на Сергея. Тот выглядел растерянным.
– Мама, подожди, – он пошёл за ней.
Ольга осталась сидеть. Сердце колотилось. Она не ожидала, что всё зайдёт так далеко.
Через минуту Сергей вернулся.
– Они уехали. В гостиницу.
Он сел рядом с ней.
– Оля... я не знал, что тебе так тяжело. Правда не знал.
Ольга посмотрела на него.
– Знал, Сергей. Просто не хотел замечать.
Он взял её руку.
– Прости. Я обещаю – больше никаких сюрпризов. Буду спрашивать тебя. Всегда.
Она кивнула, но в глубине души чувствовала – это только начало настоящего разговора. Потому что завтра Тамара Ивановна наверняка позвонит. И тогда всё решится по-настоящему.
А может, уже решилось сегодня.
– Доброе утро, – тихо сказала Ольга, заходя на кухню.
Сергей стоял у плиты, помешивая кофе. Он повернулся – под глазами лёгкие тени, словно спал плохо. На столе уже стоял завтрак: яичница, тосты, нарезанные овощи. Он явно старался.
– Доброе, – он попытался улыбнуться. – Кофе?
Она кивнула и села. Повисла пауза – не враждебная, но напряжённая. Оба знали, что разговор неизбежен.
Сергей поставил перед ней кружку и сел напротив.
– Оля... я всю ночь думал. О том, что вчера произошло. И понял – ты права. Полностью права.
Ольга посмотрела на него внимательно. В его голосе не было привычной защитной интонации.
– Правда?
– Да. Я привык, что мама всегда рядом. Что она может приехать, когда захочет. Для меня это нормально – она меня одна растила, после отца... Но я не думал, как это для тебя. Что ты чувствуешь себя... не хозяйкой в своём доме.
Он говорил медленно, подбирая слова. Ольга молчала, давая ему договорить.
– Когда ты ушла вчера, я сначала обиделся. Думал: ну как же так, гости приехали, а она... А потом увидел, как мама командует на кухне, как тётя Галя просит то одно, то другое. И сам начал готовить, убирать, слушать их истории. И понял – это тяжело. Правда тяжело. Особенно когда это не твой выбор.
Ольга почувствовала, как внутри что-то оттаивает.
– Сергей, я не против твоей мамы. И не против гостей. Просто... хочу, чтобы меня спрашивали. Чтобы мои планы тоже учитывались.
– Я знаю, – он взял её руку. – И больше так не будет. Обещаю. Если мама захочет приехать – сначала спрошу тебя. Если ты скажешь «нет» – скажу ей «нет». Даже если она обидится.
Ольга посмотрела ему в глаза. Он говорил искренне.
– А если она всё равно приедет?
– Тогда встречу её один. Как вчера. И объясню, что так нельзя.
В этот момент зазвонил телефон Сергея. На экране – «Мама». Он посмотрел на Ольгу вопросительно.
– Ответь, – тихо сказала она.
Сергей взял трубку.
– Алло, мам. Доброе утро.
Ольга слышала голос Тамары Ивановны – взволнованный, чуть обиженный.
– Серёжа, мы вчера всю ночь не спали. Как так получилось? Оля нас выгнала, мы в гостинице... Это же неприлично.
Сергей глубоко вздохнул.
– Мам, никто вас не выгонял. Вы сами решили уехать. Но... давай поговорим честно. Оля вчера сказала правду. Мы с ней живём своей жизнью. И когда ты приезжаешь без предупреждения, с гостями – это ставит её в неловкое положение.
Повисла пауза. Ольга слышала, как свекровь что-то говорит, но слов не разобрать.
– Нет, мам, – твёрдо продолжил Сергей. – Это не капризы. Это наш дом. И мы сами решаем, когда и кого приглашать. Если хочешь приехать – звони заранее, спрашивай, удобно ли. Мы всегда рады тебе. Но не так, как раньше.
Ещё пауза. Потом голос Тамары Ивановны стал тише.
Сергей слушал, кивая.
– Да, мам. Я понимаю. Но так будет лучше для всех. И для Оли, и для меня. И для тебя тоже – не придется в гостиницу ехать.
Он улыбнулся краем губ.
– Хорошо. Целую. До свидания.
Положил трубку и посмотрел на Ольгу.
– Она... обиделась. Но сказала, что подумает. И в следующий раз позвонит заранее.
Ольга почувствовала облегчение. Не полное – знала, что Тамара Ивановна не изменится за один день. Но это был шаг. Важный шаг.
– Спасибо, – тихо сказала она.
Сергей придвинулся ближе и обнял её.
– Это тебе спасибо. За то, что не молчала. За то, что заставила меня увидеть.
Они сидели так долго – пили кофе, говорили уже о другом. О планах на выходные, о том, чтобы съездить вдвоём за город. О том, как давно не были только они вдвоём.
Через неделю Тамара Ивановна позвонила Ольге сама. Голос был непривычно мягким.
– Оленька, здравствуй. Я тут подумала... Может, в следующую субботу приеду? Одна. Чаю попьём, поговорим. Если тебе удобно, конечно.
Ольга улыбнулась.
– Удобно, Тамара Ивановна. Приезжайте. Я пирог испеку.
– Ой, не надо, доченька. Я сама что-нибудь принесу.
Это слово – «доченька» – прозвучало впервые за много лет. И Ольга поняла: что-то действительно изменилось.
Не сразу. Не кардинально. Но постепенно.
Гости теперь приезжали реже. И всегда – по договорённости. Сергей научился говорить «нет», когда нужно. А Ольга – говорить «да», когда действительно хотела.
Их дом снова стал их. Уютным, тихим, своим.
А когда Тамара Ивановна приезжала одна – они сидели на кухне, пили чай и разговаривали. Уже не как свекровь и невестка, а как две женщины, которые любят одного мужчину и учатся уважать друг друга.
Ольга смотрела в окно – за ним весна, первые листья на деревьях. И думала: иногда достаточно одного «нет», чтобы всё изменилось. Чтобы дом снова стал домом. Чтобы жизнь стала своей.
Рекомендуем: