Краткая справка:
События разворачиваются в империи Цинь в конце III века до нашей эры, в период масштабного строительства оборонительного сооружения на северных рубежах. Главный персонаж — Ли Вэй, низший чиновник, ответственный за снабжение и учёт рабочей силы на одном из наиболее отдалённых отрезков. Его существование — это бесконечные учётные записи, холод и пыль.
Холод послужил его пробуждению. Ледяной ветер, проникавший сквозь щели в стене барака из бамбука, заставлял ёжиться под тонким стёганым одеялом. Глаза были открыты в предрассветном мраке, дыхание превращалось в пар. Всё тело ныло от жёстких досок нар. Поднявшись, он ощутил босыми ступнями земляной пол, холодный, будто камень.
Надевалась служебная куртка и штаны тёмно-синего цвета, сшитые из грубой пеньковой ткани. Материал был жёстким и неприятно колол кожу на сгибах. Завернулся он в потрёпанный стёганый халат, от которого исходил запах пыли и дыма.
Скудной и быстрой была утренняя трапеза: чашка жидкой каши из проса с солёными овощами да несколько глотков горячей воды. Деревянными палочками он ел из глиняной миски, покрытой мелкими трещинами, стараясь не замечать лёгкого запаха гари от очага.
Его «канцелярия» размещалась в таком же бараке, сколоченном из сырых досок. Воздух здесь стоял неподвижный и ледяной, пропахший чернилами, сырой глиной пола и немытыми телами. Через окно, затянутое бычьим пузырём, просачивался бледный беспомощный свет. Вокруг лежали сводки на бамбуковых планках и деревянные ящики со свитками.
Состоял его день из монотонного подсчёта. Тонкой кисточкой выводились иероглифы на бумаге из тутового дерева: «Рис — пятьсот мешков. Жерди для носилок — двести. Рабочих — три тысячи четыреста семнадцать душ». Пересчитывались квитанции на выданную муку, сверявшиеся со списками заболевших. Пальцы постепенно коченели, и приходилось отогревать их над небольшой жаровней с тлеющим углём. Жар был слабым, но обжигал ладони.
«Завтра будет инспектор из центрального управления, — прошептал ему на ухо писарь Чжан, передавая новые ведомости. Его дыхание отдавало чесноком и страхом. — Говорят, будет проверять месячные отчёты».
«Отчёты в порядке, — тихо ответил Ли Вэй, растирая затекшую шею. — Пусть лучше проверит, отчего последняя партия одежды сгнила за неделю». Речи всегда касались этого: отчётов, нехваток, проверок.
Вечером, выйдя из барака, видел он лишь бесконечную стройку. На фоне багрового неба чернели силуэты вышек, и доносился вечный глухой ритмичный стук деревянных трамбовок о землю, от которого звенело в ушах. Воздух был напоен запахами пыли, известкового раствора и холодного камня.
Немного лучше завтрака был ужин: похлёбка с кусочком вяленой рыбы и две лепёшки. Одиноко ел он в своей каморке, сидя на краю нар. Затем, при свете масляной лампы, из походного сундучка извлекал потрёпанный экземпляр «Бесед и суждений». Не читал, а лишь водил пальцами по иероглифам, ощущая подушечками шершавую фактуру бумаги.
Думал он перед сном, укутываясь в одеяло, не о величии Империи или стены. Думал о тёплой, влажной долине реки Вэйхэ, где осталась его семья. О том, что сын уже должен был выучить иероглифы, означающие «честь» и «долг». И о том, хватит ли его жалованья, чтобы купить жене ту нефритовую шпильку, которую он пообещал перед отъездом. Засыпал он под завывание горного ветра, зная, что завтра вновь предстоит считать мешки с рисом, а где-то далеко, на самом гребне стены, солдаты будут всматриваться в темноту, ожидая незримого врага.
Погрузиться в другие истории из жизни, основанные на реальных фактах, вы можете на другом нашем канале: https://dzen.ru/pavelko.
Вам понравилось это путешествие в чужую жизнь? Это живая история обычного человека. И таких уникальных судеб у нас еще много. Подпишитесь на канал и поставьте лайк — так вы поддержите нас и не пропустите следующую историю! Если вы хотите, чтобы такие материалы появлялись чаще, вы можете также поддержать проект здесь: https://dzen.ru/pavel_stories?donate=true