Рассказ Майка
(Окончание, начало здесь: https://dzen.ru/a/aU0tZui0YXgRD7DU)
Время близится к полуночи. Стол ломится от еды: оливье (мой авокадо так и остался в сторонке, как памятник культурному эксперименту), селёдка под шубой, розовое сало, квашеная капуста, соленые огурцы, горячие котлеты, мандариновые горы. Иван-Дед Мороз допивает чай из самовара, все укутаны в подаренные шарфы — деревня выглядит как вязаный спецназ. Я сижу в своём синем кедровом шарфе и думаю: "Netflix со своими сериалами просто отдыхает".
Петрович подмигивает мне:
— Майк, сейчас настоящее шоу начнётся!
Куранты и самогон под 60 градусов
Старенький телевизор с антенной из проволочной вешалки отбивает куранты. Все замирают с рюмками домашнего самогона — прозрачного, крепостью градусов под шестьдесят, пахнущего хлебным суслом и русским ракетным топливом.
— За Россию! За мир! За мандарины Василия! — торжественно провозглашает тост Василий.
Все дружно выпивают. Горло полыхает огнём, но по венам разливается удивительное тепло. Я чокаюсь с соседями:
— Cheers (ура)! За вас, братья!
Первый глоток чуть не сбивает меня с ног. В Калифорнии даже виски такой крепости не найдёшь. А здесь бабушка спокойно отпивает из рюмки и закусывает мандарином, словно это обычная вода.
— Ничего, привыкнешь! — смеётся Петрович, видя моё лицо. — Это ещё лёгкий, праздничный. Василий умеет и покрепче гнать!
Петарды ручной сборки и собачья симфония
Петрович с Василием таинственно исчезают на пять минут. Возвращаются с ведром самодельных петард.
— Наши круче любых магазинных! — гордо хвастается Петрович. — Порох из охотничьих патронов — остатки после осенней охоты. Фольга от конфет, фитиль из старой бельевой верёвки. Китайские фейерверки — это для девочек. А наши — для настоящих мужчин!
Я смотрю на эти самоделки с некоторой тревогой. В США за такое можно попасть под статью о незаконных взрывчатых веществах. Здесь это просто новогодняя традиция.
Первую петарду запускают во двор. БА-БАХ!!! Звук такой, будто рядом выстрелил танк. Снег вспыхивает оранжевым светом, а небо словно трясётся.
И тут начинается настоящее представление. Окрестные собаки срываются с цепей: лайки воют басом, дворняги подпевают фальцетом, соседский Рекс лает с таким неуёмным энтузиазмом, будто исполняет арию в опере. Одна дворняга пытается перепрыгнуть забор, чтобы уйти в леса, в партизаны, но срывается и плюхается в сугроб мордой вперёд. Бобик в соседнем дворе с перепугу решил по примеру кота спрятаться от опасности на дереве, с первого раза не получилось, но попытки продолжаются. Еще одна собака смотрит на нас с крыльца с явно нецензурным выражением морды лица, ее хозяйка тоже.
К собачьему хору присоединяются кошки на крышах — получился живой оркестр настоящей деревенской России.
— Апокалипсис или праздничный салют?! — кричу я, прыгая с крыльца в снег.
Собаки окружают избу плотным кольцом и лают в ритм курантов, создавая невероятную какофонию.
— Видишь, Майк? — ржёт до слёз Петрович. — Даже псы с Новым годом поздравляют!
Василий запускает вторую петарду — БУМ-БУМ!!! Взрыв ещё мощнее первого.
Бабушка высовывается из окна:
— Не пугайте кур, они яйца нести перестанут! А завтра с чем оливье делать будем?
Дети хохочут и снимают всё на старенький телефон, радуясь хаосу больше любых мультиков.
Печь-монстр и калифорнийский кроссфит
Когда собачье буйство немного утихает, Иван командует:
— Теперь печь как следует разожжём!
Мы подходим к главной звезде избы — русской печи-гиганту. Она уже тлеет, но для настоящего праздника нужна серьёзная жара.
— Покажу вам калифорнийский кроссфит! (это высокоинтенсивная программа тренировок) — заявляю я, хватая топор.
Начинаю колоть дрова. Берёза трещит под ударами, щепки летят во все стороны. Руки горят от непривычной нагрузки, пот льёт ручьём, но это не спортзал с кондиционером и Wi-Fi — это настоящая жизнь!
Петрович подкидывает поленья в топку:
— Вот это жизнь без отходов по-нашему! Дрова с нашего леса, зола потом — удобрение для огорода!
Печь оживает, начинает реветь, как дракон. Огненные блики пляшут по стенам, ёлка танцует в отражениях пламени. Весь дом наполняется жаром и уютом.
— В Америке у нас центральное отопление с термостатом, — говорю я, вытирая пот., А здесь каждая калория тепла, это результат твоего труда.
— Зато ценишь каждую минуту у огня, — философски замечает дядя Володя. — Когда сам дрова наколол, по-другому к теплу относишься.
Подарок века: самокат для экстремалов
Возвращаемся к столу разгорячённые и довольные. Иван торжественно достаёт из чулана нечто невероятное:
— А теперь твой подарок, американец!
Это самокат. Но не обычный, а самодельный шедевр деревенского инжиниринга. Руль обмотан изолентой, колёса — настоящие резиновые от трактора, рама усилена арматурой. Выглядит как транспорт для постапокалиптических гонок.
— Для снежных покатушек! — поясняет Иван. -- С нашей горки покатишься, как на Ferrari, только лучше!
Я стою в полном ступоре:
— Самокат... зимой?! По снегу?!
Василий ржёт до икоты:
— У нас тут Uber не ездит! А это самокат на шипованных колёсах! Завтра с утра — тест-драйв по всей деревне!
Экзотика: в Штатах у нас куча приложений для транспорта, а здесь — самокат-танк собственного производства. Все смеются, глядя на выражение моего лица.
— Это же... гениально! — выдавливаю я. — Экологично, практично и на 100% безумно!
— Вот теперь говоришь как настоящий русский! — одобрительно кивает бабушка.
Тосты до рассвета
Рассвет медленно подкрадывается к окнам. Собак хозяева постепенно отзывают, петарды догорают, но застолье продолжается. Тосты сыплются один необычней другого:
— За трактор Василия и его мандариновое изобилие!
— За золотые руки Анны Петровны и её шерстяные шедевры!
— За оливье без авокадо — пусть традиция останется традицией!
— За лучший собачий новогодний концерт!
Поднимаю рюмку:
— За вас — самую тёплую, самую шумную, самую искреннюю деревню в мире!
Самогон крепостью под шестьдесят творит чудеса — слёзы от смеха текут рекой, а на душе такое тепло, какого не дают никакие калифорнийские SPA-процедуры.
— Майк, — говорит Петрович, обнимая меня за плечи. — Ты теперь свой. Официально принят в сосновскую семью!
Все дружно кричат "Ура!" и чокаются. Я чувствую себя частью чего-то большого и настоящего.
Утренний тест-драйв и откровения
Утром, несмотря на вчерашний самогон, я бодро обматываюсь подаренным шарфом и выхожу тестировать самокат. Петрович показывает лучшую горку в деревне — крутой спуск прямо к пруду.
— Главное, в сторону руль крути, чтоб не в прорубь! — напутствует он.
Сажусь на самокат и пускаюсь с горки. Ветер свистит в ушах, снег летит в лицо, соседский Рекс радостно бежит рядом, как персональный эскорт. Скорость невероятная, адреналин зашкаливает!
— Это же лучше любого скейтборда! — кричу я, лавируя между сугробами.
Снимаю короткое видео на телефон (дрон так и остался нетронутым в доме):
"Русский Новый год — это хаос, собачьи концерты, самогон и самодельные самокаты. Netflix со своими сериалами может отдыхать. точно вернусь за добавкой!"
Прощание и выводы
К обеду пора было собираться в дорогу, соседу как раз надо было в город. Все высыпали провожать — с термосом чая, пакетом мандаринов и банкой домашнего мёда от Ивана.
— Майк, — говорит бабушка, поправляя мой шарф. — Ты теперь знаешь, какой он, настоящий русский Новый год. Не забывай нас!
— Как я могу забыть? — отвечаю я, обнимая всех по очереди. — Вы подарили мне то, чего у нас в Америке уже нет.
— А что именно? — интересуется Петрович.
— Искренность без фальши. Простоту без примитивности. И умение радоваться не дорогим покупкам, а человеческому теплу.
Василий хлопает меня по спине:
-- Соображаешь, американец!
В машине, уезжая с соседом по разбитой дороге, я оглядываюсь на Сосновку. Дым поднимается из труб, дети катаются на санках, собаки мирно спят у заборов после вчерашних приключений.
На заднем сиденье лежит мой подарок — самокат для экстремальных зимних покатушек. Думаю, в Калифорнии он произведет настоящий фурор. В рюкзаке — банка мёда с орехами и шарф, который пахнет кедром и заботой.
P.S. Что важнее — контент или содержание?
Всю обратную дорогу я думал об одном: сколько контента я мог бы снять с дроном! Петарды в замедленной съёмке, собачий хаос в 4K, крупные планы самогона...
Но знаете что? Я рад, что не снимал. Потому что настоящие эмоции нельзя поймать объективом. Их можно только проживать.
Контент живёт в камере, в соцсетях, а счастье — в сердце. В моём сердце остались Россия, печка-монстр, мандарины Василия и шарф от Анны Петровны!
А вы умеете праздновать так, чтобы забыть про камеры и соцсети? :)
Ставьте лайк, рассказывайте в комментариях о своих новогодних традициях, подпишитесь, впереди ещё много удивительных историй о том, как иностранцы открывают настоящую русскую душу!