Когда дядя Гриша первый раз наливал рюмку мертвой женщине, он был уверен, что у него началась белая горячка.
А теперь по порядку.
Жил у нас в подъезде Григорий, по-соседски — дядя Гриша. Мужик спокойный, трудяга, никого не трогал, только с одной бедой: как зарплату получит — три дня его нет. То есть он вроде и дома, и во дворе мелькает, но по сути пропадает на запое. За эти трое суток спускал всё до копейки, потом приходил в себя, трезвел и начинался второй акт: «Дай до получки занять, выручи…».
Все его знали, все его слабость понимали. Но и другое знали: свое он всегда возвращал. Отрабатывал без выходных, хватался за любую халтуру, пахал до изнеможения — пока не раздаст всем долги. Потом опять зарплата… и по кругу.
Как-то раз занял он у нашей старушки-соседки. Жила она через стенку от него, одинокая, вредная на язык, но сердцем добрая. Проворчала минут десять — мол, пропьёшь, опять всю лестничную клетку песнями замучаешь, — но триста рублей всё-таки дала. Сумма смешная, но долг есть долг, и Гриша честно собирался отдать её в конце месяца.
Не успел. Старушка внезапно умерла. Похороны, суета, потом объявился сын, шустро продал её квартиру и исчез. И как-то затерялись в этой круговерти те триста рублей. Тем более, должен он был ещё нескольким людям, суммы там были посерьёзнее. Про бабкин долг он просто… забыл.
А потом дядя Гриша стал жаловаться:
— Снится она мне. Ночь через ночь. В одном и том же: стоит, как при жизни, в платочке своём, и всё твердит: «Долг верни». Сначала я отмахивался — совесть, думаю, мучает. Сам себя подъедаю, вот и приснилось. Ну а кому возвращать-то? Ни её, ни родственников. Квартира чужая. А она снится и снится.
Так несколько недель и шло. День — работа, вечер — сто грамм для сугреву, ночь — бабка в снах, требующая своё.
В тот день он как раз получил зарплату. Как водится, пошёл «обмыть». К вечеру сидит он на кухне, один, пустые бутылки по столу, свет жёлтый, мутный. Локтем на стол опёрся, лоб в кулак упёр — сидит, смотрит в одну точку, уже наполовину в отключке.
— Сижу, — рассказывал потом, — голову поднял… а она напротив меня стоит.
Говорит, сердце ухнуло так, будто кто изнутри кулаком ударил. Мгновенно протрезвел — а видение не исчезает. Стоит бабка, как живая: пальто накинуто, платочек тот самый серый, глаза строгие.
— Ну, думаю, всё, приехал. Белочка.
А она вдруг спокойно так, по-хозяйски, как будто просто зашла посидеть:
— Налей, Гриша, рюмочку.
Руки у него затряслись, но он послушно достал вторую стопку, плеснул туда водки, свою тоже долил. Поставил обе на стол. Они так и застыли — две рюмки напротив друг друга.
— А потом она опять за своё, — вспоминал он. — То же самое, что и во сне: «Верни долг». Только в этот раз я её не сплю, я её вижу. Слышу. Стоит у меня на кухне и сверлит глазами.
Тут его и прорвало. Страх такой подступил, что он стул откинул, чуть не упал, выскочил в подъезд, слетел по лестнице и давай на улице снег хватать, лицо им тереть. Зима была, мороз. Стоит, дышит, щёки горят, на ладонях колет. Старается окончательно очнуться: «Сейчас вернусь — никого там не будет. Померещилось».
Минут через десять зашёл обратно к себе.
На столе — обе рюмки пусты. Чисто выпиты, до капли. И на краю одной — седой волос. Тонкий, серебристый, короткий, точно такие были у его соседки: она свои всегда в маленький пучок убирала, и с висков выбивались такие же.
— Вот тут, — говорит, — у меня всё внутри холодное стало. Никакая это не белочка.
Он давай по карманам шарить. После запоя там пусто, но всё-таки кое-что нашёл — по сусекам наскрёб ровно триста рублей. Как будто сумма сама собралась.
Не одеваясь толком, накинул куртку, засунул деньги в карман и бегом на кладбище. Ветер, темно, сугробы, тропинки занесены, но он её могилу нашёл быстро, будто его туда кто вёл. Стоит, сопит, руки трясутся, пальцы окоченели.
Достал гроши, положил на плиту:
— Прости, мать, что протянул. Не со зла. Не приходи больше, пожалуйста. Отдаю.
Постоял ещё, подождал ответа — тишина. Только снег скрипит и деревяшки крестов постанывают от ветра. Он перекрестился неумело, развернулся и ушёл.
С той ночи бабка ему ни разу не приснилась. Ни разу не явилась. Сон как обрезало — будто и не мучили его эти недели.
А уже потом, задним числом, он сам себя ругал:
— Старый дурак… Надо было не деньги на могилу класть. На эти триста купить бы ей что-нибудь: конфет, печенья, пирог испечь, водки бутылку. Принести, помянуть, по-человечески оставить. А я как в кассу сдал…
Но, как по мне, она и так поняла. Главное ведь — что долг он всё-таки вернул. Хоть и мёртвой.
-------
Видео на Мистические рассказы
Здесь👉 https://vkvideo.ru/@misticheskie_rasskazy
--------
-
-
-
теги:
мистическая история, страшная история, страшные истории, мистика, реальные мистические истории, история из жизни, реальные истории, истории на ночь, страшные истории на ночь, мистика из жизни, потусторонний мир, призрак соседки, призраки, духи, долг покойной, история про призрака, жуткая история, русская мистика, русский хоррор, ужасы без крови, мистический рассказ, аудиорассказ, криповая история, мистические истории из жизни, страшилки для взрослых, мистика и ужасы, хоррор рассказ, мистический случай, мистика 2026, жуткие истории из жизни, рассказы на дзен, дзен читать.