Закончится ли специальная военная операция (СВО) капитуляцией или уничтожением украинского нацистского террористического режима, его руководства и вдохновителей, — мы пока не знаем. Многим россиянам непонятно терпение российского руководства. А долгий разговорно-переговорный процесс по урегулированию конфликта (как упрощенно считают англосаксы) множит смерти и ранения людей у себя — на российской земле. Мы чего ждем?
Преступления украинского нацистского террористического режима, фиксируются и они множатся
Идет четвертый год специальной военной операции на Украине. Ежедневно Минобороны России и военные корреспонденты предоставляют стране сводки о ходе операции. Мы узнаем об освобождении нашими войсками исторически российских территорий, уничтожении военно-экономического и наступательного потенциала Украины, что, без сомнения, нас вдохновляет.
Но в сводках мы узнаем и другое: о ежедневных ударах украинских БПЛА, запускаемых десятками и сотнями, и артиллерии по российским регионам, о гибели и ранениях мирного населения, об уничтожении и повреждении жилья, объектов гражданского назначения и промышленности, в том числе и атомных электростанций. Мы также узнаем, что в нарушение Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО) украинские военные применяли на линии боевого соприкосновения против российских солдат токсичные химикаты и боевые отравляющие вещества.
Мы негодующе реагируем на то, что украинские БПЛА уже атаковали территории 37 регионов европейской части России, не считая ДНР, ЛНР, Херсонскую и Запорожскую области. Они пытаются атаковать объекты и за Уралом. А по приграничным районам Белгородской и Курской областей, судя по сводкам и репортажам военкоров, массированные удары наносятся каждый день. О возросших в разы террористических обстрелах по приграничной Брянской области за последний год заявлял недавно губернатор А. Богомаз: «Сейчас тоже мы видим, что все жестче и жестче начинают терроризировать именно мирное население...» (https://ria.ru/20251021/bogomaz-2049510831.html).
Цели, частота и глубина ударов убеждает, что украинский режим проводит на территории России свою специальную, и, вне всякого сомнения, террористическую операцию, убивая мирное население и разрушая гражданские объекты, также проводит теракты против российских военных, общественных деятелей.
Мы помним об ужасном теракте 22 марта 2024 года в концертном зале «Крокус», где было расстреляно и погибло от пожара 149 человек. Следствие установило, что заказчиком теракта выступал украинский режим.
Мы не забудем и недавнее вторжение ВСУ в Курскую область (с 6 августа 2024 г. по 26 апреля 2025 г.), в результате которого, по сообщению (30 августа) губернатора Курской области А. Хинштейна, «пропавшими без вести остаются 590 человек». А по сообщению СК России, в ходе нападения ВСУ на область погиб 191 мирный житель и 372 ранены, и потерпевшими признано 45 тысяч человек. И в первых числах ноября мы услышали горестное для всех сообщение от СК РФ по Курской области об эвакуации с приграничной территории более 300 тел погибших от рук боевиков ВСУ жителей Суджи.
Ежедневные террористические атаки на российские города и села множат смерти и ранения гражданского населения.
Так, в ноябре 2025 года посол по особым поручениям МИД РФ Р. Мирошник сообщил, что «всего с февраля 2022 года погибли 7175 мирных жителей, еще 17 617 получили ранения». А «с начала года по конец октября от атак БПЛА ранены 3205, в том числе 195 несовершеннолетних. Погибли 392 человека, включая 22 несовершеннолетних». А 15-летняя девочка, скончавшаяся в одной из московских больниц после тяжелых ранений, полученных в результате атаки БПЛА 30 ноября на Севастополь, «стала как минимум 238-м ребенком, убитым киевским режимом с февраля 2022 года».
Даже при том, что российские военные каждый раз отражают в нашем воздушном пространстве украинские атаки и в ответ (как акты возмездия) наносят мощные удары по военным скоплениям и инфраструктуре, мы все-таки с тревогой наблюдаем: и атаки и человеческие жертвы уже стали частью повседневной российской жизни.
Надо покончить с украинским террористическим режимом
Люди опасаются атак украинских БПЛА и испытывают нервное напряжение, особенно в регионах периодических атак. И люди справедливо задаются вопросом, почему российское государство не может пресечь украинские террористические атаки и защитить их, почему государство являет равнодушие. Никто не хочет привыкать и принимать эту несущую смерть реальность.
Неужели надежды на переговорный процесс по урегулированию и завершению «конфликта» (а может и специально затянутый англосаксами) важнее скорейшего подавления или ликвидации исполнителя этого «конфликта» — украинского террористического режима.
Непонятно, почему руководство страны и Государственная дума не обостряют вопрос регулярных террористических атак на мирное население? Почему не поднимается вопрос официального признания политической власти Украины нацистским и террористическим режимом? Власти чуть ли не каждый раз (после «громкой» террористической атаки) называют украинский режим и преступным, и нацистским, и вороватой хунтой, и незаконным, и «как режим, основанный на терроре». Действительно, если какой-то режим во власти осуществляет теракты против мирного населения, то это террористический режим.
Совершенно очевидно, что убийственные удары по мирному населению и гражданской инфраструктуре совершаются украинским режимом для сеяния паники среди населения и хаотизации общественного порядка. Этим режим и его англосаксонские кураторы рассчитывают, надо полагать, оказывать давление на российские власти, в том числе и для отступления в переговорной позиции. Нам ведь известна историческая позиция англосаксов (особенно Великобритании) в отношении России — антирусская и активно русофобская: подрывать моральный дух, вызывать недовольство народов, прикармливать элиты и тем самым бесконечно ослаблять волю российского государства.
Все понимают, что украинский режим не собирается останавливать теракты на территории России и вполне вероятно, что при содействии англосаксов режим сможет завладеть каким-нибудь ядерным снарядом для применения его против России.
Конечно, мы не знаем планов военно-политического руководства России по завершению СВО, по окончательному устранению ежедневных угроз и атак БПЛА. И все же, чем дольше политическое руководство прилагает усилия к одобрительной (или неосуждающей) реакции мирового сообщества и ждет результатов миротворчества Д. Трампа в урегулировании украинского «конфликта», тем больше европейским англосаксам дается времени для перегруппировки своих сил для большего разжигания «конфликта». Именно в последнее время руководители ЕС и НАТО наращивают риторику о росте военной угрозы со стороны России.
Не хотелось бы думать, что российской власти недостает воли, решимости и беспощадности для устранения украинского нацистского террористического режима. Но ударов возмездия недостаточно — террористические атаки, как мы видим, не прекращаются. Режим надо ликвидировать. Иначе Россию мы не защитим и не сохраним.
Также см. мою политическую заметку от 25 ноября 2025 г. «План Трампа: угроза России. Нужен свой план достижения мира».
На этой вопрошающей ноте я заканчиваю заметку.