Уважаемые читатели! История любви Сергея и Татьяны под названием «Возвращение из прошлой жизни» оказалась не совсем обычной «love story», каких в «Дзене» каждый день публикуется великое множество. У меня, по сути, получилась небольшая повесть, в которой нашлось место и душевным переживаниям, и драматическим коллизиям, и трагическим эпизодам. Но я обещаю, что впереди вас ждёт полноценное завершение любовной истории Сергея и Татьяны с драматической и эмоционально насыщенной развязкой. Приятного чтения.
Как карта ляжет
Мои «столичные» кончились. Бросаю смятую пачку в урну и прошу какого-то парня угостить сигареткой. Мне протягивают «приму». Обычно без фильтра я сигареты не курю, но выбора нет, поэтому беру, что дают. Благодарю, закуриваю, смотрю на свой «Полет»: уже – десятый час. Не позже половины двенадцатого надо быть на автобусной остановке, и тогда за семь минут до полуночи я — на КПП. А это значит, что я вернусь из увольнения вовремя, без опоздания.
Таким образом «на всё про всё» у меня есть полтора часа. Полтора часа на то, чтобы либо продолжить поиски «клина», либо… продолжить устанавливать тесные дружеские контакты с Клавой, отношения к которой «моё внутреннее я» ещё никак не определило.
Тяну в себя горьковатый дым «примы» и размышляю над сложившейся ситуацией. К сожалению, сигарета кончается раньше, чем я прихожу к какому-то однозначному выводу.
«Ну что ж, — думаю, — тогда поступим не просто, а очень просто: по принципу «как карта ляжет». Бросаю горький окурок в урну и иду в танцзал. У одной из колонн в группе из трёх девушек замечаю очень даже симпатичную мордашку. Очередной танец уже объявили, поэтому решительно направляюсь к компании. Девчонки, конечно, заметили мои намерения, но вида не подают, продолжают общаться между собой, словно никакие танцы их не касаются.
— Вы позволите? — обращаюсь я к «очаровашке».
Девушка с готовностью кивает головой, и мы отправляемся в круг.
Моя партнёрша довольно высокого роста, и сложена на загляденье. Первую минуту мы молча двигаемся в такт музыке. Но я чувствую, как неумолимо бежит время, и понимаю, что надо форсировать события, то есть, приступать к знакомству, а дальше дело покажет…. В общем, первая фраза у меня сложилась. Правда, она не блещет оригинальностью, тем не менее, я уже почти готов произнести: «А вы, между прочим, хорошо танцуете!», но меня опережают.
— Простите, но я что-то по вашей форме не пойму: вы курсант, или солдат?
Девчонка выжидательно смотрит мне прямо в глаза. Глаза у неё замечательные: тёмно-тёмно-зелёные. А над ними — длинные чёрные ресницы и тонкие изогнутые брови.
Я слегка пожимаю плечами:
— Вообще, если быть точным, я, можно сказать, без пяти минут гражданский.
— То есть, вы не курсант? – уточняет девушка.
— Выходит так, - говорю. – А в чём вопрос?
— Ни в чём! Это я так просто спросила, — доходчиво поясняет девчонка.
Физически ощущаю, как стремительно падает у неё интерес к моей персоне. Её рука, которую я держу в своей левой ладони, вдруг становится вялой, почти неживой. И сама она как бы отстраняется от меня, ноги передвигает еле-еле, почти не отрывая их от пола. Короче, девушка просто тянет время до конца танца. И я её понимаю: она также, как и я, в поиске. Только цель её – не солдат, а курсант, то есть, будущий офицер, который, чем чёрт не шутит, глядишь - и до генерала когда-нибудь дослужится. В общем, вся она в розовых мечтах, поэтому считаю своим долгом раскрыть ей глаза на действительность.
— Скажите, вы на комбинате работаете?
Девчонка какое-то время молчит, возможно, раздумывает, стоит ли отвечать на дурацкий вопрос. Наконец произносит небрежно:
— Вы угадали, на комбинате, точнее, на прядильной фабрике.
— Вероятно, учиться собираетесь, мечтаете стать инженером или технологом? — продолжаю допытываться.
— Снова угадали, — в её глазах появляется любопытство. — А что вас это так интересует?
Игнорирую её вопрос и продолжаю гнуть своё.
— Ну что ж, — говорю, — мечтать не вредно, вредно не мечтать. А вообще жаль, если ничего из вашей мечты не получится.
Девушка настораживается:
— Почему вы так думаете?
— Посудите сами, — отвечаю. — Представьте далёкий, забытый Богом и начальством гарнизон в глухом таёжном краю…
Вижу, что девчонка пытается мне возразить, но я останавливаю её жестом и продолжаю:
— Хорошо, пусть не в тайге, но в глуши — совершенно точно, можете мне поверить. Ракетные части стратегического назначения в городах не дислоцируются. Какая к чёрту там учёба, да и для чего, главное, ведь работать-то всё равно негде. И вот картинка: ваш муж, молодой лейтенант, с раннего утра до поздней ночи пропадает в казарме, на плацу, в поле, на боевом дежурстве…. А молодая, красивая, замужняя женщина одна-одинёшенька коротает время в четырёх стенах. И даже, заметьте, не квартиры, а комнаты в офицерской общаге…. И ладно, если бы год-два. Но такое положение дел может тянуться… лет двадцать, или двадцать пять. То есть, до того момента, когда ваш муж в звании майора, в лучшем случае — подполковника, выйдет в запас, короче, на пенсию. Имейте в виду: до полковника дослуживается один из ста. А до генерала — и вовсе один из тысячи. Такая вот, мадам, вас ждёт перспективка.
Я делаю паузу и искоса смотрю на девчонку. На её лице растерянность. Решаю «дожать» её окончательно.
—И последний штрих к картинке: пока вы будете прозябать в глуши, ваши подруги, которым не повезло ухватить птицу счастья за офицерский хвост, останутся в городе, и как прежде, будут бегать на танцы, сидеть с парнями в кафе, и рано или поздно обязательно выйдут замуж, обзаведутся детьми, собственными квартирами. Задумайтесь над моими словами, милая барышня.
Фокстрот или как там его, наконец, заканчивается. Я провожаю партнёршу к месту дислокации и произношу дежурную фразу:
— Благодарю за доставленное удовольствие.
На красивом лице девчонки — смятение чувств. Брови сдвинуты к переносице — признак глубоких размышлений, яркие пухлые губы нервно подрагивают, в тёмно-тёмно-зелёных глазах — немой вопрос: «Ну как же так!». Она пытается улыбнуться в ответ на моё «благодарю», но улыбка получается вымученной. На то и рассчитывал. Поворачиваюсь и отхожу от их группы на десяток шагов, торможусь, оглядываюсь по сторонам. Замечаю, как «очаровашка» что-то эмоционально объясняет подругам, и те с любопытством оборачиваются в мою сторону. Делаю вид, что не замечаю взглядов….
Под сводами танцзала разносится усиленный микрофоном голос ведущего: «А сейчас, друзья, белое танго. Дамы приглашают кавалеров!».
«Вот и наступает время икс! — решаю неожиданно для себя. — Кто пригласит на белое танго, ту и пойду провожать».
В том, что меня пригласят, нисколько не сомневаюсь. С такой-то статистикой — да в одиночестве подпирать колонну? Интересно, кто она? Окидываю взглядом зал. Замечаю в мужских компаниях лёгкое движение: парни поправляют прически, приосаниваются, словом, готовятся к смотру. И тот не заставляет себя ждать. С первым аккордом медленного танца девичьи стайки разом рассыпаются в поиске партнёров, и вот уже первые пары направляются в круг. Неожиданно обнаруживаю «очаровашку», которая направляется явно в мою сторону.
«Интересное получается кино!» — хмыкаю я. Девушка уже в пяти шагах от меня, как чувствую, кто-то сбоку осторожно трогает меня за рукав. Поворачиваюсь и вижу Клаву.
— Серёжа, позвольте вас пригласить на белое танго! — произносит она и смотрит мне прямо в глаза.
«Похоже, кина не будет! — мысленно резюмирую я. — Вернее, будет, но другое».
— Я готов! — с улыбкой отвечаю «большому начальнику». Взявшись за руки, направляемся в центр зала. Проходим в трёх шагах от «очаровашки». Бросаю на неё короткий взгляд. На лице девушки – разочарование и досада.
«Ну что ж, — думаю, — кто не успел— тот опоздал. А вообще-то красивая девчонка. Интересно, как бы могли сложиться с ней отношения? Впрочем, это уже из области предположений. Всё! Проехали! Час икс наступил, решение принято. Сегодня моя судьба — в моих руках, в прямом смысле слова».
Я обнимаю Клаву за талию, чувствую под руками её крепкое тело. И даже через форму ощущаю упругую девичью грудь. От пышной причёски исходит лёгкий аромат не то духов, не то шампуня.
— А мы вас потеряли, Серёжа, — нарушает молчание Клава. — Ушли — и пропали.
— Приятно слышать, что о тебе кто-то беспокоится, — отвечаю. — Но как вы меня нашли? По-моему, в этом людском муравейнике потеряться проще простого, а вот как найти потеряшку — ума не приложу.
— Можно, если очень захотеть, — тихо говорит девушка.
Надо быть полным идиотом, чтобы не понять смысл этой фразы. Внимательно вглядываюсь в лицо девушки. Чуть вздёрнутый носик с едва заметными веснушками, на щеках – милые ямочки, над верхней губой справа небольшая родинка. Она нисколько не портит внешность, скорее придаёт лицу некий шарм. Клава поднимает голову и наши глаза встречаются. Не отрываясь, смотрим друг на друга. Не пойму чем, но её глаза привораживают, влекут, пробуждают в голове какие-то неясные желания. Впрочем, не такие уж неясные…
— Просто очень хотела… увидеть вас, пошла по кругу…. И вот нашла, — продолжает Клава, не отрывая от меня взгляда.
Я вдруг начинаю понимать, чем таким обворожительным обладают её глаза. В них — страстное ожидание любви. В общем, всё просто, как дважды два.
— Послушайте, Клава, вы не против, если мы с вами перейдем на «ты».
— Нисколечко!
— Вот и прекрасно! У меня есть предложение: не слинять ли нам с тобой с этого праздника жизни? Как ты на это посмотришь?
Клава отвечает без раздумий:
— Поддерживаю горячо и полностью. И даже знаю, куда пойдём.
— Вот как! — удивлённо восклицаю я. — Тогда попрошу озвучить адрес.
— Он очень простой: идём к нам в общежитие пить чай.
— А это удобно? – вопросительно смотрю на девчонку.
— Вполне. Тем более, что мы будем одни.
Вот он, случай, который приготовила мне судьба. Упускать его просто грех.
— Так чего ж мы стоим? — говорю. — Идём! Беру Клаву за руку и решительно веду к выходу.
(Продолжение следует)