На этом участке реки всегда было шумно. Место удачное, удобный спуск, течение ровное. Сюда тянулись все, кто мог дойти: от стариков с поплавками в дырявых сапогах до молодых пупырёнышей, которые приезжали не столько за рыбой, сколько за поводом выпить. И среди них давно уже примелькался один наглый человек....
Интересно, что дальше? Всё сейчас расскажу. Надо канал поддержать лайком, дорогие мои, так работает алгоритма современная. Если ещё и подпишитесь, то еще больше поможете Подслушано Секреты Рыболова. Комментарии уже роли сейчас не играют в плане помощи каналу, поэтому пишите их просто от души...
Его звали Степан Ильич. Лет пятьдесят с небольшим, но выглядел старше. Жизнь тяжелая была. Ходил с тростью, нога заметно волочилась. Лицо спокойное, даже слишком.
Говорил мало, никогда не спорил ни с кем. Это было странно. Садился всегда в одном и том же месте, ближе к изгибу берега, где течение утихало и крутилось. Суводь, а не как иначе.
Суводь
Ловил он странно. Не суетился, не менял снасти, не бегал вдоль берега. Забрасывал и ждал сидя. Иногда подолгу сидел, глядя не на воду, а куда-то сквозь неё. Улов у него был скромный, но стабильный.
Молодёжь окаянная его заметила быстро. Та самая компания, человек шесть, лет по 25 по 25,3 года. Громкие, дерзкие, уверенные, что мир им должен. Сначала просто посмеивались. Но...
— Смотри, шепнул как-то один, опять калека приполз. Полуножка.
Другой хмыкнул:
— Он, наверное, рыбу гипнозом ловит. Шевелиться-то не может.
Степан Ильич слышал. Он вообще всё слышал. Просто не реагировал.
Через пару дней шутки стали громче. Появились телефоны. Кто-то начал снимать.
— Дед, крикнул один, тебе помощь не нужна? А то вдруг рыба утащит тебя, старый ты пень.
Степан Ильич поднял глаза.
— Я справлюсь, сынки, сказал он тихо.
— Да ты герой, не унимался другой. Анвалид, а всё туда же. Дома сиди...
Это было зря. Но он снова промолчал.
День за днём давление росло. То кто-то специально проходил слишком близко и задевал трость. То ставили палатку рядом, мешая забросу. Один раз специально закинули блесну так, что леска перепуталась с его снастью. Смех, матерки, демонстративное превосходство.
Степан Ильич терпел
Не потому что боялся. Просто знал цену вспышкам. Знал, чем они заканчиваются. Разумный был дядька. Мудрый. Все наперед видел, в отличии от многих. И знал, где живет и чем может всё закончиться...
В тот день погода резко испортилась. Небо затянуло, поднялся ветер. Но молодёжь только обрадовалась: синячка, адреналин, громкие разговоры. Они устроились чуть выше по течению, почти над обрывом.
Степан Ильич сидел ниже. Один. Как всегда.
— Эй, хромой! крикнул самый дерзкий, высокий, с короткой стрижкой. Давай к нам! Или ты боишься, что трость потеряешь?
— Иди к нам, добавил кто-то.
Они уже не просто смеялись. Они давили и унижали.
Степан Ильич медленно поднялся. Опёрся на трость. Посмотрел в их сторону.
— Оставьте меня, сынки сказал он. Пока я просто прошу...
— Слышали? заржал высокий. Он ещё и угрожает.
И в этот момент всё пошло не так
Один из них, самый пьяный, оступился у края. Камень под ногой поехал, и парень полетел вниз, прямо в воду. Течение там было обманчивым, крутило сильно. С виду спокойное, а снизу были ямы...
Он ушёл с головой.
Сначала все заржали. Потом он не вынырнул сразу. Прошло пять секунд. Десять.
— Эй… голос стал неуверенным у пупырёнышей.
Когда парень показался, он бил руками по воде и кричал. Его начало тянуть к середине. Паника, дёрганые движения, тяжёлая куртка.
— Он тонет! заорал кто-то.
И тут случилось то, чего никто не ожидал.
Степан Ильич отбросил трость.
Нееееет! Не бросил, а именно отбросил, как ненужную вещь. Сделал шаг. Второй. Его походка изменилась на глазах. Исчезла хромота. Исчезла медлительность. И он побежал.
Быстро, жёстко, уверенно. Прыгнул в воду без колебаний, в бушлате, в сапогах. Холодная река ударила, но он нырнул сразу, под углом, как ныряют только те, кто знает, что делает.
Он вышел к парню снизу, перехватил за плечо, ударил ладонью по спине, выбивая воздух и панику из наглого испуганного птенца. Второй рукой зафиксировал шею.
— Не дёргайся, щенок! рявкнул он. Уже не смешно?
Голос был совсем другим. Командным, аки генерал.
Он вытянул его к берегу, использовал течение, развернул, толкнул. Парень кашлял, хрипел, но был жив. Пару хлёстких пощечин для отрезвления и принятия новой жизни.
Когда всё закончилось, на берегу стояла тишина. Такая, что слышно было, как капает вода с одежды деда
Степан Ильич стоял мокрый, тяжёлый, злой.
— Ты… начал высокий из пупырёнышей, но замолчал, увидев взгляд Степана.
— Я спасатель, сказал Степан Ильич. Был. Двадцать семь лет. В горах, на воде, в завалах. Я элитный .... был.... пока нога...
Он посмотрел на свою ногу.
— А это я получил, когда вытаскивал таких же умников после паводка. Камень придавил. Списали меня.
Он наклонился, поднял трость, опёрся. Хромота вернулась. Но теперь она выглядела иначе. Не слабостью, а величием в глазах молодых глупцов...
— Запомните, сказал он спокойно. Смеяться над чужой бедой легко. Но река шуток не любит. И я тоже.
Он взял свои снасти и пошёл. Медленно. Не оглядываясь.
С того дня компания на берегу больше не появлялась. А если и приходили другие, то Степана Ильича не трогали. Смотрели уважительно. Молча.
Иногда к нему подходили, благодарили. Он кивал. Ничего не объяснял. А река текла дальше. И тем, кто в тот день смеялся, ещё долго снилось, как человек с тростью оказался единственным, кто знал, что делать, когда жизнь внезапно уходит под воду. А ведь и в жизни так, дорогие мои читатели, что делать знает не тот кто об этом больше всего кричит, а тот кто в тени и скромен. Согласны?
Пишите ваши мысли. Ниже два вида ссылок на одинаковую статью. Напишите мне в комментариях, родные, какая лучше воспринимается: С картинкой рыбака или просто жирным синим шрифтом. То есть, какой вариант мне лучше оставлять в конце статьи? Спасибо за помощь