Хотим полковников / Vogliamo i colonnelli. Италия, 1973. Режиссер Марио Моничелли. Сценаристы: Адженоре Инкроччи, Марио Моничелли, Фурио Скарпелли. Актеры: Уго Тоньяцци, Тино Бьянки, Клод Дофен, Дуилио Дель Прете, Антонино Фаа Ди Бруно, Барбара Эррера, Винченцо Фаланга и др. Сатирическая комедия. Премьера: 5.03.1973. Прокат в Италии: 1,5 млн. зрителей. Прокат во Франции: 0,1 млн. зрителей.
Италия середины 1970-х. Депутат парламента Джузеппе Тритони (Уго Тоньяцци), опираясь на ветеранов фашистской партии и крайне правых буржуа, готовит военный переворот…
В сатирической комедии «Хотим полковников» Марио Моничелли после десятилетнего перерыва, прошедшего после премьеры его марксистских «Товарищей» (1963), вновь вернулся в откровенно политический кинематограф, тем паче, что кинопроцесс Италии первой половины 1970-х был существенным образом вовлечен в эскалацию именно политических тенденций.
В год премьеры в рецензии, опубликованной в Segnalazioni Cinematografiche, отмечалось, что «эта комедия могла бы стать предостережением не столько от возможных нападений на страну, совершаемых марионетками в опереточном стиле, сколько от «безболезненных операций», ведущих к более опасным и непоправимым антидемократическим политическим преобразованиям. В действительности же, история губительна своим тоном, колеблющимся между народным фарсом, гротеском и карикатурой, и зацикленностью на «неудавшемся государственном перевороте»: первое — потому что она развенчивает разоблаченную опасность, второе — потому что отвлекает от более глубокого дискурса» (Segnalazioni Cinematografiche. 75. 1973).
В силу острой политической актуальности и явной антифашистской направленности сатирическая комедия Моничелли «Хотим полковников» не могла не привлечь внимания советской прессы, которая в целом оценила эту картину положительно (и это притом, что сам фильм в массовый прокат в кинозалах СССР так и не вышел).
К примеру, киновед Александр Караганов (1915-2007) писал, что когда он смотрел этот фильм Моничелли, его «не покидало ощущение: не слишком ли стихия комедии захлестывает режиссера, не получится ли в результате, что заговор никакой опасности не представляет, ибо «ядро» его составляют выжившие из ума болваны, которых нетрудно разоблачить и обезвредить. Но в конце фильма возникает почти неожиданный поворот, который по-новому освещает все предшествующее. При встрече с заговорщиками у президента республики случается сердечный приступ. Фактическую власть захватывает министр внутренних дел — молодой энергичный политикан, который использует кризисную ситуацию для того, чтобы под видом одновременной борьбы с правой и левой опасностью «закрутить гайки» и создать режим, который находится где-то посредине между нынешним и тем, какой хотели установить восставшие генералы и полковники с помощью и по советам своего греческого «консультанта» (Караганов, 1976).
Киновед Георгий Богемский (1920-1995) отметил, что «по форме это фарс, памфлет, даже пародия на фильмы в фантастико-политическом духе — все вместе; а по содержанию — пример боевой кинопублицистики. Можно спорить о художественных достоинствах и просчетах этого фильма, но главная ценность этой шутейной, а в основе чрезвычайно серьезной «истории одного государственного переворота» — в ее оперативности, в животрепещущей современности материала. Тема фильма — угроза ультраправого переворота в Италии, установления в Италии режима реакционной военщины наподобие диктатуры «черных полковников» в Греции или чилийской хунты Пиночета. В комедии, как в зеркале, отражены реальные моменты итальянской политической жизни — хотя это зеркало гротеска, гиперболизирующее и комично деформирующее изображение. Более того: в фильме предвосхищается возможность некоторых опасных для дела демократии ситуаций, и он предостерегает от угрозы их возникновения. Именно предостеречь зрителя, заставить его задуматься над реальностью угрозы возрождения фашизма — в этом задача комедии Моничелли, задача, выполненная точно и остроумно» (Богемский, 1976: 144).
Комедия «Хотим полковников» и в XXI веке вызывает споры киноведов и кинокритиков.
Так кинокритик Данило Рамирес считает, что «Хотим полковников» — выдающийся фильм режиссёра Марио Моничелли. … Фильм уморительный; череда неудач, прервавших переворот, – невероятно занимательная последовательность событий, но режиссёр придаёт фильму совершенно иной финал, чем сама история» (Ramirez, 2024).
Примерно в таком же позитивном ключе анализирует эту картину и Мауро Мартинелли: «Подбор актёров великолепен, а образы героев граничат с карикатурой. Гротеск, который Моничелли часто использовал как средство познания мира, становится повествовательной парадигмой, как в развитии истории, так и в языке, которым она повествуется… Структура фильма напоминает «Злоумышленники как всегда остались неизвестны» и «Армия Бранкалеоне» Моничелли: создание команды для чрезвычайно сложной цели, которую необходимо достичь при совершенно недостаточных ресурсах… В 1973 году Италия едва не столкнулась с двумя попытками переворота… Это были суровые, холодные годы интенсивных протестов и противоречий в Италии и во всём мире» (Martinelli, 2022).
Массимилиано Скьявони в своей статье выходит на уровень обобщения: «Это здоровая агрессивная и рваная комедия, часто выходящая из-под контроля и оживленная нарочито грубыми карикатурами. Но именно поэтому он невероятно смешон, представляя собой демонстрацию показа, второсортный гротеск, явно направленный на сохранение зачастую низкопробной формы комедии. … Сатирическая атака, несомненно, широка. Более того, она всеобъемлюща. Но просто потому, что Моничелли, давно провозгласивший себя социалистом, на самом деле всегда был анархистом чистейшего толка в своём искусстве, нетерпимым к любой форме власти над человеком. … Для Тоньяцци это в некотором смысле возвращение к корням, возрождение возможностей карикатурного шаржа, характерного для его ранних лет в варьете, на телевидении и в кино. … Достопочтенный Тритони – это бомба возвышенной грубости, гигантское олицетворение великой итальянской пошлости.
Но «Хотим полковников» на самом деле является частью общей трансформации нашей комедии, которая из циничной (в 1960-х) становится чисто отчаянной (в 1970-х). Даже больше: отчаянные и тревожные, постоянно повышающие ставки насмешек. … Социокультурный ландшафт становится всё более гнетущим, и комедия адаптируется. Для Моничелли и его коллег свирепые шутки о гипотезах переворотов, терроризма, городского насилия и похищений станут нормой» (Schiavoni, 2015).
Зато киновед Лоренцо Чиофани убежден, что «если не считать динамичных начальных титров, нескольких хорошо поставленных сцен… и великолепной игры великолепного национального героя Уго Тоньяцци, это фильм, который хочет, но не может, знает, но не преуспевает, пребывая в своего рода посредственности, которая мешает ему стать тем, чем он задуман: злобно-гротескной притчей об итальянском шарлатанстве, находящем своё идеальное применение в военно-политических интригах» (Ciofani, 2015).
А кинокритик Марсель Давинотти занимает позицию где-то посередине между «за» и «против»: «К счастью, это шутка, но Италия действительно (и дважды) рисковала совершить государственный переворот во времена «полковников» (правивших Грецией). Моничелли… создаёт динамичную комедию, чередуя блестящие и весьма эффективные идеи с менее содержательными моментами, которые замедляют темп и превращают всю операцию в фарс. … Фильму немного не хватает сдержанности, которая в подобных случаях могла бы усилить сатирический эффект, придавая большую достоверность сюжету, который завершается без особой изобретательности, прежде чем финальная часть, к удивлению, меняет ситуацию и неожиданно вонзает нож в рану итальянской скверной политики» (Davinotti, 2007).
Комедия «Хотим полковников» вышла на экраны Италии в контексте бурно развивающихся политических событий, связанных с военными переворотами, террористическими атаками, общей социальной нестабильностью. Да, картина была весьма актуальной, но её прокат в Италии был относительно скромным (1,5 млн. зрителей в кинозалах), и это было связано, скорее всего, с тем, что по-настоящему массовую аудиторию отпугнула именно политическая составляющая.
С другой стороны, то, что в Италии 1973 года нашлось полтора миллиона зрителей, которые нашли время посетить показы непростого по материалу фильма «Хотим полковников», было также немалым достижением его авторов, которые рискнули обратиться к острой теме в «обертке» сатирической комедии…
Киновед Александр Федоров