Найти в Дзене
Таня на диване

«Невьянская башня» Алексей Иванов

Слушала эту книгу — и будто наяву попала в ту самую башню. Знаю я, конечно, про Демидовых из учебников: заводчики, богачи, история Урала. Но то, что сделал Алексей Иванов — это другое. Он оживил историю. Он показал не памятного «железного короля», а человека — Акинфия. Человека, который каждое утро просыпался под гнетом дел, что и гору бы сломили: семья на грани распада, начальство с проверками, рабочие бунтуют, а на заводе, говорят, и вовсе нечисть завелась. А он шёл. День за днём. С этой мыслью — о человеке, а не о бронзовой фигуре — слушаешь совсем иначе. Будто стоишь рядом и чувствуешь его усталость. Это не учебник истории. Это живые люди — с их страхами, злобой, любовью, жаждой выжить. Демидов у Иванова — уставший, яростный, одинокий хозяин. Когда он говорит с сыновьями, чувствуешь ледяной ветер отчуждения. Когда он стоит перед пылающим заводом — будто сам видишь это демоническое пламя. А вокруг него — раскольники, прячущие веру как сокровище, чиновники с алчными глазами, рабочие,
Оглавление

Оценка: 5/5 — когда после книги не можешь вернуться в реальность

Слушала эту книгу — и будто наяву попала в ту самую башню. Знаю я, конечно, про Демидовых из учебников: заводчики, богачи, история Урала. Но то, что сделал Алексей Иванов — это другое. Он оживил историю. Он показал не памятного «железного короля», а человека — Акинфия. Человека, который каждое утро просыпался под гнетом дел, что и гору бы сломили: семья на грани распада, начальство с проверками, рабочие бунтуют, а на заводе, говорят, и вовсе нечисть завелась.

А он шёл. День за днём.

С этой мыслью — о человеке, а не о бронзовой фигуре — слушаешь совсем иначе. Будто стоишь рядом и чувствуешь его усталость.

Почему меня это зацепило

Это не учебник истории. Это живые люди — с их страхами, злобой, любовью, жаждой выжить. Демидов у Иванова — уставший, яростный, одинокий хозяин. Когда он говорит с сыновьями, чувствуешь ледяной ветер отчуждения. Когда он стоит перед пылающим заводом — будто сам видишь это демоническое пламя. А вокруг него — раскольники, прячущие веру как сокровище, чиновники с алчными глазами, рабочие, чьи жизни стоят дешевле чугуна.

Особенная благодарность чтецу — Всеволоду Кузнецову.
Он не «играет» книгу. Он её просто произносит — честно, без гримас, давая тебе самому услышать скрип телег, рокот печей и шёпот молитв в темноте. После его чтения в голове не застревают его интонации, а рождаются свои собственные, живые образы.

Что осталось в душе после последней главы

Чувство, будто прожил чужую жизнь — тяжёлую, жестокую, но невероятно сильную. И теперь смотришь на привычный мир немного иначе: за каждой вещью, за каждым «спасибо» скрывается чья-то борьба, чья-то боль, чей-то непобеждённый дух.

Кому стоит взять эту книгу в руки?

Мне кажется, она для такого же читателя, как я: для того, кому нужно не убежать от реальности, а, наоборот, ощутить ее плотность и вес. Кто готов не проглатывать страницы, а впитывать их — вместе с потом, пылью и дымом домны. Это путешествие не для скоростного экспресса, а для пешего хода, где каждый шаг отдается в костях.

Что в итоге?

Финал поставил не точку, а многоточие. Ощущение, будто вышел из темного, душного цеха на свежий воздух и стоишь, молча, пытаясь осознать масштаб пережитого. Слова действительно мельчают и кажутся ненужными. Просто стоишь и меняешься. Тихо. Навсегда.

Теперь я обязательно поеду на Урал. Не ради экскурсии, а чтобы просто постоять у той башни и попытаться услышать эхо тех голосов, что теперь живут во мне.