Когда метель снежи́т как не́жит и окон изморозь не режет, а предрождественский узор – всего лишь ветка-вестка-весточка, я сквозь рассыпанный набор читаю бабушкино: «Деточка…» Преемство памяти – снега́: набор снежинок сквозь года. Метель – метелица – позёмка, в косую линию тетрадь. Какие светлые потёмки: в них всё прошедшее видать! Вот бабушка из силуэта выходит стать снежинкой света, и сквозь закрытые глаза скользит по памяти слеза. Её снежинки промокают – и потому не промокают глаза… А веточка как весть, как проводок для замыканья метели и воспоминанья, что всё, что было, то и есть. 22 декабря 2002 г. Оскар Грачёв
Когда метель снежи́т как не́жит
и окон изморозь не режет,
а предрождественский узор –
всего лишь ветка-вестка-весточка,
я сквозь рассыпанный набор
читаю бабушкино: «Деточка…»
Преемство памяти – снега́:
набор снежинок сквозь года.
Метель – метелица – позёмка,
в косую линию тетрадь.
Какие светлые потёмки:
в них всё прошедшее видать!
Вот бабушка из силуэта
выходит стать снежинкой света,
и сквозь закрытые глаза
скользит по памяти слеза.
Её снежинки промокают –
и потому не промокают
глаза… А веточка как весть,
как проводок для замыканья
метели и воспоминанья,
что всё, что было, то и есть.
22 декабря 2002 г.
Оскар Грачёв