Когда мы смотрим в ночное небо, кажется, что Вселенная — это всё, что существует. Но современная физика описывает совсем другую картину: мы видим лишь ограниченный фрагмент реальности. За его пределами может быть ещё больше пространства, другие миры и процессы, о которых мы никогда не узнаем напрямую.
Астрофизик Артём Асташёнок объясняет, где проходит граница нашего знания, почему у Вселенной может не быть «края» и какие вопросы современная наука до сих пор не может решить.
Видимая Вселенная — не вся Вселенная
Ученый подчёркивает: когда говорят о «размере Вселенной», почти всегда имеют в виду ее наблюдаемую часть. Мы видим пространство радиусом примерно до 50 миллиардов световых лет, хотя самой Вселенной около 13,8 миллиарда лет. Это не противоречие: пока свет летел к нам, пространство продолжало расширяться.
Асташёнок объясняет, что Вселенная расширяется настолько быстро, что за некоторым расстоянием свет от удалённых областей никогда не сможет до нас дойти. Этот предел называется горизонтом событий. Это не стена и не край, а фундаментальное ограничение нашего знания.
Горизонт событий — не край, а предел нашего знания
Асташёнок обращает внимание на важную мысль: у Вселенной нет стены или границы, за которой «ничего нет». Существует космологический горизонт событий — расстояние, за которым объекты удаляются от нас быстрее, чем свет может до нас добраться.
Даже если там происходят грандиозные события, мы о них никогда не узнаем. Если разумные цивилизации существуют где-то ещё, то мы можем быть для них за горизонтом событий — так же как они для нас. Для нас эти области навсегда останутся за пределами наблюдаемой реальности.
Почему учёные уверены в Большом взрыве
Большой взрыв часто представляют неверно, отмечает астрофизик. Это не взрыв в конкретной точке пространства, а момент, когда всё пространство Вселенной находилось в крайне горячем и плотном состоянии.
Главное подтверждение этой модели — реликтовое излучение: фотоны, оставшиеся со времён, когда Вселенной было около 100 тысяч лет. Их свойства показывают, что в самом начале существовали квантовые флуктуации, из которых позже выросли галактики и крупные структуры.
Что было до Большого взрыва
Как констатирует Артем Асташёнок, физика пока не знает, что именно было до Большого взрыва. Существуют разные модели — от квантового туннелирования из «ложного вакуума» до циклической Вселенной, где расширение сменяется сжатием и «отскоком».
Однако даже в циклических моделях наша Вселенная всё равно начинается с экстремального состояния, очень близкого по свойствам к Большому взрыву. В итоге все эти гипотезы упираются в предел применимости современных теорий. Вопрос «что было до» остаётся открытым — и, возможно, в привычном смысле слова ответа на него просто не существует.
Мультивселенная — гипотеза, а не фантастика
Есть и гипотезы о множестве вселенных, на которые указывает Асташёнок. В некоторых моделях каждая Вселенная рождается как расширяющийся «пузырь» с собственными физическими константами. Мы живём внутри одного такого пузыря, а за его пределами могут существовать другие — недоступные наблюдению.
Если же Вселенная бесконечна, возможен и более радикальный вывод: в ней существует бесконечное число областей, идентичных нашей. А значит, теоретически могут существовать и наши копии. Это звучит непривычно, но с точки зрения математики и физики подобный сценарий не запрещён.
Почему скорость света — предел
Асташёнок акцентирует внимание на том, что запрет на сверхсветовое движение связан не с уровнем технологий, а с фундаментальным принципом причинности. Если бы объекты могли двигаться быстрее света, возникали бы ситуации, в которых следствие предшествует причине, а это разрушает саму логическую структуру физики.
Отсюда же возникают парадоксы путешествий во времени. И знаменитый вопрос: если будущее уже существует, почему к нам до сих пор не пришли гости из него?
Вывод
Современная космология показывает: Вселенная гораздо больше и сложнее, чем позволяет наше восприятие. Мы живём внутри ограниченного «пузыря наблюдаемости», за пределами которого реальность может продолжаться бесконечно.
Как подчёркивает Артём Асташёнок, главный вывод науки сегодня — не в том, что мы всё поняли, а в осознании того, насколько мала часть Вселенной, доступная нашему знанию. И именно это делает вопросы о её устройстве такими притягательными.
Полный подкаст можно посмотреть по ссылке
Следите за нами в социальных сетях:
Наши каналы в дзене:
- Про науку
- Про бизнес
- Про здоровье