Алкоголики — взрослые дети

Эту статью прошу воспринимать как сугубо мои личные размышления, не более.

Сейчас я проживаю в небольшом городке в Подмосковье. Недалеко от моего дома находится что‑то вроде центральной улицы (если её можно так назвать), и на ней, как и во многих других городах, около магазина есть местечко, в котором собирается местный «алкогольный бомонд».

Я, к счастью, пока ещё не влился в их компанию, но иногда бывает интересно наблюдать за ними со стороны, так как у меня есть все шансы оказаться в их компании. Я часто прохожу рядом с этим местом, знаю уже многих в лицо — тем более они часто стреляют курево.

Кого‑то я вижу там чаще, кого‑то реже; кто‑то одет попроще погрязнее, а кто‑то — более «солидно». Но все они принадлежат к одному клубу любителей выпить. Ни разу я не видел, чтобы они в пьяном состоянии приставали к прохожим или вели себя как‑то вызывающе по отношению к людям, не входящим в их «клуб».

Обычно все разборки происходят внутри коллектива: тут же случаются и братания с клятвенными обещаниями быть друг за друга до конца, и изгнания, и любовные истории.

90 % коллектива — мужчины в возрасте примерно от 30 до 60 лет. Бывают и женщины, возраст которых невозможно определить на глаз. Как таковых бомжей, скорее всего, среди них нет — в основном это жители близлежащих домов.

Но вот что я заметил: большинство из них живёт со своими пожилыми родителями, которые до сих пор пекутся о своих чадах. Часто можно наблюдать ситуацию, как какая‑нибудь сухонькая бабушка пытается увести из компании своего высоковозрастного ребёнка со словами: «Не наобщался он! Вот запру тебя дома, не сможешь гулять так!» и в таком духе.

Изображение сгенерированно ИИ Алиса

Казалось бы, в таком возрасте надо не то что сепарироваться от родителей, а уже самому как‑то помогать им. Но куда там… Когда ты находишься в употреблении, у тебя чаще всего из своего — только сопли в носу.

Если у человека и была семья, то, скорее всего, её уже нет. На работе такие надолго не задерживаются — при этом могут быть совсем неглупыми ребятами. Если были друзья‑неалкоголики, то, вероятнее всего, они уже от него отвернулись: статусы и мысли безнадёжно разошлись. Принимают таких только такие же.

Для родителей же он всегда ребёнок. Они практически всегда принимают его таким, какой он есть, — верят, что он «немного запутался в жизни» и скоро встанет на ноги, возьмётся за ум, поймёт наконец, что так жить дальше нельзя.

Тут, конечно, есть разные пути — и все идут по‑разному.

• Большинство остаётся в той же компании алкоголиков: перебивается шабашками, а из развлечений имеет только эти пьяные посиделки у «Пятёрочки». Для них это зона комфорта — привычная, хоть и разрушительная среда, где не нужно меняться, брать ответственность, искать новые смыслы.
• Кто‑то задумывается, что так дальше жить нельзя, и пытается выбраться из ямы, в которую затянули желания. Это путь мучительный: нужно заново учиться жить без допинга, восстанавливать разорванные связи, искать работу, выстраивать быт. И далеко не всем хватает воли и ресурсов пройти его до конца.

На своём примере я понимаю, что алкоголик действительно является взрослым ребёнком. Алкоголь не даёт личности до конца созреть, оставляя след эмоциональной незрелости.

Проживать эмоции — нормально. Радость, страх, обида, любовь — эти чувства испытывают все люди. Но алкоголь:

• вымывает способность адекватно их понимать;
• подменяет истинные переживания суррогатом эйфории или агрессии;
• блокирует навык рефлексии — человек перестаёт задавать себе вопросы: «Что я чувствую?», «Почему я так реагирую?», «Как это влияет на мою жизнь?».

Со временем сопереживание (эмпатия) почти исчезает, делая таких людей эмоциональными инвалидами, замкнутыми в своих ощущениях. Это очень похоже на детей — но с важной оговоркой.

Ребёнок не является эмоциональным инвалидом: его развитие просто находится на другом уровне. Он учится обрабатывать эмоции, пробует разные способы реагирования, ищет границы. Взрослый же, погружённый в алкогольную зависимость, словно откатывается назад:

• избегает ответственности, как подросток, который прячет двойки в дневнике;
• ищет мгновенного удовольствия, игнорируя долгосрочные последствия (точно так же малыш тянет в рот конфету, не думая о кариесе);
• манипулирует близкими, используя слёзы, обиды или угрозы — как ребёнок, который топает ногой, требуя игрушку;
• отрицает проблемы, утверждая: «Со мной всё в порядке», — хотя окружающие видят обратное.

Почему так происходит? Алкоголь действует как психологический анестетик:

1. Блокирует тревогу. Вместо того чтобы разбираться с конфликтами, неудачами или чувством вины, человек «заглушает» их выпивкой. Это похоже на ребёнка, который закрывает глаза, думая, что опасность исчезла.
2. Создаёт иллюзию контроля. В состоянии опьянения кажется, что мир стал проще, а проблемы — менее значимыми. Это сродни детской вере в то, что под одеялом тебя не достанут монстры.
3. Освобождает от ролей. Взрослый мужчина в компании собутыльников может вести себя как мальчишка: хвастать, дразнить, устраивать «разборки». Это регресс — возвращение к более примитивным формам поведения.
4. Поддерживает зависимость от «родителя». Даже если алкоголик живёт отдельно, он часто остаётся психологически привязанным к тем, кто его опекает (родители, партнёры). Это как подросток, который бунтует, но в глубине души ждёт, что за него решат проблемы.

Что дальше?

Я не могу и не буду давать какие‑то советы — я сам в себе ещё не разобрался, да и бессмысленно их давать. Каждый сам проходит свой путь, и эти пути у всех разные. Как не может быть двух одинаковых снежинок, так и не может быть двух одинаковых решений в, казалось бы, одинаковой проблеме.

Но наблюдение за этим «клубом» наталкивает на мысль: алкоголизм — не просто болезнь тела. Это застревание в детской психике, где нет места взрослому выбору, осознанности и ответственности. И пока человек не найдёт в себе силы выйти из этой роли, круг будет замыкаться снова и снова: посиделки у магазина, обещания «завязать», разочарование, срыв.

Возможно, первый шаг к изменению — это признание: «Я веду себя как ребёнок. Я боюсь взрослеть». Но сделать этот шаг в одиночку почти невозможно. Тут нужны:

• поддержка тех, кто верит в тебя;
• профессиональная помощь (психотерапия, реабилитация);
• время — чтобы научиться жить без алкогольного костыля.

А пока эти люди продолжают собираться у магазина, их жизни — как зеркальные осколки: в каждом отражается чья‑то незавершённая история взросления.

____________________________________________

Буду очень признателен за ваши реакции и комментарии. Отдельное уважение тем, кто подпишется!

Если вы хотите поддержать меня, то можете сделать перевод на любую сумму по номеру карты 2200 7006 2776 4383

Буду безумно благодарен!